Венгерский политический детектив - Дёрдь Фалуш

Тисс, закончив разговор по телефону, обращается к присутствующим:

— Дозвонился я до этой фирмы «Бергер транспорт», передал все, что следовало, а там переполошились сверх всякой меры. Ума не приложу, с чего бы так пугаться... Уж не контрабанда ли тут какая замешана?

— Байнинген... «Бергер транспорт»... — вполголоса повторяет лейтенант Хорн, и теперь уже он завладевает телефонным аппаратом. Необходимо проинформировать майора Аргентера о дальнейшем развитии событий, а заодно и сделать запрос по поводу этой транспортной фирмы. Открывается дверь, и в диспетчерскую входит темноволосый мужчина среднего роста, облаченный в такую же форму, как и лейтенант Хорн.

— Господин лейтенант, разрешите доложить: отряд в сборе. Из всех, кто был в увольнительной, не удалось найти лишь одного человека, так что нас в общей сложности вместе с вами двенадцать.

— Старший сержант Клод, — Хорн представляет подчиненного остальным членам штаба. — А что с нашим оборудованием?

— Майор высылает его вертолетом.

— Прекрасно!.. Ну что ж, Клод, обождите пока в соседней комнате.

— Слушаюсь, господин лейтенант.

С майором Аргентером удается связаться минут через пять. В небольшом подотделе, занимающемся борьбой с терроризмом, переполох, судя по всему, царит неимоверный. Лейтенант Хорн едва успевает раскрыть рот, как Аргентер торопливо перебивает его:

— Хорн, не вздумайте предпринимать какие бы то ни было меры, ясно? Надеюсь, выходы из тоннеля уже перекрыты, а от других акций воздержитесь, пока к вам не прибудет представитель фирмы «Бергер транспорт» — вертолет за ним я уже направил. Человек этот объяснит вам, в чем дело, и тогда уж вы решайте, как быть, но перед началом операции непременно поставьте меня в известность... У меня пока все.

Хорн чувствует, что во рту у него пересохло. Итак, его предположения оправдались: ответственность и впрямь взвалили на него.

Лейтенант доводит этот факт до сведения присутствующих и видит, как все облегченно вздыхают. Даже капитан Вольф не скрывает своей радости, оттого что события сложились для него столь благоприятно. Не беда, что операцией будет руководить младший по званию — тут уж не до таких пустяков, как престиж... Хорн делает вид, будто не замечает реакции присутствующих.

— Неплохо бы выпить чего-нибудь освежающего, — обращается он к Манакору. — Может, у вас найдется кока-кола?

— Сию минуту позвоню в буфет, и официант принесет, — с готовностью подхватывает Манакор.

— Нет, так дело не пойдет... Лучше уж я пошлю в буфет кого-нибудь из своих ребят. Давайте условимся, что с этой минуты доступ на второй этаж будет перекрыт для всех, за исключением абсолютно надежных людей. Не хочу, чтобы посторонние уловили хотя бы обрывки наших разговоров...

— Вы полагаете, что у террористов могут оказаться сообщники среди нашего персонала? — Брови господина Тисса возмущенно взлетают кверху. Он сверлит лейтенанта неприязненным взглядом, явно давая понять, что его задело подозрение Хорна.

— Полагаться только на самих себя — это основная заповедь нашей профессии, — заявляет лейтенант Хорн, даже не делая попытки уклониться от ответа. Бесстрастная, отчужденно-холодная манера Тисса не вызывает в нем ни малейшей симпатии.

Манакор молчаливо принимает условие лейтенанта, и, пока Хорн на минуту отлучается в соседнее помещение, главный инженер достает крупномасштабные чертежи отдельных участков тоннеля. Едва успевает он разложить на столе чертеж подвергшегося нападению девятого участка, как лейтенант возвращается в диспетчерскую. Капитан Вольф связывается со всеми полицейскими постами, запрашивает, нет ли каких новостей. Ему докладывают, что ни у вентиляционных шахт, ни в горах поблизости от тоннеля не замечено ничего подозрительного. Вокруг тишина и спокойствие. Правда, закрытие тоннеля привело к некоторым осложнениям. Служба безопасности движения доносит, что на перевале Сен-Георг дорожные условия сейчас крайне неблагоприятные. Снегоочистители с утра прошлись по всему серпантину, однако с десяти часов опять повалил снег, к тому же дорога очень скользкая.

Из Штайга сообщают, что к тоннелю прибыла еще одна машина «скорой помощи». Манакор призывает медицинский персонал и пожарные бригады находиться в постоянной готовности. Белые и красные машины выстраиваются у обоих концов тоннеля, ожидая команды приступить к действию.

