Торговец смертью - Джеймс Монро

- Виски пополам с ностальгией, - сказал подошедший Макларен. - Ничто так легко не заставляет нас плакать, как эта гремучая смесь.

Крейг кивнул ему в знак согласия, правда в то время ему ещё не было известно, что такое ностальгия.

- Как будто я оказался в родительском доме. Отец иногда брал меня на рыбалку, - наконец смог выдавить он. - Среди рыбаков один старик любил петь старинные песни. От них на душе становилось теплее.

- Тебе надо украсить эту историю ещё кое-какими подробностями и почаще вспоминать о ней. Джентльмены не чужды сентиментальности и любят истории о честной и достойной бедности, - посоветовал сержант, но Крейг не слушал его.

- А когда мне стукнуло одиннадцать, мать сбежала с молодым матросом, стюардом с "Кингс Лайн". Мой старик сиганул головой вниз с моста, а я оказался в этом дурдоме, который они называли приютом. Там уже было не до рыбной ловли, зато меня там научили драться.

Тут он оставил Макларена и отправился к своей вдовушке...

Он вышел из галереи и купил газету. Заметка на последней странице сообщала о загадочном убийстве в Женеве человека по имени Олтерн. Крейг хорошо знал, кто скрывался под этим именем. Раттер тоже был с ним тогда в лагере на Сицилии. Джон от всей души желал ему успеха, но все-таки они его нашли. На какое-то время он замешкался на ступеньках парадного входа, вспоминая молодого и полного сил Раттера, его отчаянную отвагу во время боевых операций - ведь тому всегда хотелось доказать всему миру, что несмотря на маленький рост ему по силам любое задание. Взрыв на катере и ночная погоня в оливковой роще теперь казались Крейгу ночным кошмаром.

Он вспомнил, как Раттер сцепился в смертельной схватке с белокурым немцем громадного роста. Тот всегда выбирал именно таких, словно желал доказать, что для него они не так уж и велики... Он оставил хорошо оплачиваемую, спокойную работу ради службы в "Роуз Лайн". Раттер знал, что его ждет, и прекрасно сознавал опасность, сопряженную с его новой работой. Вот бы сейчас перекинуться парой слов с Маклареном, поинтересоваться, чем он занимался после войны.

- С Вами все в порядке, мистер? - послышался у него за спиной встревоженный голос газетчика, и только тут Джон заметил, что по его лицу текут слезы. Крейг отрицательно покачал головой и пошел к Трафальгар сквер, потом сунул газету под мышку, смешался с толпой и перестал привлекать к себе внимание.

Джон вернулся в отель, переоделся и снова отправился побродить по городу. Он понимал, что в таком состоянии это довольно опасно, но просто не мог один сидеть в четырех стенах. Крейг направился в сторону Сохо, не пропуская ни одной забегаловки, где ему могли налить стаканчик спиртного. Он ненадолго задержался у входа в итальянский ресторанчик, в котором они с Раттером любили провести время за тарелкой спагетти и бутылкой хорошего вина, а потом снова пошел по улицам, время от времени заглядывая в пабы.

В одном из них на Тоттенхем Корт Роуд Крейг познакомился с ирландцем по имени Даймонд, который сразу проникся к нему симпатией и сопровождал его до позднего вечера. Когда все пабы уже были закрыты, Даймонд потащил его в "Лаки Севен", ночной клуб, в котором ему приходилось бывать. Не последнюю роль в этом выборе сыграло то обстоятельство, что до него было рукой подать, и к тому же туда иногда заходила его знакомая. Даймонд работал в букмекерской конторе, был страстным поклонником театра, и остаток ночи решил посвятить пересказу сюжетов всех пьес, которые ему удалось посмотреть. Время от времени они угощали друг друга виски, и под нескончаемую болтовню своего нового знакомого Джон думал о судьбе Раттера. Потом появилась его девушка, Даймонд засуетился, нашел свободный стул, заказал для неё джин с тоником, представил её Крейгу и, как ни в чем не бывало, возобновил свой монолог с той самой фразы, на которой его прервал.

Девушку звали Тесса Харлинг и Джон попытался вспомнить, что ему было о ней известно со слов нового знакомого. Кажется, она пыталась сделать карьеру на сцене, но потерпела неудачу. Потом без особого успеха пыталась устроить свою семейную жизнь - её муж оказался редкостным мерзавцем. Теперь она жила на его алименты, слонялась по клубам типа "Лаки севен", угощалась дармовой выпивкой и терпела присутствие Даймонда за его мягкость и нетребовательность.

