А.Д.А.М. (СИ) - Хоффман Рита

— Ладно, ладно, — бормотал он, доставая ключи из кармана, — может, ее там вообще нет.

Темноты он никогда не боялся, но сейчас мурашки побежали по рукам.

— Орси, свет. — скомандовал он.

Старый светильник на потолке замигал и нехотя включился. Никого. Следов на полу, вроде бы, тоже нет.

— Орси, включи весь свет.

В квартире всего одна комната, совмещенная с кухней, и отдельный санузел. В принципе, осмотреть свои владении он может не сходя с места, прямо из коридора.

Снял кроссовки и, почему-то на цыпочках, прошел в комнату.

— Твою мать!

Эш, собственной персоной, сидит на диване! Проклятая Нанико стоит рядом, смотрит с немым укором, видимо, словарь нецензурной лексики ей не загрузили.

— Не ори ты!

Эш вскочил, кинулся к окну и задернул шторы. Выглядит он ужасно, будто восстал из мертвых, да еще и с похмелья. Волосы грязные, на скуле синяк, джинсы порваны на коленях.

— Тебя разыскивают! — от злости хотелось его ударить. — Какого хрена ты приперся?!

— Да потому и приперся! Домой возвращаться нельзя!

— Ты орать на меня собрался?!

Зисс подскочил к приятелю и толкнул его так, что тот врезался спиной в стену. Нанико сделала шаг в их сторону, но Эш жестом остановил ее.

— Мне некуда идти. — он не стал затевать драку, спасибо и на этом.

— Во что ты вляпался? — злиться Зисс не перестал, наоборот, с каждой минутой пружина внутри накалялась сильнее. — Что с девчонкой?

— На нас напали местные отморозки. Клянусь, я ее пальцем не трогал! Меня избили, а ее закинули в тачку и увезли. — Эш бросил затравленный взгляд в окно. — Честное слово, я понятия не имею, где она и что с ней.

— Откуда знаешь, что тебя ищут? — история казалась все подозрительнее.

— Нанико было дома, когда приходили копы. Спросила, что случилось. Они даже отвечали ей, пока не поняли, что она не человек.

Биомеханическая леди деловито кашлянула, чтобы привлечь внимание, и кивнула.

— Какой процент честности? — спросил Зисс.

— Семьдесят. — ответила Нанико.

— А у тебя, Эш? — съездить по его роже все еще хотелось.

— Сотка, Зисс, клянусь. — он почти плакал. — Если девчонку убили, на меня повесят, ты же понимаешь.

— Завтра мы пойдем в полицию, и ты расскажешь им, что случилось. Понял? — Зисс бросил рюкзак на пол и сел на диван. — Ты просто идиот, Эш, просто идиот!

— Они загребут меня! — взвизгнул он, истерично заламывая пальцы.

— Тогда надейся, что она жива!

В стену постучали. Ясно, тонкий намек от соседки, что орать в такое время можно и потише.

— Ньютон легко нашел точку активации Нанико. — говорить он стал тише, но не менее злобно. — Рано ил поздно полиция тоже додумается до этого, а мне проблемы не нужны.

— Чего еще можно было ожидать от пижона из Шестого.

— Эш… — даже Нанико поняла, что он перегнул.

Зисс вскочил, накинулся на белобрысого идиота, повалил его на пол. Сел сверху, прижал его руки коленями и, едва сдерживаясь, сказал:

— Я тебя прямо сейчас вышвырну на улицу, понял? Хочешь и меня за собой потащить? Не дождешься, понятно?! Сам ввязался в это дерьмо, сам и отвечать будешь! И зачем тогда ты пришел, если я — всего лишь пижон из Шестого?!

— Потому что у меня больше никого нет!

Стоит отдать ему должное — Эш говорил яростно, но тихо, чтобы не беспокоить соседей, притихших за тонкой стеной.

Он слез с приятеля, но остался сидеть на полу. Добрая душа — это настоящее проклятие. Он сам был в почти таком же положении четыре года назад и, если бы не Лиза, давно бы подох где-нибудь на улице. Кто-то должен быть добр к тем, кто заблудился, и, кажется, настало время вернуть кармический долг.

— И что ты собираешься делать? — спросил он.

— Хотел перекантоваться у тебя, пока не станет ясно, что с девчонкой. — ответил Эш. — Потом уеду отсюда.

— Куда? — Зисс усмехнулся. — Из этого города не сбежать.

