Война индюка - Вадим Проскурин

— А не тот ли это казнокрад, который все деньги на оборону дистрикта разворовал подчистую? — спросил Дик.

— Тот самый, — кивнула Алиса.

К этому времени она в основном завершила очистку палки от лишних сучков. Пару раз взмахнула, примериваясь, и пошла на прокуратора.

— Взять ее! — закричал сэр Смит.

Дик расхохотался. Прокуратор испуганно огляделся и стал пятиться в сторону физкультгородка. Дик двинулся ему наперерез.

— Ну что, Алиса, попробуешь? — обратился Дик к подруге.

— Чего попробую? — не поняла Алиса.

— Яйцо оторвать, — пояснил Дик.

— Ах, да, — сказала Алиса. — Обязательно. Только его сначала побить надо, чтобы не сопротивлялся и не визжал.

— А что, обычно визжит? — спросил Дик.

— Как поросенок, — ответила Алиса.

Сэр Смит завизжал, как поросенок, и обратился в бегство. Дик и Алиса припустили за ним, не слишком торопясь, чтобы растянуть удовольствие. Дик начал прикидывать, что если загнать его к турникам и подвесить к перекладине за запястья, ремнем, например, привязать…

Но сэр Смит побежал не к турникам. Он выбежал на поле для игры в мяч, и оказалось, что посреди этого поля расстелен плащ, на котором сидят сэр Джон Росс и сэр Герман Пайк, и о чем-то беседуют. При виде бегущего чиновника они перестали беседовать, а он их увидел и побежал прямо к ним, нелепо размахивая руками и покрикивая:

— Помогите! Здесь орчанка-убийца! Она в розыске!

Джон встал, его примеру последовал Герман, сервомоторы его протезов громко свистнули.

— Ты кто? — обратился Джон к напуганному старичку.

— Сэр Джеральд Смит, рыцарь, прокуратор сего дистрикта, — представился тот.

Герман рассмеялся, Джон остался серьезен.

— Казнокрад, стало быть? — уточнил он.

— Вы что себе позволяете? — возмутился прокуратор. — Вы сами кто такой?

— Джон Росс меня зовут, — представился Джон. — Алиса, это тот самый хмырь, который тебя в штрафной загон сослал?

— Он самый, — подтвердила Алиса. — Можно я ему по башке стукну? Хотя бы легонько?

— Фу, — поморщился Джон. — Ты мыслишь мелко и не по-человечески. Если собралась мстить, никакие «легонько» неуместны, мстить надо по полной программе, либо вообще не мстить. Лучше не мстить.

— Как это не мстить? — возмутилась Алиса. — Он же безнаказанным останется!

— А зачем тебе его наказывать? — спросил Джон. — Ну, оторвешь ты ему муде, тебе легче станет?

— Конечно! — согласилась Алиса.

Джон подумал немного, затем пожал плечами и сказал:

— Как знаешь.

И отвернулся.

— Хо-хо! — воскликнула Алиса, перехватила дубину поудобнее, и стала приближаться к прокуратору.

В этот момент на краю поля появился полковник Слайти в сопровождении капитана Мунлайта.

— О, вот они! — воскликнул Седрик и показал пальцем на трех менеджеров, растерянно топчущихся на дорожке. — А я-то думал, куда они запропастились? Эй, планктон, куда начальника дели?

Менеджеры стали показывать пальцем на поле для игры мяч.

— Ох, ни фига ж себе, — прокомментировал Джозеф то, что увидел. И заорал командирским голосом: — Джеральд Смит, ко мне!

И добавил вполголоса:

— Счастье-то какое… Не чаял, что доживу…

Когда запыхавшийся прокуратор приблизился к ним, полковник вежливо поклонился и поприветствовал чиновника следующим образом:

— Здравствуйте, почтенный сэр! Как дела, как здоровье? Воруете помаленьку?

Прокуратор попытался сказать что-то злое, но не смог, потому что запыхался от непривычки к бегу. Некоторое время он стоял, затравленно озираясь, затем выдавил из себя:

— Вам это даром не пройдет! Почему не доложили кардиналу о летающих тарелках? Почему по территории бегает беглая орчанка?

— Алиса! — позвал полковник. — Подойди, пожалуйста, будь добра!

Алиса вопросительно оглянулась на Джона, тот утвердительно кивнул и сказал:

— Палку выбрось. Все равно ей драться неудобно, после первого удара сломается.

Алиса немного поколебалась, затем выбросила палку и направилась к полковнику. Джон и Герман последовали за ней, еще дальше следом тащился Дик. Палку он тоже выбросил.

— Алиса, дорогая моя, — обратился к ней сэр Слайти, когда они приблизились, — ты не видела поблизости беглую орчанку?

— Никак нет, — улыбнулась Алиса. — Никаких орчанок я на территории не видела, ни беглых, ни небеглых.

— Должно быть, вас обмануло зрение, сэр, — сообщил Джозеф прокуратору. — Не бережете вы здоровье, воруете, не покладая рук и не жалея сил. Разумные люди воруют по чуть-чуть: украл, отдохнул, еще украл, еще отдохнул, и так далее. Тогда мозг будет в порядке и воображаемые орчанки беспокоить не будут.

— Издеваетесь, полковник, — констатировал Смит. — Ну, издевайтесь. Но его божественность вам еще покажет!

— Вы, сэр, кажется, перегрелись, — сказал Джозеф. — Какое мне дело до его божественности? С таким арсеналом, — он обвел рукой окрестности, — я сам себе божественность!

