Если бы я знал - Рейн Уайт

хотел снова его видеть. А утром проснулся с ощущением

всепоглощающей пустоты, если, конечно, привычные пять часов

сна можно назвать нормальным утром.

Он даже вроде бы не мучился, просто… там, где обычно

зажигалась искра интереса, где хранилось чувство прекрасного, позволяющее оценивать людей как произведения искусства, словно вакуумом выкачали весь воздух. Но лучше пустота, её

хотя бы можно чем-нибудь заполнить. К тому же мир так

устроен: каждый кусочек его чем-то полон, а раны имеют

свойство затягиваться. Нужно только время. Он, блять, будет

спокойно жить дальше. Без Ники.

И время шло. День, два, три, пять, несколько недель.

Вот только сам Ники выдержал всего пять суток ― а на

шестые написал. Дурацкое: «Привет! Ты как?». Поздно ночью, часа в два, словно заметил, что Джой привычно не спит.

Как он? Отлично! Просто замечательно! Ушёл из

френдзоны в знакомое, тёплое и нежное одиночество. Сегодня, кажется, ничего не ел кроме упаковки венских вафель… или

двух упаковок? Всё так же хреново спит, окончательно перестал

контролировать свой график. За пять дней, стоит заметить. И

нет, он не мучается, просто живёт так, как сам хочет.

Вот только сердце ёкнуло, когда он заметил, от кого

сообщение. Кровь вскипела, ударяя в голову горячей волной.

Как ещё мозг не спалило окончательно? Руки отчаянно дрожали,

пальцы не слушались. Джой пять раз пытался смахнуть

долбаное сообщение с экрана и один раз едва его не открыл. И

ещё пару минут его точно колотило. Ну какого хрена кто-то на

всё реагирует адекватно, а Джою адреналин долбит по всем

конечностям? Со стороны, наверное, идиотски смотрится. Слава

богу, никто этого не видел. Разве что мерцающий экран телека, включенного впервые за пять последних лет.

Джой не отвечал. Стоически держался, хотел вообще

игнорировать Ника, но… до утра. А там, проснувшись со слегка

посвежевшей головой, решил: он же сам говорил о дружбе, сам

просил. Так чего строить из себя обиженную брошенку и

дуться? Так родилось короткое: «Привет! Вчера был занят.

Сейчас норм, как обычно, много работы».

Статус обиженной брошенки подтверждало лишь

отсутствие вопросов с его стороны. Не смог удержаться хотя бы

от этого. Ники тоже отвечал вечность. Хотя тут и отвечать было

нечего, но он придумал.

Ники: «Ясно. Как плечо?»

Джой: «Давно зажило, Никит. Ты же сам знаешь, растяжение ― не настолько долгая травма».

Тем же вечером Джой завалился на крышу. Зачем? Он и

сам не знал. Просто тянуло. С одной стороны, можно спокойно

вычеркнуть всё из жизни и уверить себя, что забыл; а с другой, привычка ― вторая натура. Так что да, ужинал он на крыше.

Матерился на прохладную октябрьскую морось, наблюдал за

живущим своей жизнью городом и жевал булку, запивая

энергетиком. Судя по вкусу, тем же, что приносил с собой в

кафе Влад ― Джой, не глядя, схватил банку в ближайшем

магазине.

Ники не было. Ни в этот раз, ни в следующий, ни через

пару недель. Зато у Джоя имелся собственный ключ, собственный плед, который теперь катался в машине и…

спокойствие. Почему-то на крыше действительно становилось

легче. Здесь отпускало всё. И плевать было на воспоминания. У

Джоя дерьмовая память, вообще-то. Да, настолько дерьмовая,

что при внезапном желании высказать всё, что накипело, пишет

подруге, с которой не общается порядка трёх лет. Помнит…

А как тут забыть, когда Вера из всех многочисленных

друзей семьи, была самой разумной, взрослой и адекватной

девчонкой? Замечательная собеседница для Джоя, почти богиня

― для Димки. Такая девчонка, какой она была раньше, действительно казалась идеальной парой для его доброго, светлого и домашнего брата. Боевая, смелая, на любой вопрос

имеющая своё мнение. Девочка-зажигалка.

Только в любой зажигалке однажды может кончиться

топливо. Погасла. Обзавелась шрамами на теле и душе, пропала

со всех радаров, перестала отвечать на звонки и письма.

Самоликвидировалась, отдалилась даже от тех, кто её искренне

любил, и теперь лишь изредка выбиралась на свет, вороша

прошлое и вскрывая старые раны. Но, возможно, оно и к

лучшему. Всё, что в жизни случается. Димка сильно повзрослел

с тех пор, сам стал «боевым и смелым», а Джой обзавёлся

личным дневником в онлайн формате.

М-да, к лучшему… Джой вздохнул, пролистывая все

сообщения, что когда-либо отправлял Вере. Слишком много

рассказов