Охота за 'Красным Февралем' - Владлен Борисович Багрянцев

разных людей подобные речи действуют по-разному… Мохаммед Османи знал это, как никто другой.

— Ладно, — наконец-то пришел в себя Миттельман, — допустим. Морские пираты, самооборона, Фамке ван дер Бумен — член Японской Коммунистической Партии… Вас я не знаю, но ваше лицо кажется мне удивительно знакомым, — командир «Соломона» повернулся к Тоширо-старшему. — Где бы я мог его раньше видеть?

— Понятия не имею, — скромно признался бывший майор Куба. На Малумских Островах он пользовался гримом. Неужели на глаза стигийскому офицеру попадался один из этих плакатов, которые украшали улицы Токио после битвы при Гибсоне? Когда Куба Тоширо считался одним из погибших героев «Возмездия»?

— Вспомнил, — снова заговорил Миттельман. — Впрочем, сейчас это не имеет особого значения. Будем считать, что я обознался.

Ашер Миттельман вспомнил, где встречал очень похожее лицо, и совсем недавно — в медицинском отсеке собственного корабля, когда наносил туда визит вежливости. Тот молодой австрало-японец с альбионской подводной лодки, один из людей капитана Гриффина. Как его звали, — Тоширо Смит? Точно. Практически точная копия, разве что лет на двадцать моложе. Нет, не может быть. Пожалуй, не стоит развивать эту тему. Можно легко и просто предсказать ответ этого пленника, банальный и очевидный: «Вы один из тех белых людей, для которых все японцы на одно лицо!»

«К дьяволу это все, пусть расследованием занимаются другие люди. Мне и так недостаточно платят», — подумал Миттельман.

— Ладно, поболтали и хватит, — твердо произнес он вслух. — Я намерен взять вашу лодку на буксир и доставить на Малумские Острова, где будет проведено самое тщательное расследование. Уверяю вас, мы докопаемся до правды и узнаем, кто все эти мертвые люди, и как они погибли. Если ваши слова подтвердятся, мы вернем «Красный Февраль» вашему правительству — и вас тоже.

При этих словах пленники заметно напряглись — и это не ускользнуло от внимания капитана Миттельмана. «Кто бы сомневался!» Никаких сомнений — последнее, чего желает эта подозрительная троица, так это возвращения в родную Сферу!

Однако, не прошло и минуты, как все трое снова расслабились.

«Малумские Острова? — думала Фамке ван дер Бумен. — Почему бы и нет? Там у меня найдутся друзья, верные люди и люди, которые мне должны. Не пройдет и суток, как я снова окажусь на свободе. Вот только лодку жалко, столько трудов было в нее вложено… Впрочем, еще не все потеряно! Надо только благополучно добраться до Малумских Островов…»

«Малумские Острова? — думал Мохаммед Османи. — О, Господин Всемогущий, Царь Вселенной и Повелитель Миров! Да какая теперь разница?! Предложу свои услуги стигийцам. Стигийцы — это все равно что альбионцы, а кое-в-чем даже лучше альбионцев. Если я помогу им разобраться с «Февралем», они меня не выдадут и даже хорошо заплатят. Да, отличный план».

«Малумские Острова? — думал Куба Тоширо. — Не самое страшное место на Земле. Надо только добраться до берега. Не пройдет и суток, как я снова окажусь на свободе…»

Капитан Ашер Миттельман думал совсем о другом.

— Старшина! Отведите наших новых гостей на борт «Соломона». У нас еще остались свободные каюты? Нет? Ну, распределите их там как-нибудь, на ваше усмотрение… Поместите даму в женский отсек, например. У вас нет аллергии на кошек, госпожа ван дер Бумен? Вот и прекрасно. Строгий надзор, но вежливое обращение. Накормите их и все такое. Исполняйте!

Едва пленников увели, как на «Красный Февраль» прибыли лейтенанты Маджди и Брешник из имперской военной разведки.

— Переверните всю лодку вверх дном, — приказал капитан. — Собирайте документы, снимайте показания приборов, берите образцы сплавов, фотографируйте все подряд и так далее — вы и сами знаете, что делать. Не мне вас учить, господа. Приступайте!

Следом подошли боцман «Соломона» и несколько моряков из палубной команды.

— Я рассчитываю на вас, боцман, — сказал Миттельман. — Продумайте хорошенько, как прицепить к нам это чудовище. Нам придется тащить его за собой до самого Порт-Малума.

— Никак нельзя пустить его собственным ходом, капитан? — осмелился уточнить боцман.

— Увы, — Миттельман уже успел полюбоваться на развалины капитанского мостика «Красного Февраля». — Только на буксире. Я бы не рискнул управлять этой лодкой даже в детском бассейне. Без посторонней помощи «Февраль» не сможет добраться от одного бортика до другого.

Боцман козырнул и удалился, а вместо него пред очами капитана предстал старший офицер корабельного АБАХ (Отряд по борьбе с Атомной, Биологической, Антиматериальной и Химической угрозой) и его команда.

— Проверьте здесь все как следует, прапорщик, — велел Миттельман. — Состояние реактора, ракетные шахты, торпедные отсеки, арсеналы и магазины. Мне не нужны сюрпризы.

— Командир! — по штормтрапу слетел курсант-посыльный. — Вас срочно вызывают на мостик! На радарах чужой корабль! Приближается с юга!

— Уже иду, — кивнул Миттельман и добавил, повышая голос и обращаясь к подчиненным, которые не успели убраться достаточно далеко: — Поторопитесь, дамы и господа! Боюсь, у нас осталось не так много времени…

— продолжение следует -

Глава 41. A man-of-war is the best ambassador [1]

— Связь установлена, командир, — доложил радист, едва Миттельман поднялся на капитанский мостик «Соломона». Ашер кивнул и взял предложенный микрофон:

— Говорит капитан Миттельман, командир корабля «Праведный царь Соломон», Стигийский Императорский Флот. С кем имею честь?

— Капитан Намбу Коширо, окинавский военный корабль «Бусакаши», — отозвался динамик. — Приветствую вас, капитан.

Миттельман едва удержался от презрительного смешка. «Окинавский», как же. Теперь он мог видеть это чудовище японской постройки не только на экране радара, но и на горизонте. «Окинавский». Эта наглая и бессовестная ложь не сумела бы провести даже новорожденного младенца, но позволяла дипломатам сохранять лицо. Миттельман мог прямо сейчас живо представить, что скажет ассирийский посол в Иерусалиме или новый японский консул на Малумских Островах (старого кто-то грохнул при странных обстоятельствах): «Что вы такое говорите? Вашему кораблю угрожал военный корабль под флагом Окинавской Империи?! Это возмутительно! Ну так к окинавцам и обращайтесь. Мы-то здесь при чем?» А с Окинавы какой спрос? Все знают, зачем и почему существует это кукольное королевство. Среди прочих причин, для таких вот ситуаций и существует.

Разумеется, вслух Миттельман сказал совсем другое:

— Чем могу служить, капитан Намбу?

— Мне нужна японская подводная лодка, рядом с которой стоит ваш эсминец, — без обиняков и лишних предисловий продолжал лже-окинавец. — Я буду признателен, если вы отойдете в сторону и позволите нам ее забрать.

«Черт побери, это было так предсказуемо», — подумал Ашер.

— На каком основании? — поинтересовался Миттельман. «Интересно, что ты сейчас соврешь…»

Капитан Намбу ответил не сразу. Очевидно, не сразу придумал очередную ложь:

— Этот корабль угрожал мирному судоходству в окинавских водах и тем самым оскорбил моего императора. Полагаю, мы имеем право