Командор - Никита Киров

Майор устало положил голову на свёрнутую куртку. Рядом с ним лежал массивный шлем, а в угол скиданы тяжёлые бронежилеты и элементы нового противоосколочного защитного комплекта, закрывающего руки и ноги.

Это экипировка разведкорпуса, но они её сняли, чтобы не выдать себя.

Мы расположили раненых в кузов вплотную, как дрова, сверху набросали на них тряпки. Сами сидели, прижимаясь друг к другу, в упор, даже вздохнуть было сложно.

Но зато есть шанс вырваться.

— Терпи, Краб, — уговаривал Шутник товарища. — Будешь потом рассказывать, что в десанте тебя так ценили, что аж на руках носили. Ах, мать её! — он стукнулся головой, когда залезал, и потёр её.

— Голову береги, — посоветовал Ермолин. — Сотрясение будет.

— А у меня там кость, господин капитан, — отшутился Пашка. — Сплошная кость, ребята видели.

— Ты рядовой ещё! — по-свойски произнёс разведчик. — Это у офицеров — кость, а ты вот сотрясение заработать можешь.

Бой могли вести только Шутник и Гвоздь. Ну и я, конечно. Остальные слишком тяжёлые.

Но бросать никого не будем, десанту не положено. А разведчики всё равно тащили своего офицера с простреленными ногами, поэтому и транспорт нашли, чтобы его не бросать. Вот и нас взяли. Старая школа.

А они — слаженный отряд, судя по тому, как общаются между собой.

— Десант, значит, — бинхаец посмотрел на меня и представился. — Майор Чан.

— Капитан Климов.

Он пожал мне руку. Ладонь у него ледяная, на лице пот, зубы стиснуты. Терпит боль, но не ставит укол, чтобы оставаться в сознании.

— А теперь сидеть тихо и не высовываться, — сказал Ермолин, перестав улыбаться. — Джамал — из этих краёв родом, вырос здесь, всё знает, да и вид, как у местных. Но если они увидят наши бледные рожи или вот эту скуластую бинхайскую морду, — он кивнул на майора, — то всех перестреляют. Кроме Джамала, его-то будут заманивать к себе. Генералом сделают, не меньше.

— Хорош так шутить, — отозвался Джамал из кабины, слыша разговор через окошко между кабиной и кузовом. Стекла там не было.

Землю тряхнуло, разрушенная булочная начала осыпаться. А на соседней улице вырос столб оранжевого огня там, где мы отбивались.

Крепость развернулась и продолжила огонь. Вовремя мы ушли.

— Не высовываемся, — приказал я своим. — Шутник, займись ранеными. Гвоздь, помоги ему, потом проверь оружие, — я положил автомат рядом с собой. — И не стрелять, пока я не прикажу.

— Ты же сам пулю схватил, командир, — заметил Ермолин, внимательно присмотревшись ко мне, и скользнул взглядом вниз, на кровь и бинты. — Как вообще на ногах стоишь? Тебе бы отдохнуть.

— А некогда отдыхать. И умирать мне нельзя. Запрещено, — я сел, прислонившись спиной к задней части кабины. — Зато предки присматривают.

— Вот и за нами пусть присмотрят, — разведчик коснулся лба и посмотрел на бледного Краба. — Да не ссы, парень. Домчим с ветерком. Поездка будет — во!

Он поднял левую руку так, будто собирался продемонстрировать нам большой палец. Но большого пальца на ней не было, только обрубок был перемотан бинтом, на котором уже проступило кровавое пятно.

— Срань, постоянно забываю!

Он весело захохотал. Похоже, это его любимая шутка. Шутник выдавил пару нервных смешков, остальным же было не до этого.

Тем временем Джамал нажал на педаль газа. Грузовик тронулся с места и поехал по разбитой дороге в центре осаждённого города. В ту сторону, где занял позиции наш батальон.

И всё зависит от того, успеем ли мы добраться туда до того, как враг начнёт выполнять свой план. Но раз я не умер и силы того духа со мной, то сделаю всё, чтобы у нас получилось.

Глава 3

Имперская армия включает в себя императорскую гвардию, силы спецназначения (в том числе воздушный десант и разведывательный корпус), корпус офицеров Генерального штаба, инженерные войска и летающие крепости…

Региональные вооружённые силы государств, входящих в состав империи, подчиняются главнокомандующему имперской армии…

Из устава вооружённых сил империи Юнитум

По уставу офицерам имперской армии не полагались автоматические винтовки, только пистолеты. Но те, кто побывал в настоящих боях и выжил, стремились исправить этот недостаток.

Вот и я всегда носил при себе такой же автомат, что был у солдат. Сейчас я держал в руках двадцатизарядную АВР-49, который я захватил в бою у пустынников. Впрочем, их оружие делалось на заводах Огрании, как и наше.

Я повернул автомат к себе, проверяя его состояние. На затворной раме был выбит серийный номер, год выпуска — 845-й от в. т. в. — и прочие данные: «Автоматическая винтовка Риггера АВР-49. Нерская промышленная зона». Рядом — стилизованный знак ели, герб города Нерск.

Машина вдруг резко остановилась, нас тряхнуло в кузове, двигатель заглох. Джамал завёл его и нажал на газ, но никак не мог выбраться из глубокой лужи, где застрял.

— Толкнём? — предложил я. — Если там спокойно. А то если кто-то увидит и пойдёт помогать — может быть плохо.

— Согласен, — бросил Джамал через окошко. — А то увязли совсем. Снаружи сейчас никого.

— Надо так надо, — Ермолин перехватил ручной пулемёт.

— Пошли, — сказал я тем, кто мог двигаться.

— Но, господин капитан… — начал было Пашка Шутник. — Ваша рана…

— На выход!

Мы проверили, что никто не наблюдает за нами, и выпрыгнули. Грязь под нашими ботинками разлетелась во все стороны. Лужа, в которой мы застряли, огромная, разлилась между двумя закопчёнными после пожаров домами.

Один совсем разрушен от обстрелов, второй почти в норме, если не считать того, что в нём нет ни одного целого окна.

— Ну давай, кляча, — Ермолин начал толкать сзади.

— Навались, — Шутник встал с другой стороны и запыхтел.

Больше толкать было некому, остальные ранены. Я встал между ними и положил руки на гладкий металл. Но пока не толкал, ведь у меня был козырь.

Но как же это делалось?

— Кто-то идёт, слышите? — спросил Ермолин.

И правда, с соседней улочки доносились чьи-то приказы.

Но пока не получалось. Пытался вспомнить то ощущение в бою, когда я швырял пустынников, но никак не выходило — то ли дух не хотел тратить силу на такую мелочь, то ли что-то ещё.

Но давай уже, двигайся. Если кто-то нас увидит, то всех перестреляют.

Голоса становились громче. Нет уж, не достали там — не возьмёте здесь.

Собравшись с силами, я надавил — как руками, так и мысленно. Странное ощущение в голове, будто там снова возник шар, стало ещё ярче, но вскоре оно будто исчезло — а грузовик подался вперёд, сдвинутый силой духа. Получилось.

Двигатель зарычал, нас обдало едким дымом, назад полетела грязь, забрызгав Шутнику