На милость победителя - Лиза Пламли

Ее волосы слегка коснулись его руки. По спине Сэма забегали мурашки. Боже, ему не удавалось припомнить, когда в последний раз его столь волновала женщина! Как хорошо-то! Ему будто снова семнадцать, и он пытается прикрыть учебником истории внезапно восставшую плоть.

Усмехнувшись про себя, Сэм сосредоточил все внимание на снимках, которые показывала Холли. Прищурившись, он разглядывал внешнее и внутреннее убранство другого дома той же эпохи. Все в нем напоминало музей: старинная мебель и зеркальные полы из твердой древесины.

— Вот лучший образец данного стиля. Больше мне ничего не попалось на глаза. Каково ваше мнение? — осведомилась Холли.

Сэм подумал: в таком доме мебель должна быть отгорожена от посетителей веревками, чтобы те ее не испортили.

— Ну что ж, — уклончиво сказал он, — этот дом построен в Массачусетсе. Будет трудно возвести его двойник здесь, на западе. Каким изменениям вы намерены его подвергнуть?

— Изменениям? — Холли взглянула на него с удивлением. — Каким, зачем? Он и так просто загляденье.

Сэм вновь посмотрел на фотографии и попробовал представить Холли внутри такого дома, но это ему не удалось. Слишком чопорен. Неприветлив.

— Чересчур хорош. Вот в том-то, пожалуй, и загвоздка, — произнес он.

Холли отрицательно замотала головой:

— Смеетесь. Он не может быть слишком хорош.

— Вам придется жить в нем. Этот дом, — он постучал по фото пальцами, — не годится для Аризоны. В местном климате, во-первых, не приживутся эти растения. Кресла так же удобны, как дешевые места на стадионе, а окна без занавесей просто великолепны при условии, что ближайшие соседи живут от вас на расстоянии пяти миль. Вы будете вынуждены повесить портьеры, чтобы уберечь личную жизнь от любопытных взоров. И…

Холли, чуть не расплющив ему нос, захлопнула альбом. Сэм понял: теперь он для нее злодей хуже убийцы матушки Бэмби.

— Ладно, — подытожила она, — вы не желаете, чтобы я путалась у вас под ногами и мешала в осуществлении вашего замысла. Понятно. Но возможно, ваш проект моему дому не подойдет.

Насупившись, Холли забарабанила пальцами по альбому.

— Ремонт дома — вещь мудреная, — изрек Сэм. — Ваш дом имеет историю, он сменил не одно поколение хозяев. И все они касались этих стен. — Взяв ее теплую ладонь, Сэм приложил ее к белой оштукатуренной стене. — И кое-что оставили здесь. Теперь настал ваш черед.

Под его ладонью рука Холли затрепетала. Он легонько провел большим пальцем вдоль ее кисти к запястью и ослабил хватку — вдруг девушка захочет вырваться. Однако она не пошевелилась. Сэм стал придвигаться ближе. Пока расстояние между ними не сократилось до нескольких дюймов, Холли спокойно наблюдала за ним. «Она же чертовски привлекательна», — изумленно подумал он. В этом положении Сэму оставалось лишь одно — он наклонился и поцеловал Холли.

Когда же его мысли устремились в другом и более опасном направлении, она вырвалась из его объятий.

— Вы всегда в спорах добиваетесь своего таким способом? — спросила она, пытаясь придать себе разгневанный и обеспокоенный вид.

— Н-да. И мне порой бывает необходимо сказать последнее слово, — пробормотал он, вновь приникая к ее губам. Боже, как она хороша! Целовать Холли все равно что завтракать шоколадом — приятно, вкусно, но, вероятно, не очень умно.

Девушка уронила ему на ногу альбом с фотографиями.

— Ой!

— Ох, извините, — спохватилась она, ничуть не раскаиваясь, вырвала у него свою руку, а затем, наклонившись, подобрала альбом и бросила его на стол. — Послушайте, Лотарио, — начала Холли. — Полагаю, нам следует кое-что прояснить.

— Нельзя ли подождать, пока у меня перестанет дрожать нога? Этот чертов альбом весит, вероятно, килограмма три.

Она отрицательно покачала головой.

— Во-первых, я вас не зазывала, чтобы вы при помощи вина и пиццы пытались соблазнить меня. Дешевка…

— Особая пицца от Анджело вовсе не дешева, — возразил Сэм. — У вас найдется таблетка аспирина? — прибавил он, дергая ногой. — Кажется, у меня сломан большой палец.

Холли явно не из той породы женщин, которых можно сбить с толку ласковыми словами. Она бросила на него уничтожающий взгляд.

— Пройдет. Альбом-то не тяжелый. — Она продолжала перечислять, загибая пальцы: — Во-вторых, я хотела узнать ваше мнение о моем плане ремонта дома, и вы только что его уничтожили. Вам когда-нибудь доводилось слышать о такте?

— Вы спрашивали мое мнение. Мне что, нужно было лгать?

Отрицательно покачав головой, Холли прошла в гостиную.

— Как вы умудряетесь получать заказы? — задала вопрос Холли. — Нет, пустяки, не отвечайте. Кажется, я знаю.

С ботинком в руках Маккензи проследовал за ней.

— О чем, черт подери, вы говорите?

Мисс Олдридж посмотрела ему прямо в лицо.

— Ах, перестаньте. Я видела, как сегодня в ресторане вы обрабатывали ту официанточку… своими улыбками, своим обволакивающим обаянием. Вынуждена признать, ваши чары околдовывают, словно в сказке. Могу поспорить, вас везде обслуживают по высшему разряду, верно?

— Обволакивающее обаяние? Ух ты! — Он вздрогнул. — Я получаю заказы лишь потому, что хорош в своем деле. И точка.

— Разумеется, тут ни при чем то обстоятельство, что ваш отец — крупнейший подрядчик в Сагуаро-Виста. Полгорода, пожалуй, трудится на него, — выпалила она в ответ.

«Прямо в яблочко», — сердито подумал Сэм.

— Вы не представляете, что за нелепицу несете. Мне дают заказы вовсе не из-за моего родителя. Кроме того, обновлением домов я занят только летом, — сказал он ей. — Остальную часть года я вполне уважаемый преподаватель из Тусона.

— Не все ли равно? — Холли строго погрозила ему пальцем. — В-третьих, у меня есть возлюбленный, который…

— Тот, с которым вы расстались?

— Тот, кого я очень люблю, — решительно произнесла Холли и бросилась на кухню.

Последовавший за ней Сэм остановился возле холодильника и потер ушибленный палец. В мечтах он видел, как привязывает Холли к креслу и ему не надо больше ковылять за ней из комнаты в комнату.

— Что за суета? Не можете придумать, что в-четвертых?

Увидев ее искаженное лицо, он тут же пожалел о своих словах. Сэм предпочел бы, чтобы она уронила на его палец с десяток альбомов, но не одаривала подобным взглядом.

У Холли был очень несчастный вид.

— Полагаю, Кларисса поведала вам о нас с Брэдом?

Он кивнул.

— Про одного плохого мальчика Брэда, или были другие?

— Нет. — Она метнулась в гостиную, развалилась в большом кресле с цветастой обивкой, глотнула вина и вздохнула. — Существует только один.