Мечты о нас - Кази Иви

Я падаю на свободный диванчик и предлагаю:

– Заказывайте что хотите. Я угощаю.

Мое спонтанное гостеприимство обусловлено мыслью о том, что мне будет неудобно есть одной. Я заказываю приветливой официантке холодный чай и картошку фри с чили и сыром в надежде, что эти двое меня поддержат. Джейку хватает наглости заказать воду без газа. И безо льда. Дрю тоже заказывает воду, и я не могу сдержать вздоха. К счастью, он быстро исправляется и заказывает молочный коктейль с клубникой и макароны в сырном соусе.

Пока мы ждем, я на автомате достаю мобильник из рюкзака. Новое сообщение.

БО: Ну как? Довольна? Хоть кто-то, кто спокойно переносит твои ругательства;)

ДЖУЛИ: Ты знал, что он не слышит?

БО: Я еще вчера вечером его погуглил. Эндрю МакДэниэлс, весьма перспективный квотербек, но с небольшой проблемой. Нашел кучу статей о нем. Сегодня утром еще одна появилась, в нашем блоге. Наверное, каждый, кто хоть как-то интересуется футбольной командой колледжа, о нем уже знает. Как ты умудряешься быть такой нелюбопытной?

Хороший вопрос. Как-то интерес к студенческим слухам у меня исчез почти сразу после поступления в колледж, именно в тот день, когда мой брат стал героем сплетен.

Стоит мне отложить мобильник, как опять раздается боевой клич «Барсуков».

БО: Ну и? Он такой же симпатичный в реале, как и на фото? С очаровательной ямочкой на подбородке?

С раздражением я отключаю звук и кладу телефон экраном вниз на стол. И ловлю себя на том, что тайно пытаюсь разглядеть ямочку на подбородке Дрю. Да, позже я расскажу Бо, что ямочка есть, но об очаровательности пусть решает сам.

– Ты тоже фанатка футбола? – полуутвердительно говорит Джейк и указывает на мой мобильник.

Проходит не менее секунды, прежде чем я понимаю, что он имеет в виду более чем примитивный рингтон.

– Чирлидинг, – поправляю я, и Джейк тут же переводит.

Дрю машет воображаемыми помпонами, и я делаю вид, что хочу кинуть в него картонную подставку для пива.

– Да не чирданс! – издаю я чуть ли не стон.

В мобильнике быстренько через Ютуб нахожу видео. Придвигаюсь ближе к Джейку, который с интересом смотрит на экран. Думаю, что мне впервые встретился такой легкий в общении человек. Каким образом он, несколько часов являясь центром нашего разговора, остается незаметным?

Дрю сосредоточенно смотрит на меня, и я прошу Джейка:

– Переведите, пожалуйста. Это видео снято Национальной ассоциацией чирлидинга в 2016 году. Первенство страны. «Пумы» выступают. Как только переходят к хореографии – обрывается музыка. Зал замирает. Это просто катастрофа. И знаете, что происходит дальше? Другие команды начинают отсчет – три, пять, семь, восемь. Три, пять, семь, восемь. Зал подхватывает. Хор из сотни голосов… Три, пять, семь, восемь. Конкурентки, чирлидеры других команд, отсчитывают такт для «Пум». Несколько минут – три, пять, семь, восемь. Раз за разом, пока выступление не заканчивается.

Каждый раз, когда я вижу это видео, у меня кожа покрывается мурашками. Этот хор из сотен голосов, неожиданно объединившийся и пришедший на помощь другим, создал такую атмосферу, в которой я мечтаю побывать.

– «Пумы» выиграли первенство. Они победили, потому что другие команды помогли им. Это и есть дух чирлидинга. Мы не просто прыгаем с помпонами, чтобы понравиться мужчинам. Мы – одна команда. Мы полагаемся друг на друга, мы помогаем друг другу. Один споткнется – другой сломает себе шею.

Дрю внимательно смотрит то на Джейка, то на экран мобильника. Флик-фляк, обратное сальто, поддержки, прыжки. Наконец он смотрит мне прямо в глаза и в первый раз с появления Джейка открывает рот:

– А мне султанчики нравятся!