Позднее пробуждение, головная боль, кофе с аспирином вместо завтрака и куча сигарет... Иногда она проводила время с мужчинами, которые ей могли даже быть противны и от которых она не могла отказаться из-за своего одиночества. Прирожденная жертва, совсем как та девица Ланга.

И так же, как неведомая ей крестница, она была красива. На вид около двадцати восьми, высокая, с пышными формами. короткой стрижкой крашеных в иссиня-черный цвет волос и печальными карими глазами, которые уже давно не видели ничего веселого в этой жизни, хотя её крупный рот был словно создан самой природой для улыбок.

На ней было красное платье с открытой спиной, дорогие модельные туфли. Ее внешность, фигура и манера одеваться делали её самой привлекательной девушкой в клубе, но это ей было абсолютно безразлично. Она пришла сюда выпить и поболтать с Майклом Даймондом. Крейгу она очень понравилась, он ненадолго оторвался от своих воспоминаний и постарался произвести на соседку благоприятное впечатление. Та была явно не прочь потанцевать с ним, что он и делал время от времени, пока Даймонд изливал свое красноречие на официантку.

За соседним столиком сидели трое мужчин. Двое из них были молоды и одеты в шикарные итальянские костюмы темного цвета и дорогие кожаные туфли. Третьему было уже за тридцать, осанкой и грубыми, агрессивными манерами он напоминал удачливого боксера-средневеса. Вот ему-то и захотелось потанцевать с Тессой, что с точки зрения Крейга было вполне разумным, ведь она была самой привлекательной девушкой в клубе и к тому же отлично танцевала.

Но грубость этого костолома оттолкнула её. Тесса пришла сюда поболтать с Майклом, да и его новый приятель, Джон Рейнольдс, почему-то был ей очень симпатичен, и она предпочла остаться в их компании, продолжая слушать несмолкаемую болтовню Даймонда и стараясь обратить на себя внимание его приятеля.

Крейга это почти на занимало. Джон уже выпил достаточно много вина, а потом, даже по клубным меркам, лошадиную дозу виски, и с трудом понимал, что красивая девушка в красном платье с открытой спиной хочет с ним танцевать, а неутомимый ирландец рассказывает сюжет постановки, в которой двое бродяг поселились в мусорных баках.

Сам по себе клуб был просто ярко освещенным баром с музыкальным автоматом, но для Крейга все это снова перестало существовать, в своих мыслях он уже опять был в Танжере и распивал с Раттером бутылочку "перно". Это было в пятьдесят шестом году. Они встретились в выходные и вскоре собирались пообедать с двумя испанскими девушками, но беседа их увлекла, и они вновь переживали триумф былых побед и вспоминали о смертельном риске, без которого никакие победы невозможны. Крейг осторожно коснулся темы торговли оружием, и Раттер даже прослезился от избытка чувств и благодарности за возможность снова почувствовать себя героем. До самой своей смерти он так и не догадывался, что та встреча в Танжере была далеко не случайной. Но какое это сейчас имело значение? Раттер всегда получал свою долю и даже сверх того, жизнь его до этого была нудной, утомительной и порядком ему опостылела. Тогда в баре царили приятный полумрак и прохлада, а из динамиков магнитофона звучала витиеватая восточная мелодия.

- А вы действительно коммерческий агент? - услыхал он голос Тессы.

- Да, - кивнул Крейг.

- А чем вы занимаетесь?

- Коммерцией.

- Должно быть, ваша жизнь может иногда показаться скучной, - пыталась поддержать разговор Тесса.

- Я слишком занят, чтобы скучать.

- А я вам рассказывал пьесу о двух полоумных? - снова завел свою песню Даймонд.

- Нет, - ответила ему Тесса и повернулась к Джону. - Если вы меня сейчас пригласите на танец, то у меня не будет возражений.

Средневес снова замаячил перед их столиком и пригласил её танцевать.

- Мне жаль, - покачала головой девушка, - но я пришла сюда с этими двумя джентльменами.

- Оставьте их, - посоветовал верзила.

- Одного из них лечили электрошоком, - продолжал свой бесконечный монолог Майкл. - Он подружился с одним бродягой, тут он, наконец, начал осознавать происходящее и посмотрел на средневеса. - Тесса пришла сюда с нами и у неё совершенно нет желания танцевать с вами, она хочет танцевать с Джоном.

Даймонд снова повернулся к Тессе и сразу же оседлал своего любимого конька.

- Последнее время в театральных постановках речь идет только о бродягах. Не то, чтобы я был против, уверяю вас, мне просто временами это непонятно, но все это очень трагично.

- Меня зовут Эдди Лимман, - представился средневес.