Если бы я знал - Рейн Уайт

одну, две? Вспомнить бы ещё, сколько песен осталось. Сколько

осталось времени.

― Джой…

Никита выдавил лишь его имя и замолчал. Сглотнул, вздохнул тоскливо, но ничего больше сказать не смог. Или слова

закончились, или мысли окончательно сломались. Но Джою

хватило взгляда. Это он-то смотрит? Как бы не так! Это Ник

душу выедает своим печальным взглядом.

― Отлично, ― отрезал он. ― Иди. Хочешь, иди. Я тебя

больше трогать не буду.

Ник отмер мгновенно. Шагнул ближе, сжал плечо.

Почему-то казалось, что рука подрагивает, или это Джоя

перетряхивало от злости?

― Слушай, меня просто ломает ощущение, словно я тебя

ножом без наркоза режу. Саш…

― Я не Саша! ― Джой скинул с плеча его руку, запрокинул голову, упрямо заглядывая в глаза. И отпустил себя.

― И кстати…

Одним резким рывком он ухватил Никиту за ворот

рубашки и притянул к себе. Поднялся на цыпочки, чтобы

оказаться ближе, закинул одну руку на шею в подобии объятий

и поцеловал. Снова. Без нежности, без страха оттолкнуть. В

третий их поцелуй Джой вкладывал всё желание, что когда-либо

испытывал, всю страсть, отчаяние, боль. Всё невысказанное, что

навсегда останется внутри.

А Ники отвечал. Джой знал, что так и будет. Не мог не

ответить.

Это на дружбу Никите, кажется, было плевать.

― Всё, вали, Ники. И кстати… ― повторил Джой, тяжело

дыша, когда разорвал поцелуй, ― перестань отвечать на мои

поцелуи. Если в следующий раз я попытаюсь повторить, говори

нет. Ты же натурал, а так можно подумать, что тоже на меня

«смотришь».

Джой усмехнулся, заглянул ему в глаза и отпрянул, заставляя Ники разжать руки, успевшие уже стиснуть его в

крепких объятиях.

― Ёшки-матрёшки, так я была права? Вы, что… ―

раздался писк от двери. ― Вы вместе?

Никита отшатнулся. Джой с горькой усмешкой перевёл

взгляд на так вовремя появившуюся Лерику.

― Нет, Рианова. Ники уже уходит. И больше к нам не

вернётся.

― Но! ― Лерика округлила глаза.

― Вали, Ники.

Джой схватил со стола телефон, зажигалку и пачку

сигарет, бросил на Никиту последний взгляд и вышел в коридор.

Вот так правильно. Бог любит троицу. Сейчас он покурит и

спокойно продолжит программу.

Пальцы дрожали, но Джой всё же смог остановиться в

конце коридора и с третьего раза прикурить сигарету. Смог

сделать глубокую затяжку, которая не принесла ни секунды

успокоения, лишь едкий вкус дыма и обжигающие горло

прикосновения.

Никита всё ещё был в гримёрке. Кажется, разговаривал с

Лерикой, но Джою было абсолютно плевать. Ему двадцать, блять, пять! Ну серьёзно, не время строить из себя ванильную

принцесску и умирать от неразделённой любви. Ники страдает

хернёй? Отлично, да будет так. А Джой перевернёт эту страницу

и двинется дальше. Вернётся к предыдущему повороту и встанет

на привычный путь: красивые девочки, яркие мальчики ― и

никаких привязанностей. В двадцать пять лет он, кажется, впервые влюбился. Да, точно. Потерял голову на время. Робел и

вёл себя, как полный идиот. Но первая любовь часто

заканчивается плохо.

Джой сделал последнюю затяжку и кинул сигарету в урну.

Зажмурился, выпуская дым, слыша, как за спиной хлопает

дверь. Кухни? Гримёрки? Это Ник?

Неважно.

Руки ещё дрожали, лицо словно сковало спазмом, но

последняя песня до нового блока программы заканчивалась.

Джой в последний раз глубоко вздохнул, прикусил щёку почти

до крови, а потом улыбнулся. Весело, ярко ― как должен

улыбаться настоящий актёр. Паяц. Он даже испытал гордость за

себя, когда заметил отражение в стеклянной двери.

Что бы ни случилось, с каким бы звуком и какие бы

отношения ни разрушились…

Шоу. Должно. Продолжаться.

Глава 9

Джой не знал, когда и куда ушел Ники. Нет, куда ―

домой, логично? Но когда… Остался он ещё в клубе или всё же

сбежал? О чём и сколько разговаривал с Лерикой? Джой

вернулся в гримёрку лишь через час ― тянул, как только было

возможно. Заменил конкурсы в двух блоках, попросил девочек

станцевать последний номер чуть раньше, даже призы изменил, попросив бармена налить пару интересных коктейлей. Что

угодно, только не бегать лишний раз по залу и пустым

коридорам вип-зоны. Лучше уж зплатить бару, чем случайно

столкнуться с Ником. По крайней мере,