Он снова с энтузиазмом поднимает руки и крутит воображаемые помпоны. Я не выдерживаю и кидаю в него картонку, которую он без труда ловит и кладет на стол. Нелепо выглядит, когда огромное тело из мускулов и сухожилий выдает пантомиму чирлидинга. И в дополнение ко всему – широкая ухмылка. Но все же есть в Дрю что-то, что бабушка назвала бы очаровательным. Эти лукавые искорки в глазах явно выдают, что Дрю точно знает, как он действует на людей.

– Придурок, – говорю я.

Нам приносят еду, и Джейк заявляет:

– Прошу прощения, я отлучусь в туалет.

Мне приходится встать со своего места, чтобы выпустить его. Я с удивлением наблюдаю, как Джейк исчезает за входной дверью и выходит на улицу. Сев на место, я трогаю рукав Дрю. Он смотрит на меня.

– Джейк привык метить деревья?

Дрю не понимает ни слова, поэтому мне приходится набирать вопрос в телефоне. Я поворачиваю экран к Дрю.

ДЖУЛИ: Твой переводчик, который сказал, что ему надо в туалет, только что сбежал.

Я показываю пальцем на дверь.

Пока Дрю набирает свое сообщение, я хватаю картофелинку. Мне все равно надо ждать его ответ.

ДРЮ: Мне кажется, у нас получается без него. Или ты так не считаешь?

ДЖУЛИ: Он вернется?

ДРЮ: Если нет, то это плохо?

Дрю внимательно смотрит на меня.

Я кладу локти на стол и подпираю щеки ладонями. Взгляд скользит с картошки на Дрю, с Дрю на дверь. Я не знаю, как относиться к тому факту, что мы остались один на один. Если не считать, что он уводит из-под носа кофе или опаздывает, потому что рыщет в урне в поисках выброшенного стаканчика, то выглядит очень милым. Правда, в своей сдержанной и одновременно провокативной манере. То, что эти два слова не совсем сочетаются в одной фразе, неожиданно смущает меня больше, чем следовало бы. С уходом Джейка ушло и ощущение надежности и доверия. И теперь напротив меня сидит Дрю, почти двухметрового роста верзила, который вызывает во мне смешанные чувства. Я даже себе не могу объяснить эти чувства.

Он тянет через трубочку свой коктейль и поглядывает на меня карими глазами. Пожалуй, такого простодушия я давно не видела. Я мысленно качаю головой.

– Кажется, у нас получается, – бормочу я, соглашаясь.

По крайней мере, до тех пор, пока не разрядятся мобильники – потом как общаться? Придется вспомнить старые добрые школьные времена и писать друг другу записочки.

Одной рукой Дрю ковыряется вилкой в тарелке, другой – строчит в телефоне. Закончив, он подталкивает свой мобильник ко мне, одновременно придвигаясь вместе с тарелкой, чтобы читать вместе. Я, разумеется, привыкла к физической близости, но это разные вещи, когда соприкасаешься телами в спорте или когда рядом оказывается молодой человек, от которого потрясающе пахнет. Запах цитрусового геля для душа перекрывает плотные ароматы еды и приятно щекочет нос. Где-то по краю сознания красным сигналит бегущая строка – этот квотербек привлекателен на грани фола. Именно на грани фола.

Я безумно хочу попасть в команду чирлидинга НФЛ. Но в НФЛ очень строгие правила, регулирующие жизнь девушек, и одно из них гласит: никаких контактов с футболистами. Членам команды чирлидинга НФЛ по контракту запрещено общаться с игроками в целях защиты репутации. Они даже не могут в одном помещении вместе находиться. То, что разрешено, пока ты в колледже, немыслимо для НФЛ. Нельзя подписываться на социальные странички футболистов и, наоборот, надо блокировать игроков, если они следят за твоим аккаунтом. Их, кстати, тоже строго контролируют. Нарушителя немедленно исключают. Вероятно, часть из этих требований принята на заре становления чирлидинга и давно уже неактуальна. Но до тех пор, пока они действуют, любой футболист, стремящийся в НФЛ, внесен в мой список «Отказать». А уж тот, кто, как Дрю, согласился на трансфер, играет в футбол не только для развлечения.

Дрю преувеличенно громко пьет через соломинку, тем самым прерывая ход моих беспорядочных мыслей, и показывает пальцем на экран мобильника.