Далеко за лесом - Екатерина Каграманова

что именно надо будет сделать. Ты неглупая девочка, и я не буду пугать тебя рассказами об опасностях снова и снова. Ты поняла, верно? Поэтому никому там не доверяй. Любой, абсолютно любой может сообщить о тебе Стражам. Странные слова, необычное поведение – смотри, Майя, это важно. Есть только один человек, которому можно верить. Я потом расскажу…

Ясно было одно: нужно как можно быстрее найти Роби и бежать оттуда, пока их не поймали и не сожгли на костре, или что там у них предусмотрено. Ладно.

– Так мне нужно ждать теперь до ночи? Я попаду туда только во сне, так ведь?

– Нет, ночи тебе ждать не обязательно. Ты можешь уснуть прямо сейчас и войти в лес. Но там ты все равно появишься ранним утром. Так всегда бывает. Поэтому проводник отстает от потерявшегося ребенка минимум на сутки.

– А вдруг я не увижу сон? Он же не каждую ночь мне снится. А то бы я с ума сошла.

– Просто думай об этом месте, оно приснится. Сейчас ты особенно восприимчива. Видишь ли, нередко такие вещи передаются по наследству, хотя и не всегда. О чем еще ты хочешь спросить?

Девушка подумала. Наверное, надо спрашивать обо всем, но ничего не лезло в голову. «Вот тупица! Потом буду жалеть, почему не спросила то и это». Единственное, что всплыло в памяти:

– А как вы меня вернули оттуда? Что со мной случилось?

Отец встал с жесткого на вид кресла и ответил вместо Арианы:

– Это не важно, Майя. Я не хочу, чтобы ты вспоминала это. Мы потому и не рассказывали тебе, что с тобой случилось. Ты тогда сильно испугалась и долго потом болела. Не стоит сейчас все это ворошить снова.

Майя взорвалась. Она пыталась сдержаться при посторонней женщине, но смолчать не могла:

– Как это не вспоминать? Ты же слышал, как я орала каждую ночь! Неужели нельзя было все объяснить? Мне бы тогда не было так страшно.

Он с досадой отвернулся, и вместо него ответила Ариана:

– Так было лучше. Отец оберегал тебя, как ты не поймешь? Ребенку нельзя рассказывать такое. Как бы ты дальше жила, зная, что случилось? Обычно дети все забывают очень быстро. Можно сказать, ты исключение из правил. Как, впрочем…

Отец не дал ей закончить.

– Ариана, думаю, вы сказали все, что нужно. Я отвечу на другие вопросы в машине по дороге домой.

Щелкнул, застегиваясь, ремень. Отец глянул искоса. Она автоматически подтянула ноги. Сейчас начнет: «Сядь ровно… Что ты развалилась…» Вместо этого он мягко сказал совсем другое:

– Я прошу тебя, будь очень осторожна. Следи за тем, как себя ведешь, что говоришь. Люди там очень внимательны, они боятся… нас. Следи за речью. Они там говорят «господин, госпожа», никаких «не тупи» и прочего. Одежда! Ты вечно носишь эти джинсы, там такого не будет. Придется ходить в платье. Будь женственной. И волосы…

– Что волосы? – Она вызывающе потрогала свою стрижку.

– Ты сможешь делать прическу, все такое? Я думаю, они там будут длиннее. И прошу тебя, возвращайся как можно быстрее, не задерживайся ни на минуту, ни на секунду. Сразу же, как найдешь брата, назад!

Ну вот как можно в такое верить? Ей опять показалось, что это розыгрыш. Может, у него психическое расстройство? А что, на фоне стресса, все такое? Ага… И у этой старушки тоже. Майя вздохнула.

– Так что? Может, я перейду на заднее сиденье и попробую поспать? Чего тянуть? Быстрей начнем – быстрей закончим.

Отец смотрел на нее как-то странно. Да что он, неужели боится? Не может быть!

– Ты хочешь прямо сейчас все это сделать?

Она пожала плечами и кивнула.

И тут он на полном ходу ударил кулаком по рулю. Майя подскочила, а он процедил сквозь зубы:

– Да чтоб тебя! Почему я сам не могу?!

И тут до нее дошло.

– Ты был там? Точно. Ты там тоже был.

– Да, был. Но с тех пор этот проклятый сон мне больше не снится. Мой путь закрыт.

Глава 6

Теперь она не будет кричать. Надо просто шагнуть вперед. Так просто – сделать шаг. Вот так. И еще один. И еще…

Листья над головой, прежде черные, теперь отливали золотом. Изгибались, скрещиваясь, причудливые ветви, кое-где торчали сучки. А сквозь просветы были видны кусочки неба, но не голубого, а серого, мутного, как перед рассветом. Под ногами топорщились корни деревьев. Майя шагала все быстрее, стараясь не споткнуться.

Она была близка к панике, страшно хотелось побежать. И эта странная тишина. В какой-то момент показалось, что уши закрыты ватой. «Дыши, дыши!» – твердила она себе. Наконец впереди забрезжил свет. Скорее, скорее. Она рванулась вперед, лес словно не хотел отпускать, но вот уже и… Впереди лежала пыльная проселочная дорога. С одной стороны лес, с другой – поля. Впереди что-то виднеется, вроде бы арка. Значит, нужно идти туда. Это действительно оказалось утро. Серенькое и не особо светлое, но утро. Еще пара шагов, и стало ясно: что-то не так. Ноги как-то странно путались.

Быстро идти мешал подол длинного платья. На всякий случай пришлось сойти с дороги. Не будешь ведь на виду у каждого встречного, хоть их и нет, рассматривать рукава и задирать ноги, изучая каблуки.

В общем, дело обстояло так. На ней было просто роскошное платье глубокого темно-зеленого цвета из какой-то мягкой плотной ткани. Рукава вверху пышные, ниже локтя облегают руку, застегиваясь на множество мелких пуговок – вот работа каждое утро! А талия! Похоже, это корсет. Майя ощупывала себя и удивлялась как никогда: «Я просто тростинка!» Но ощущение, честно говоря, было не очень – как-то тесновато. Может, удастся немного расслабить шнурки или что там еще. Но вообще… Такое впечатление, что талию можно обхватить пальцами. Нет, немного не получается, но все-таки…

Сверху это великолепие частично прикрывал плащ, тоже зеленый, но на оттенок темнее. Понятно, в традициях одежды для рыжих. Ага, есть капюшон, это здорово. Хотелось как-то спрятаться, и она накинула его. На ногах что-то вроде невысоких кожаных сапожек, мягких и удобных, на плоском каблуке.

Так, и последнее. На запястье висит какой-то мешочек, похоже дорожная сумочка. Что там? О, спасибо! Значит, так: вышитый носовой платочек, гребешок, зеркало (да, спасибо еще раз, страшно хочется себя увидеть!) и… кошелек. Вот это главный сюрприз – денежки. Штук десять золотых монет и россыпь каких-то мелких, наверное медных.

Майя быстро вынула зеркальце – маленькое, ручное. Мамочки, какая прическа! Рассмотреть сзади было