— Ну что ж, изучим пока чертеж... — Хорн постепенно овладевает собой. В конце концов, этого следовало ожидать. Вот уже несколько месяцев он знает, что настанет день, когда начальство бросит его в глубокую воду. Его акция, его и ответственность. И все же в глубине души Хорн не может отделаться от чувства удивления, неожиданности. Подумать только: ведь сегодня спозаранку он еще плыл на яхте, наслаждаясь путешествием, жадно вдыхая прохладный, влажный воздух...

— Вот он, девятый участок, — Манакор тычет пальцем в глянцевитый шуршащий бумажный лист. — Это убежище, где находятся заложники. Двумя черточками обозначен проход из тоннеля в убежище. А синяя точка рядом — телефон, которым воспользовались налетчики.

— Ну и поблизости от убежища, наверное, стоят машины, пассажиры которых стали заложниками, — добавляет капитан Вольф.

— И там же где-то находится взрывчатка. — Лицо инженера Манакора искажается нервной гримасой. — Как вы считаете, господа, эти бандиты действительно прихватили с собой взрывчатку, как они утверждают, или это блеф?

— В нашей практике рекомендуется всегда исходить из того, что террористы не блефуют, — отвечает ему Хорн. — Благодаря этому удается избежать многих осложнений.

В этот момент с автостоянки перед домом, оглушительно грохоча, взмывает вертолет; на своем борту он увозит в столицу магнитофонную пленку, где записан голос главаря террористов.

— Как решена в убежищах проблема вентиляции? — задает вопрос капитан Вольф.

— К каждому убежищу подведена специальная труба, по которой сверху поступает свежий воздух. Другая труба вытягивает из помещения отработанный воздух, дым.

— Какого диаметра эти трубы? — тотчас интересуется Хорн.

— Господин Манакор проектировал этот тоннель, ему и карты в руки, — кивает капитан в сторону главного инженера. — Он наверняка все данные наизусть знает.

— Конечно, знаю. Начнем с самого верха. Построенные в горах мощные вентиляционные установки с огромной скоростью нагнетают воздух в вертикальный колодец диаметром в два метра. Этот колодец на уровне двадцати двух метров над потолком тоннеля разделяется на более узкие каналы. Основная часть свежего воздуха поступает в тоннель через забранные решеткой отверстия в стенах тоннеля, а менее значительный поток приходится на долю убежищ. Диаметр вентиляционных отверстий тоннеля девяносто сантиметров, а в убежищах — семьдесят.

— Покажите, в каких местах они вмонтированы в самом тоннеле!

Манакор недоумевает, с какой стати лейтенант вдруг настолько заинтересовался всеми этими подробностями, однако показывает на дополнительном чертеже схему вентиляции. Выясняется, что ближе всего к убежищу, захваченному террористами, — примерно в ста пятидесяти метрах — находится отверстие номер 35, расположенное на той же стороне тоннеля.

— А на какой высоте находится выходное отверстие? — следует очередной вопрос.

— Три метра восемьдесят сантиметров, если считать от асфальта.

— Хотите пустить газ? — интересуется Вольф со знанием дела. Хорн несколько мгновений молча всматривается в лицо капитана, как бы взвешивая про себя его предложение, прозвучавшее в форме вопроса, затем отрицательно качает головой.

— Не выйдет! Слишком уж велика площадь распыления. Можно бы прибегнуть к газам, воздействующим на нервную систему, но все они, какой ни возьми, распространяются слишком медленно. А стоит только бандитам учуять газ, и они успеют перестрелять заложников или устроить взрыв. На такой риск мы не можем пойти.

— Да, вы правы: на такой риск идти нельзя, — неожиданно поддакивает Тисс. Манакор поднимает на него взгляд, однако воздерживается от каких бы то ни было замечаний.

Входит старший сержант Клод, пытаясь удержать в равновесии расставленные на подносе бутылки. С несвойственной ему ролью официанта он справляется не слишком ловко.

— Скажите, а какой решеткой защищено вентиляционное отверстие?

Главный инженер готов дать обстоятельный ответ, но в этот момент вдруг раздается телефонный звонок. Плюме, не в силах вымолвить ни слова, указывает рукою на кремовый аппарат.

— Возьмите трубку, Манакор, — командует Тисс, и главный инженер подчиняется приказу.

— Вас слушают...

— Ну как, господин инженер, прибыл представитель транспортной фирмы?

— Мы поставили фирму в известность, но представитель еще не успел приехать.

— Действуйте порасторопнее! Чем скорее этот тип примчится в Вигау, тем будет лучше и для вас... А теперь слушайте внимательно, я зачитаю список заложников.