Венгерский политический детектив - Дёрдь Фалуш

— Но жарче всех будет именно вам! — тотчас парирует Вольф.

Наступает короткая пауза. Мужчины в диспетчерской напряженно ждут ответа.

— Нечего нас запугивать, фараон проклятый! Небось родственнички заложников не обрадуются, если полиция пожертвует четырнадцатью жизнями...

Капитан Вольф смотрит на лейтенанта, однако ему не удается прочесть во взгляде Хорна нужный ответ. Приходится решать самому:

— Стоит ли тут горячку пороть? Не забывайте, что заложники представляют ценность лишь до тех пор, пока они живы. А теперь выкладывайте ваши требования!

— Значит, вы согласны на компромисс? — в голосе террориста звучит нескрываемое удовольствие.

— По-моему, я ни словом не выразил согласия с вами, и вообще не известно, будет ли оно достигнуто в дальнейшем. Ваши условия мы доведем до сведения компетентных властей, и результат будет зависеть от них. Однако нам не мешает знать, чего же именно вы добиваетесь.

Какое-то время слышится лишь учащенное дыхание говорящих: динамики усиливают каждый малейший звук. Лейтенант Хорн отмечает про себя, что во время этой паузы в отдалении кто-то выкрикивает несколько слов, вот только смысла их не разобрать. Это мелкое событие заинтересовало лишь лейтенанта, остальные присутствующие не обратили на него внимания. На площадке перед зданием конторы с грохотом приземляется очередной вертолет.

— Ну тогда слушайте и запоминайте! Мы являемся борцами Панарабской лиги. В результате сегодняшней успешно проведенной акции нам удалось захватить транспорт, направлявшийся из Байнингена в Геную. Ваше правительство регулярно поставляет ядерное сырье Иргелю; мы решили положить этому конец. Итак, цель нашей акции состоит в том, чтобы обнародовать этот факт и тем самым воспрепятствовать дальнейшим поставкам Иргелю аналогичных грузов...

Жак Брокка явно хочет вмешаться, однако капитан Вольф не дает хода этой его попытке, и главарь террористов продолжает:

— И цель наша будет достигнута. Предав гласности этот вопиющий факт, мы вызовем грандиозный скандал. Вашему трусливому правительству придется поджать хвост и прекратить свои заигрывания с Иргелем. Ну а если оно и после этого решится хоть раз переправить туда отработанное ядерное топливо, мы ответим на это очередным ударом...

— Вынужден прервать вас, — вмешивается капитан Вольф в своей обычной резковатой манере, и голос его звучит сурово. — Не хочется портить вам настроение, но факт остается фактом: вы захватили груз, предназначавшийся вовсе не Иргелю, а одной из стран ислама. Рядом со мной находится представитель фирмы «Бергер транспорт»; он может подтвердить, что вот уже полтора года аналогичные поставки адресуются лишь арабским государствам и странам ислама.

— Думаете, мы клюнем на эту дешевую приманку?.. Нам было заранее известно, что, если вас припереть к стенке, вы попытаетесь вылезти с этим оправданием. Напрасно надеетесь обвести нас вокруг пальца!

Жак Брокка тем временем успевает шепнуть капитану несколько слов; тот, моментально уловив, в чем дело, выдвигает новые аргументы:

— Прежде чем организовать налет, могли бы заглянуть в любое справочное пособие. Государство Иргель обладает большим количеством атомных электростанций, нежели все арабские страны, вместе взятые. И, судя по всем признакам, оно вот уже несколько лет располагает и собственными атомными бомбами... Отработанное ядерное топливо требуется в первую очередь как раз слаборазвитым воинственным государствам ислама, и грузы из Байнингена последнее время предназначались исключительно для них...

— Зря стараетесь, вам все равно меня не переспорить. Мы прекрасно знаем, что и зачем делаем. И вот вам первое требование: мы желаем сегодня, в три часа пополудни, провести пресс-конференцию, с тем чтобы она непосредственно транслировалась по телевидению!

— Что-о? — Капитан Вольф не в силах скрыть свое удивление.

— То, что слышали! В четырнадцать часов извольте прислать на электрокаре телевизионную камеру со всем необходимым снаряжением. Передача должна быть прямой и транслироваться по всей швейцарской территории. В конференции должны принять участие представители по меньшей мере трех крупнейших международных информационных агентств и корреспонденты ведущих газет. Вопросы могут быть заданы ими из Вигау или из центральной студии. Мы зачитаем также и подготовленное нами коммюнике... Вот вам первое условие.

— У вас есть и другие?

