Провинциальная история нравов, замаскированная под детектив. Или наоборот. - Ольга Смирнова

Он отошел в сторону, и взгляду Симы открылся большой сундук с окованными железом углами и массивной крышкой. Внутри была куча одежды. Магиня разглядела отороченный мехом неизвестного зверя плащ, вышитую рубаху и сапоги.

— Кому это в здравом уме могло понадобиться? — спросила она обескураженно. — У них тут театральный кружок, что ли? Зачем было ребенка красть? Для антуража?

— И впрямь попахивает театральщиной. Да еще любительской, провинциальной. Алтарь вроде есть — но не работает. Свечи горят — но магия в них едва теплится. Хватит еще на сутки, не больше. Мужики бестолковые ночуют, словно здесь передержка для бомжей. Шлем с рогами — кому он сдался? Заметила, как отполирован? Я свое отражение рассмотреть могу.

— Действительно. — Сима подумала-подумала, что бы ещё сказать, ничего толкового не сочинила и вернулась к прежней теме: — Но все-таки — как мы соберем остальных? Я ничего не нашла — какие-то огарки свечей, да пародии на амулеты магические. Все довольно безобидно и больше напоминает развлечения подростков, чем игрушки похитителей и Тёмных. А ты?

— Кроме этого — почти ничего, — развел руками Яр.

— И что же? Будем ждать? Сколько? День? Неделю?

— А давай-ка спросим у наших друзей, когда ожидается прибытие высших чинов. Что-то они притихли, — сказал Яр, щелчком пальцев возвращая пленникам дар речи. — И начнем с самого простого. Вы кто такие?

В ответ ему послышались разномастные и вдохновенные ругательства, которые значительно обогатили Серафимин словарный запас.

— Ребят, у меня времени в обрез, — невежливо перебил Яр. — Не хотите по-хорошему, я ответы из вас выжму. Все поняли?

«Ребята» то ли недалекие попались, то ли упрямые, но отвечать магу на первых порах отказались. И тогда их словно начало сдавливать со всех сторон. Они покраснели, посинели, стали задыхаться и судорожно дергаться. Яр с довольно равнодушным видом наблюдал за спектаклем.

— Даю последний шанс — кто вы такие? — спросил он и, по интонации было ясно, что он разбрасывать словами не намерен и имеет в виду именно то, что сказал. Что шанс — последний, что времени — в обрез, и тратить его на бестолковых он не собирается. Что если эти двое полудурков хотят умереть героями — флаг в руки, он им такую возможность предоставит, только б этом легенд не сложат и песен не напишут. Бесславные, неназванные, жалкие герои получатся. А главное — во имя чего?

— Стой, стой… — прохрипели оба, видимо, решив с геройством повременить. Или жить захотели. — Адепты… адепты мы.

— Вот оно как… впрочем, мы предполагали подобное. А здесь что делали? — Сима отметила таинственное «мы», но расспросы пришлось отложить, чтобы слушать дальше.

— Охрана мы. Охраняли…

— Ясное дело, что не носки вязали, — раздраженно прервал их Яр. — Что конкретно охраняли? Артефакты? Амулеты? Где это все?

Двое переглянулись — они явно не поняли, о чем их только что спросили.

— Ну… — начал один, — вот место охраняли. Священный Алтарь. Одеяния. За свечами следили, чтоб не гасли.

Серафима стало интересно, как бы они эти свечи зажигать стали, но она в разговор вмешиваться не стала.

— Даже так. — Яр выглядел удивленным и вместе с тем обрадованным. — То есть больше нигде и ничего?

— Нет. Учитель и наставник все самое важное в сундуке хранит.

— Оно и видно, — чуть заметно улыбнулся Яр. — Один шлем чего стоит. Весело тут у вас, ребята, ничего не скажешь. А кабы вы знали, сколько шуму поднялось из-за пустяков, повесились бы.

— Тебя ждет ужасная кара! Ты осмелился осквернить нечистым прикосновением одеяния Учителя! — неверным, страшным голосом взвыл один из пленников, осмелев.

— Почему сразу нечистым? Я руки мою даже чаще, чем вы, готов поспорить, — не согласился Яр. — Как с главным связаться?

Как только Яр закончил говорить, ночной воздух разрезала затейливая трель сотового телефона. Звук доносился откуда-то слева, из-за алтаря. Маг и магиня синхронно повернули головы, а Сима воскликнула:

— Ну мы и дураки с тобой! Сразу надо было догадаться. Продвинутый век — век электроники. У всех же телефоны есть. Наверняка, номера сообщников забиты в телефонную книгу. А дальше дело техники.

Ничего не ответив, Яр зашел за алтарь и выудил оттуда разрывающийся телефон. Подошел к коренастому, нажал на кнопку и поднес трубку к его уху. Потом подумал и поставил телефон на громкую связь. Приказал шепотом:

— Говори, — и еще что-то добавил еле слышно.

Любитель махать руками икнул, зачем-то высунул язык, подвигал им вверх-вниз, икнул еще раз и затих. И после этого сказал спокойным голосом, что форменным образом диссонировало с выражением злобного бессилия на лице:

— Слушаю, шеф.

— Что у вас? Все в порядке? — прошипел знакомый мужской голос.

— Тревога прозвучала. Только что вам набирал.

— Проникновение за периметр?

— В точку.

— Схватили?

— Так точно, шеф. Связали.

— Личность установили?

— Чужак, шеф. Документов нет. Что делать?

— Сейчас буду. Ждите.

Обещанное «сейчас» растянулось на двадцать минут. То ли собеседник коренастого был уверен в компетентности своей охраны, то ли хотел урвать пару минуточек сна, то ли занят был неотложными делами, но за время ожидания Сима успела обойти поляну несколько раз по периметру в поисках чего-либо стоящего. Увы, ничего не нашлось. Яр с отрешенным видом стоял за алтарем. Двое мужчин безуспешно дергали невидимые пути и беззвучно матерились.

Наконец портал открылся. Хлопок — и из зияющей черноты вывалились один за другим Голубев, шеф участка Георгий Владиславович и муж Марины Михей. Лица у всех троих были торжественными и сосредоточенными. Тем забавнее было наблюдать смену выражений, когда они увидели: а) охранников — связанными, б) Симу и Яра — разгуливающими на свободе. А шеф еще и выдал:

— Груздева, ты мне кофе так и не принесла!

— Что ты здесь делаешь? — Это вопросил Голубев, явно опешивший от такого наплыва гостей — несвязанных, к тому же. — Это еще кто? Почему вы… — это он обращался к охранникам, которые, понятное дело, ничего сказать не могли. Да, наверное, уже не сильно и хотели.

И только Михей не растерялся. Одним полубезумным взглядом окинув поляну, он выхватил из кармана какую-то баночку и с визгом: «Сдохни, колдун!» швырнул в Яра. Надо отметить, метко швырнул и даже попал. Все произошло настолько неожиданно, что Яр не успел отпрянуть. Содержимое баночки со смачным чавканьем плюхнулось ему в лицо и быстро потекло вниз, на рубашку. Стоявшая в нескольких метрах от него Сима скривилась — пахло зелье отвратительно. Хуже свечей.