Далеко за лесом - Екатерина Каграманова

бегала по залу, разносила заказы. Дни стояли жаркие, и о бесплатном лимонаде Марты скоро говорил весь город. Хозяйка придорожного трактира плевалась, проклинала хозяйку новой закусочной и предвещала ей немедленное разорение.

Но нет. Девчонка на кухне едва успевала мыть посуду. Народ был в основном приезжий – город большой, всегда много чужих. Шум, гам, что за время было! Люди расхваливали отличные обеды. Каждый, кто хоть раз побывал у нее, возвращался и приводил друзей.

Через неделю она отдала долг соседке. У Марты стали спрашивать, нельзя ли переночевать. Она подготовила комнату наверху и стала сдавать. Еще одна была для Арианы.

Однажды Марта зашла к ней без стука, хотела позвать выпить чаю. Женщина переодевалась. Тогда Марта и увидела на ее руке знак. Намеренно переходить границу, сказала Ариана, мог только тот, кто спасал заблудившегося ребенка. Но сама она оказалась из тех, кто нарушает правила. Ради Марты и ее детей. И однажды все это для нее закончилось. Она говорила, что путь может закрыться по разным причинам. Так или иначе, Ариана просто перестала приходить. Сколько лет они не виделись? Да, давненько.

Иногда появлялись другие – те, кого она присылала. Марта всегда помогала. Она знала, как это опасно, но отказать не могла.

Эта девочка очень милая, видно, что с характером. Жаль, что рыжая.

Глава 8

Полицейский участок оказался небольшим белым одноэтажным зданием. Синяя краска на входной двери немного облупилась. Сразу за дверью – стойка, где дремал ленивый парень в синей форме.

Виктор уверенно спросил господина Шулля. Парень потаращил немного сонные глаза, потом махнул рукой налево.

Начальник участка был у себя. Такой довольно упитанный лысоватый дяденька лет пятидесяти или старше. Одутловатое лицо с большим носом. Хорошо, что он хоть не зачесывал волосы набок через лысину, как школьный физрук, фу.

Господин Шулль перебирал какие-то бумаги на столе, видимо, что-то искал, бормоча себе под нос. На звук открывающейся двери он поднял голову, и оказалось, что у него ярко-синие, острые глаза. Поздоровались. Полицмейстер внимательно посмотрел на Майю, так что ей стало немного не по себе, и слегка поклонился:

– Франк Шулль.

– Майя.

– Просто Майя? – Он настойчиво смотрел на нее, так что она разозлилась.

– Да.

«Ну и что ты будешь делать? Заставишь меня назвать фамилию?» Она тут же пожалела о своей привычной дерзости. Вдруг он не захочет отдать Роби?

– Я только сегодня приехала. У меня пропал брат. Я слышала, вчера вы его нашли. – Майя посмотрела на Виктора, надеясь, что он ей поможет.

Виктор кашлянул, потом сказал:

– Тот мальчик, которого вы вчера к нам приводили обедать.

– Брат, значит… – Полицмейстер задумчиво нахмурился. – А родители где?

– Они не смогли приехать. У меня еще сестра есть. – Подумав, она добавила: – Младшая. Ну и вот…

– Сестра, значит. Ладно. Что ж, милая барышня, брат и сестра – это хорошо. Плохо другое. Мальчика вашего уже забрали.

Глава 9

Аманда де Вилль никому не была нужна. Так было раньше, пока она не встретила Марка. В детстве она мечтала, чтобы у мамы родился малыш. Пусть бы это была девочка! Аманда качала бы ее в колыбельке и рассказывала сказки. Когда малышка вырастет, они могли бы вместе гулять в парке и играть в прятки. И главное – Аманда была бы для нее самым близким, самым любимым человеком! Но шли годы, а ребеночек не рождался.

Родители ссорились. Это было всегда, с самого ее детства. Сначала Аманда не понимала, из-за чего мама сердится. Потом заметила, что скандалы случаются всякий раз после их поездки к чужим людям. Мама начинала говорить о каких-то дамах – сначала спокойно, а потом разражалась криками. Она краснела, как помидор, из глаз брызгали слезы. Отец сначала пытался ее успокаивать, но однажды перестал это делать и стал просто запираться в кабинете. Тогда жена дергала дверную ручку и вопила, что он трус.

Пока девочка была маленькой, она не понимала, чем мама недовольна. Потом стала улавливать фразы, которые повторялись из раза в раз. Мать кричала о какой-то грязной негодяйке, которую отец не может забыть. Аманда не понимала, кто это. Она не видела никого грязного вокруг, ей вообще редко приходилось где-то бывать. Девочке казалось, что мама сходит с ума. Аманда боялась этих вспышек, но и жалела мать. Раз мама плачет, значит, ей плохо. Но госпожа де Вилль не нуждалась в жалости. Она отталкивала дочь и отправляла ее наверх.

А что же отец? Господину де Виллю тоже особенно не было дела до дочери. Он часами просиживал в своем кабинете, читая и куря трубку. Иногда Аманда робко заходила к нему, но он, казалось, не знал, что ей говорить. Пытался рассказывать о книгах, которые читает, но это было совсем неинтересно. Девочка звала его погулять в парк, осторожно тянула за руку, но он всегда отказывался.

Поэтому она играла одна: строила в парке домики для фей из листьев и травы. Если честно, она сама тогда была феей. Няня научила ее плести венки, и Аманда украшала свои волосы травами и цветами. Правда, перед тем, как идти домой, все это приходилось снимать, иначе мама называла ее прическу мусорной.

Когда девочке исполнилось четырнадцать, мама сказала, что она почти взрослая. И тут же добавила: «Хотя не знаю, где тебе жениха искать, с твоей-то красотой! Разве что на приданое польстится!» Аманда замерла перед зеркалом, услышав это. Ей хотелось спросить, что в ней такого некрасивого, такого ужасного, но она не решилась. Слезы покипели-покипели внутри, поплескались в глазах и остыли.

Да, она знала, что не красавица, но ведь не уродина же! Гости часто говорили, что Аманда похожа на мать, но та всегда протестовала. «Я, знаете ли, в детстве была очень красивым ребенком! – уверяла мама. – Один художник даже просил разрешения написать мой портрет, но родители были против. Аманда, скорее, похожа на Филиппа и его родных! Верно, дорогой?» Отец только пожимал плечами. Он не видел жену ребенком и меньше всего думал о том, какой она тогда была.

Позже Аманда не раз слышала о себе «знатная невеста, дочь очень состоятельного человека». Она так мечтала просто стать кому-то интересной. Теперь она много читала, и как же ей не хватало собеседника! На балах ее приглашали танцевать, вели с ней светские беседы, но девушка всегда чувствовала, что ее как будто не существует. Всем этим разодетым красавчикам не было дела до нее, они действительно искали денег.

Марк был совсем другим. Они познакомились при весьма неловких обстоятельствах. Потом ей даже казалось, что история