— А как же! Второе условие заключается в следующем: в интервале между половиной четвертого и четырьмя часами, когда закончится пресс-конференция, пришлите в тоннель два десятиместных микробуса. В одном из них должны находиться тридцать миллионов швейцарских франков подержанными купюрами по пятьдесят франков. Если все пройдет как надо, мы на двух микробусах и камионе двинемся к выходу у Штайга. Имейте в виду, что под контейнер заложена взрывчатка, и если вам вздумается лезть на рожон, то это к добру не приведет.

— Продолжайте, — тихо говорит капитан Вольф. Лоб его покрывается бисеринками пота.

— В шести километрах от выхода тоннеля у Штайга отходит дорога на Линардское озеро, она упирается в причал. Мы требуем, чтобы на молу не было ни одной живой души, и настаиваем на полном затемнении. У причала должен стоять наготове гидроплан, обеспеченный горючим, но без пилота. Гидроплан, способный принять на борт не меньше десяти человек! — повторяет террорист.

Вольф вытирает мокрый лоб. Тем временем лейтенант Хорн быстро пишет что-то на клочке бумаги и передает его капитану. Тот пробегает записку глазами, и голос его звучит тверже:

— Это все?

— Да.

— По-моему, вы упустили одну немаловажную деталь. Как вы собираетесь расплачиваться с нами за наши услуги?

— О какой еще расплате вы тут толкуете?! Разве вам мало того, что мы не взорвали тоннель, что не тронули ваш контейнер?

— Если бы вы устроили взрыв, то сами же и погибли бы, вот что удерживает вас от крайних мер. Так что не стоит включать это «одолжение» в сделку, которую мы сейчас заключаем... Ничто не делается бесплатно.

— К чему вы гнете?

Капитан Вольф бросает беглый взгляд на бумажку, подсунутую ему лейтенантом Хорном.

— За телекамеру вы должны будете отпустить одного заложника. За пресс-конференцию — двух. За микробусы — еще четырех. А об остальном поговорим позднее. Обдумайте наши предложения. Ровно в двенадцать тридцать мы вам позвоним. — Капитан Вольф кладет трубку и поворачивается к лейтенанту Хорну. — Хорошо я провел переговоры?

— Могу вас только похвалить, капитан, — самым серьезным тоном отвечает Хорн, и ни один из них не замечает курьезности ситуации, сложившейся из-за разницы в возрасте и различий в ранге. Сейчас принимается в расчет только личный опыт...

— Как бы они не озлобились... — в отчаянии ломает руки господин Манакор, боящийся мести террористов.

— Не надо бояться! Они ведь тоже находятся в западне, и возможности инициативы для них весьма ограниченны, — успокаивает его лейтенант, хотя мысли его заняты другим.

Он смотрит на часы: одиннадцать тридцать четыре. До половины первого остается совсем мало времени.

— Что прикажете делать? — сухо, по-военному, справляется Жак Брокка.

Лейтенант Хорн на мгновение прикусывает губу. Настает та минута, которую он будет помнить даже долгие годы спустя. Именно сейчас в голове его зарождается план — необычайно дерзкий, опасный и рискованный. План этот состоит из множества элементов; стоит лишь одному из них оказаться плохо подогнанным, неточно встроенным в целое, и весь замысел Хорна рухнет как карточный домик.

Но он не колеблясь принимает решение.

— Пока что наши пути разойдутся, господа. Я сейчас свяжусь по телефону со своим начальством, а затем слетаю на вертолете к Линардскому озеру. Капитан Вольф сопроводит меня. Думаю, что мы пробудем в отлучке минут двадцать... А вас, господин Брокка, я попрошу в течение получаса раздобыть камион точно такого типа, как тот, что находится в тоннеле. Господин Манакор, созовите всех слесарей — специалистов по вентиляции и дежурных электриков! Телекамеру и все необходимое для трансляции оборудование я сейчас же запрошу у министерства.

— Зачем вам камера? — удивленно спрашивает инженер. — Уж не собираетесь ли вы и в самом деле организовать телепередачу из тоннеля?

— Вот именно, собираюсь, — решительно отвечает лейтенант. — Передача непременно состоится и будет на редкость интересной, господа...

10

На ходу шум вертолета становится буквально оглушительным, поэтому лейтенант Хорн и капитан Вольф лишены возможности переброситься хотя бы словом. Пилот придерживается маршрута, предварительно намеченного на карте.

Вокруг, куда ни кинешь взгляд, горы в снежных проплешинах; временами кое-где на вершинах вдруг сверкнет на мгновение проглянувшее сквозь облачную пелену солнце и снова скроется из глаз. По дну долины черной полоской змеится шоссе, оживленное движение на нем не прекращается ни на минуту. Среди проворных разноцветных легковых машин натужно ползут громоздкие серые цистерны и мощные, тяжело нагруженные камионы. Время от времени в общем потоке мелькают оранжевые снегоочистители, направляющиеся к перевалу Сен-Георг.