— Гм, — сказал прокуратор и надолго замолчал. Затем сказал: — Прошу меня простить, это было так… гм… неожиданно… Как мне теперь к вам обращаться… величество?

Герман рассмеялся и предложил:

— А давайте его казним за государственную измену!

— Не пойдет, — возразил Джон. — Этот козел мне нужен живым.

— Зачем? — удивилась Алиса.

— Лучше такой прокуратор, чем никакого, — объяснил Джон. — Во всяком коллективе должен быть общепризнанный вождь, потому что когда его нет, субдоминанты начинают меряться, кто из них круче, и от этого происходит беспредел, беспорядок и анархия. А мне это здесь не нужно. Я хочу, чтобы база не имела никаких проблем ни с провиантом, ни с… эээ…

— Ассенизаторами, — подсказал Джозеф.

— Ни с ассенизаторами, — согласился Джон. — Так что пусть этот козел пока живет.

— Сто тысяч долларов, — неожиданно заявил Седрик.

Все посмотрели на него недоуменно. Седрик стал объяснять:

— Ну, тогда, когда мы учебный штурм резиденции устроили, тогда его холуи сто тысяч в двух сундуках на крыльцо вытащили, чтобы мы ушли. Я думаю, это не последние были.

— Экий ты, Седрик, корыстный, — сказал Джон. — Я всегда считал, что воину подобные чувства не к лицу, тем более офицеру. Что скажете, сэр Джозеф?

Сэр Джозеф печально вздохнул и сказал:

— Жизнь сложна и многообразна, сэр Джон. С одной стороны, доллары лишними не бывают, а с другой стороны… Сэр Смит, а зачем вы вообще сюда приперлись? Минутное помрачение разума?

— Так я уже десять раз говорил! — воскликнул Смит. — Личный приказ его божественности! Лично прибыть и немедленно доложить!

— Эко Герхарда приперло, — улыбнулся Джон. — Ну, давай, докладывай.

— Сначала деньги, потом доклад, — уточнил Джозеф. — И пошустрее, неприлично заставлять его божественность ждать.

— Мне еще кто-то должен кодовую фразу сказать, — вспомнил Смит. — Что-то типа «индюки куда-то там летят».

— Нарцисс в бутоне, — сказал Седрик.

Все недоуменно посмотрели на него. Седрик пожал плечами и покраснел.

— Ах да, — вспомнил Джозеф. — Ты же у нас этот… ладно, проехали.

— Индюки летят на восток, — добавил Джон. — Исключительно на восток и ни в коем случае не на запад. Потому что на запад им в данный момент насрать. Понял?

Джеральд растерянно кивнул.

— Вот и хорошо, — резюмировал Джон. — Давайте, разбирайтесь, а я пойду, отдохну. Устал я что-то.

Джон вернулся на поле для игры в мяч и снова улегся на свой плащ, который так и валялся там, где он его оставил. Джон лежал на спине, смотрел, как по небу плывут облака, и думал, что реализовывать дальнейшие планы будет намного труднее, чем он полагал. Слишком сильно он недооценивал, насколько мозги современных людей загажены расовыми и иными предрассудками. Что ж, придется вносить поправки.

ГЛАВА ВТОРАЯ. Орлы дерзают

Когда человек слышит слово «нанозавод», в голову обычно приходит нечто огромное, железное и грохочущее, наподобие металлургических комбинатов бывшего дома Адамса, только еще больше и оглушительнее. Но на самом деле нанозаводы совсем другие.

Если смотреть со спутника, нанозавод ничем не выделяется на фоне окружающего Чернолесья. Реакторы спрятаны под пологом аборигенных деревьев и не проявляют своего присутствия ни в одном из диапазонов, доступных спутникам-разведчикам. Сложные химические процессы, протекающие в реакторных ваннах, идут так же тихо и незаметно, как биологические процессы в живых клетках. Если бы Джон Росс не имел точных данных, где размещались нанозаводы в момент бэпэ, он бы ни за что не нашел ни одного из них.

Нанотехнологический комплекс, избранный целью первой атаки, раньше располагался на окраине человеческого города, именуемого Дарвин в честь знаменитого философа первой эпохи, позже причисленного к лику святых. Сейчас город Дарвин по-прежнему существовал, хотя изменился до неузнаваемости. Агрессивная аборигенная растительность затопила улицы и площади, дома, растерзанные корнями черных деревьев, превратились в мелкую щебенку, которую эльфы по большей части давно использовали для своих нужд. Корпуса завода продержались дольше других зданий, но до настоящего времени тоже не достояли. Ванны реакторов размещались теперь не в железобетонных корпусах, а в сложных сводчатых конструкциях, образованных сросшимися кронами черных деревьев. Тут и там в живых изгородях зияли отверстия и тоннели, проделанные эльфийскими мастерами с помощью артефактов тонкого управления ростом растений. В просторных машинных залах над дымящимися ваннами висели мостики из живого дерева, по ним сновали лопоухие рабочие. В тесных каморках, сложенных из живых прутиков, сидели клерки, согнувшись над свитками и книгами. Из столовой доносился аппетитный запах — приближалось время обеда. Далеко на западе величаво плыла по своей орбите огромная металлокомпозитная туша орбитальной платформы «Грантчестер», постепенно приближаясь к противоположному, если смотреть отсюда, побережью континента Барнард.