Цвет моих крыльев - Екатерина Шашкова

– И все равно не стану ни тем, ни другим. У меня семь старших братьев, четверо младших и еще сестра в качестве довеска. Найдется, кому трон занять. Не думаю даже, что меня насильно будут дома удерживать. Но и без сопровождения, конечно, никуда теперь не отпустят. А вообще, если и случится со мной что, невелика потеря. В такой большой семье одним ребенком больше, одним меньше…

– Балбес ты! – с чувством сказала я. – Тебя же родители все равно любят. Они за тебя волнуются, чего бы ты в свое время ни натворил. Я тоже не ангелом росла, но, когда пропала, даже в другом мире нашли. Только потом опять почему-то потеряли…

– Может, найдут еще… – попытался успокоить Кьяло. – Только ты так и не ответила, поедешь со мной или нет.

Ну вот, приехали. Теперь этот горе-царевич от меня не отстанет, пока не соглашусь. И что делать?

Ехать в Лессу, убегая от войны, но оставлять тут Хозяина наедине со всеми проблемами? А он-то надеялся, что я ему помогу… Пусть шпионки из меня не получится, завербовать меня так никто и не успел, но вдруг я еще на что сгожусь? Не сидеть же без дела!

Но остаться здесь – значит подвести под удар Кьяло и Риссу. Потому что мавка права: он без меня не поедет, зараза упрямая. А она без него с места не сдвинется. Да и мне с ними расставаться совсем не хочется. Привыкла уже.

Ничего себе выбор получается!

А еще инквизиторша эта в библиотеке сидит, Муллена ждет. Да и у меня в сумке бомба замедленного действия, которую я по недоразумению считала дневником. Тоже проблема…

– И что мне теперь со своими записями делать?

– Сжечь! – сразу же откликнулась Рисса. – И пепел развеять по ветру от греха подальше.

– Жалко, – вздохнула я. – Там же целая жизнь. Пусть не вся, но такой кусок, который терять обидно. Может, спрятать их где-то?

– Где ты их спрячешь? В лесу под кустом зароешь?

– Можно и в лесу! Только не под кустом, а… – Идея пришла внезапно, стоило представить себе непролазную чащу и таинственное укромное место, которое можно обнаружить, если очень постараться. – Я придумала! Я знаю, где их спрятать так, чтоб совсем никто не нашел!

– И где? – заинтересовался берсерк.

– Не скажу! Чтоб даже вы не знали. Эх, Глюк, как же ты не вовремя перестал быть лошадью… Придется хозяйскую из конюшни брать. Кьяло, отвернись, я переоденусь.

Парень не успел еще толком сообразить, а я уже распустила шнуровку на платье. И только потом до меня дошло, что форма моя осталась в комнате Тьяры! Пришлось срочно за ней бежать, придерживая спадающую одежду. Одно счастье – недалеко. Но короткой пробежки по коридору хватило, чтоб услышать, как внизу раздаются знакомые тяжелые шаги. А долетевший обрывок разговора только подкрепил мою уверенность:

– Господин Муллен, вас дожидается некая женщина.

– Что еще за женщина?

– Она не представилась, но…

Дослушивать я не стала, времени не было.

– Народ, вставайте! Хозяин вернулся. Если уж ехать, то прямо сейчас, пока они болтают.

– Оденься сначала, – проворчала Рисса, помогая мне выпутаться из платья.

– Так ты с нами? – не поверил своим ушам Кьяло.

– И не надейся! Я – прятать свой дневник, а потом по обстоятельствам.

– Тогда я остаюсь здесь! – Вскочивший было парень плюхнулся обратно на стул.

– Нет, ты едешь в свою Лессу. Кстати, держи… – Я порылась в вещах и нашла кошелек, великодушно презентованный мне Вербой во время таинской бойни. – Тут должно хватить на двух лошадей.

– Я тебя одну никуда не пущу. И плевать мне на все прецеденты, сколько бы их ни было.

– Пустишь, куда ты денешься. Ты мне желание должен, помнишь?

– Н-нет, – с запинкой соврал берсерк.

– Значит, помнишь! Когда Флай на показательном турнире дрался с Лавянки и ты уверял, что он проиграет. Ты мне тогда проспорил одно желание. Так вот, желаю, чтоб ты ехал в Лессу без меня. И в дороге нигде не задерживался дольше, чем надо для того, чтоб поесть и отдохнуть.

– Это… это бесчеловечно.

– А я не человек, забыл?

Кьяло в ответ скорчил такую скорбную физиономию, что мне даже стало его жалко. Зато Рисса просто светилась от счастья. Ее в сложившейся ситуации устраивало все. В том числе и то, что я остаюсь в Предонии.

– Все, уезжаем немедленно. А то кто знает, сколько они проговорят и что эта сестра Анелла ему расскажет. А ты, остроухая, смотри, чтоб твои записи точно нигде не всплыли.

– Обещаю. Я их запрячу так, что даже маги не найдут! Так что вы идите, а я следом.

Мавка недоверчиво покачала головой, привычно уцепила Кьяло за рукав и потащила вон из комнаты. Но в дверях парень все же освободился от блондинистой конвоирши и обернулся:

– Так что, мы теперь больше не увидимся, что ли?

– Почему? – удивилась я. – Как только все утрясется, я к вам в гости приеду. Или вы ко мне. И вообще, как прибудете на место, письмо отправьте с кем-нибудь, а то я волноваться буду.

Кстати, о письмах… Надо Хозяину хоть записочку накорябать, что я жива и вернусь, а то Рисса мне потом голову открутит за безответственность.

– Марго, – Кьяло все еще торчал в дверях, за его спиной нервно переминалась с ноги на ногу Рисса, – ты только не лезь никуда, ладно?

– Ага, – рассеянно кивнула я, вспоминая, куда задевала чернильницу. Интересно, как она оказалась в углу за дверью? Ведь ей же я, кажется, ни в кого не швырялась…

– И обязательно приезжай. Я буду ждать. Хотя, если честно, все равно не понимаю, почему ты не можешь просто сжечь свои бумажки и отправиться вместе с нами.

– А чего тут непонятного? Жалко мне их, вот и все!

– Просто жалко?

Нет, не просто… На самом деле мне совесть не позволит уйти от Хозяина, а сам он меня не отпустил бы. Да и не хотелось уходить, снова терять то зыбкое ощущение родного дома, которое вроде бы начало появляться. Да и если верить сну, то Ксанка в плену у эльфов, но жива, и ее обязательно надо найти. Значит, нужно держаться поближе к западной границе, а не ехать за тридевять земель. И тот дурацкий бунт в Таине тоже не сам по себе возник. Надо понять, кто его организовал и зачем, и отомстить за Флая. Потому что толпа не виновата, она лишь орудие. А вот того, кто все это устроил, я своими руками убью.

А что? Как выяснилось, я вполне в состоянии убить человека и не мучиться после этого угрызениями совести. Вон о том парне, которого ночью мечом заколола, даже не вспоминаю. Так за чем же дело стало?

Но не могу же я обо всем этом рассказать?! Особенно после просьбы «не лезть».

– Да, мне просто жалко эти бумажки! Мы уже все решили. Уезжай.

Кьяло кивнул, сделал пару шагов по коридору, но потом снова вернулся.

– Совсем забыл. Это же твое! – Парень протянул мне сверток.

– А что там?

– Меч.