— Очень смешно. — по лицу видно, что ничего смешного в ситуации нет. — Это не единственный объединенный город.

— Ага, только до следующего через мертвую зону добираться, желательно, на подземном экспрессе, а ценник там такой, что придется кое-какие органы на черном рынке загнать, чтобы оплатить поездку. — напомнил Зисс. — Если девчонка жива, бежать не придется.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Все равно привлекут, я же от полиции скрываюсь. Попробую достать деньги.

— Если взять кредиты всех моих соседей, их все равно не хватит на билет. Разводишь панику на пустом месте, мог сразу пойти в участок.

— Я понял, что меня закроют. — Эш покачал головой. — Им плевать, кого сажать, лишь бы дело закрыть. А тут я сам пришел, на блюдечке себя подал, ни один коп не откажется получить заметку в личное дело.

— Меня учили, что полиция нужна, чтобы защищать нас. — сказал Зисс.

— В Шестом, может, так и есть, но не здесь. Выбраться отсюда мечтаем не только мы, каждый мужик в форме ненавидит Двенадцатый и всех, кто здесь обитает. Никто из жителей не отказался бы подняться на пару уровней, они не исключение.

— Может ты и прав.

— Так что? — взгляд Эша стал молящим. — Сдашь меня?

Отец бы вызвал полицию прямо сейчас, нет, еще раньше, из дома Ньютона. История мутная, слишком много вопросов, оставить Эша у себя значит не пойти на сотрудничество со следствием, навлечь на себя беду.

— Спишь на диване. — он еще поплатится за это решение.

— И в полицию не пойдем? — уточнил Эш.

— Они сами придут.

— К тому времени я уже уйду, клянусь! И прости за пижона.

«Боже, я поплачусь за это, чувствует моя задница, я за это поплачусь».

Закрыл дверь в ванную и прислонился к ней спиной. Когда Лиза подобрала его, за ним не охотилась полиция, вот в чем разница. Он не мог доставить ей проблем, максимум мог оказаться маньяком, но, зная Лизу, живым бы он тогда не ушел. За Эшем же тянется шлейф из лжи и недоговоренностей, он не уточнил, что за отморозки на них напали, хотя всех ублюдков Двенадцатого они оба знают в лицо. Он что-то скрывает и это выйдет боком им обоим.

Зашел в кабинку, дверь закрылась с тихим шипением. Душ окатил его ледяной водой по старой традиции, выплюнул еще несколько струй и только после этого температура внутри начала подниматься. Зато сушилка всегда работает исправно — потоки горячего воздуха быстро высушивают тело и никакой возни с полотенцами.

Тряхнул головой, голубые капли разлетелись по ванной. Ладонью стер конденсат с зеркала и придирчиво осмотрел себя, чтобы понять, не пора ли бриться. Щетина почти не отросла — это плюс, но уже колется — это минус. Мысленно выругался и достал из шкафчика под раковиной станок. Можно, конечно, обратиться в клинику и удалить растительность на лице, но деньги на это были у того, другого Зисса, вернее, у Ноэля Александра, проживавшего в доме номер одиннадцать на улице Сайнт Грегора, в Шестом квартале.

Почему-то вспомнился парень из участка. Увидеть бы его в обычной одежде, а не в великоватой форме, сидящей так, будто ее сняли с чужого плеча. Как там его звали? Ай, безнадежно, такие имена ему в жизни не запомнить. Лиза познакомила его с одним китайцем, отличный парень, единственный, кто платит ей за ремонт мотоцикла, так вот, он представляется Джоном, потому что никто из его знакомых просто не в состоянии запомнить его настоящее имя.

О чем это он? А, точно, парень из участка. Пока он заполнял бумаги, удалось рассмотреть очертания татуировки под рубашкой. Интересно, что там? Лиза несколько раз предлагала нанести рисунок и на его тело, но он не решился. Может, пришло время? Рейтинг катится вниз, из Двенадцатого уже не выбраться, терять нечего.

— Чана, — тихо позвал он, — ты здесь?

— Конечно. — звук знакомого голоса успокаивает.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я разрешил Эшу остаться. Думаешь, это плохая идея?

— Очень плохая. — по голосу слышно, что она беспокоится. — Ноэль, звони в полицию.

— Он мой друг и ему нужна помощь. Я думаю, он не виноват. — оправдываться перед искусственным интеллектом ему еще не приходилось.