На милость победителя - Лиза Пламли

В шесть двадцать пять вечера Сэм Маккензи остановил свой пикап перед белым домиком Холли. Адрес дала ему Кларисса. Над крыльцом горела лампочка, и сквозь занавешенные окна пробивался свет от лампы. Начало сулило дружелюбный прием. Идя по дорожке и подбрасывая вверх привезенную им бутылку, он с одобрением оглядел дом. Он был прочный, чуть запущенный, но зато в нем чувствовался стиль, чего не скажешь о современных постройках.

По обе стороны крыльца в каменных вазах густо росла розовая герань. Воздух был насыщен ее острым ароматом. На чисто подметенных ступенях перед входом лежал половик. Легкий ветерок раскачивал белые деревянные качели. Ботинки гулко стучали о половицы и, должно быть, уже возвестили о его прибытии: не успел Маккензи дотронуться до ручки двери, как Холли ее отворила.

— Здравствуйте! Вот и вы, — сказала она.

Он всматривался сквозь алюминиевую решетчатую дверцу, пытаясь угадать ее настроение. Впрочем, свет падал на девушку сзади, и потому ее лицо оказалось в тени.

— Вы полагали, что я не приду?

— Нет, что вы, — ответила Холли, распахивая перед ним дверь. — Вы сказали, что придете, а я не могу представить, чтобы родственник Клариссы отступился от своего обещания. Должно быть, умение держать слово у вас в крови.

Рассмеявшись, он прошел мимо нее в дом. Сэм отметил, что она дала точную характеристику его двоюродной сестрице.

— Да, мы решительны, — согласился он. И сейчас его решимость была направлена на Холли. Дотронувшись до нее в ресторанчике, он сразу понял: им не избежать кружащих голову пылких чувств. Именно последнее обстоятельство привело его в этот дом, а вовсе не страсть к архитектуре.

Сэм посмотрел ей в лицо и увидел, что она не спускает глаз с плоской белой коробки у него в руках. Кивнув на нее, Холли подозрительно принюхалась к идущему от коробки аппетитному запаху.

— Что там?

— Ужин, — ответил он, выставляя принесенное напоказ. — Пицца от Анджело и кое-что промочить горло. — Он передал Холли бутылку с красным вином. — Надеюсь, вы еще не ужинали.

— Нет… ведь я недавно пришла с работы, — сказала Холли, делая Сэму знак следовать за ней на кухню. — Я не думала, что так задержусь, — проговорила она, ставя вино на длинный кухонный стол. Затем открыла буфет и достала оттуда пару тарелок. — Когда дело спорится, я порой теряю счет времени.

Застенчиво улыбаясь, она взяла у него пиццу и изящным движением положила на стол.

— Я опасалась, что вы приедете раньше меня.

— Вы бухгалтер? — осведомился Сэм, вспомнив их разговор в ресторанчике.

— Моя официальная должность — ревизор, — ответила Холли, — но это одно название. Я, как и Кларисса, тружусь в бухгалтерии.

Она с таким пылом пустилась разъяснять, кого обслуживает их агентство и свои разнообразные обязанности, что Сэм подумал: вряд ли еще найдется человек, столь беззаветно увлеченный своей работой. Но у Холли все выходило как-то само собой разумеющимся. Говорила она быстро и с еще большей энергией жестикулировала. Холли рассказывала об амортизации и бюджете с тем же пылом, с каким его приятели болтали, скажем, о покере с раздеванием и футболе.

— Почему вы так улыбаетесь? — вдруг спросила она.

Сэм снял крышку с пиццы и на мгновение застыл.

— Не правда ли, аппетитно выглядит? — произнес он.

Но Холли по-прежнему вопросительно смотрела на него.

Ему не удастся так легко от нее отделаться.

— Здорово, что вам так нравится ваша работа. Даже если это и бухгалтерское дело, — добавил он, притворно вздрогнув.

— Эй! — запротестовала Холли. — Я неплохо справляюсь со своими обязанностями.

— Верю, — успокоил ее Сэм, но она смотрела на него с сомнением. Он принялся разглагольствовать дальше: — Не всякому повезет целыми днями заниматься любимым делом.

Холли слушала Сэма, стоя спиной к кухонному столу.

— А что же вы?

Сам напросился.

— До недавних пор удача отворачивалась от меня, — ответил Сэм. — Но сейчас я в числе везунчиков.

Взяв кусок пиццы из коробки и положив его на тарелку, он вручил ее Холли. Она не спускала с него пристального взгляда.

Откусив пиццу, девушка поставила тарелку и придвинулась чуть ближе. «А у нее зеленые глаза, — отметил про себя Сэм, — зеленые, как весенняя трава».

Сейчас она казалась совершенно иной. Почему, он сказать не мог. Одежда здесь ни при чем — на ней по-прежнему был тот же костюм, в котором она пришла в ресторан. Так почему он грезит, будто расстегивает пуговицы на одежде? Почему его занимает мысль, как поступит Холли, если он наклонится и поцелует ее, если повалит ее на кухонный стол и забудет обо всем?

— Сэм?

Маккензи уже не помнил, о чем они говорили. «Ну и славный же из меня собеседник», — подумал он и ухватился за последнюю фразу.

— По-моему, обучение очень важно. Да и любимая работа доставляет массу маленьких удовольствий. Я не собирался становиться преподавателем, однако после первого моего шага все покатилось само собой.

Он взял кусок пиццы, но не положил его на тарелку, а отправил в рот. Внутри под двойным слоем сыра и гарнира пицца еще не остыла. Превосходно! Холли по-прежнему не спускала с него любопытного взгляда.

— Вы счастливчик. Мне вот никогда, по-моему, ничего не давалось в руки просто так. — Коротко рассмеявшись, Холли потянулась за бутылкой и разлила вино по бокалам. — Не поймите меня превратно, я преимущественно добивалась своего. Однако мне трудно представить, что все приходит к тебе само собой.

— Почему же? Порой на тебя сваливается именно то, что ты так долго ищешь.

Холли отрицательно помотала головой:

— Не могу поверить.

Сэм принялся гадать, какая неудача так ее подкосила, что она потеряла веру в собственные возможности. Что бы это ни было, она опасалась действовать наобум. Как объяснить ей теперь всю прелесть безрассудных поступков?

— Вы, должно быть, довольно тщательно продумали, какие произвести ремонтные работы, — заметил он, оглядев кухню.

Просторное помещение, обитое деревом и заставленное встроенными в стену шкафчиками с полками, — характерный признак той эпохи, когда возводился дом. Тут также было полно и вещей его обитательницы — цветущие растения, медная посуда, небольшой прямоугольный стол со скамьей, которая, верно, попала в дом откуда-то с улицы. И все равно она была тут к месту.

— О да! — улыбнулась Холли. — Сейчас покажу.

Зайдя в гостиную, она вскоре вернулась с альбомом в руках.

— Видите? — сказала Холли, кивая на открытые страницы и подвигаясь к нему. Их головы почти соприкоснулись, когда они принялись рассматривать фотографии. — Когда я завершу ремонт, дом будет выглядеть так.