Эпоха мёртвых. Начало - Андрей Круз

Центр города мы объехали по большому кругу, по часовой стрелке. Ближе к центру стрельба стала чаще, на улицах стало появляться всё больше мертвяков, куда-то бредущих или просто стоящих на месте. На проезжавшую мимо машину они обращали немного внимания. Увидели мы пикап «L200», прямо в кузове которого сидели четверо мужчин с охотничьими ружьями и в тёплых куртках. Некоторое время мы ехали почти рядом, переглядываясь, затем пикап свернул на Дмитровское шоссе, а мы поехали прямо.

— Молодцы, — кивнул я им вслед. — Организовались.

И тут нечто привлекло моё внимание.

— Стой! — заорал я, показывая рукой на то, что привлекло моё внимание. — Нет, есть Бог, и он нас любит!!! Стоять!!!

Лёха резко остановил машину, чуть прижавшись к тротуару. Я присмотрелся. Всё же глазастый я! Найду зеркало — сам себя расцелую! По тротуару в нашу сторону брели трое мертвяков. Двое были совсем обычные, один же был одет в городской серый камуфляж, пропитанный запёкшейся кровью. На шее у него висел АК-74М, судя по чёрному пластику и сложенному прикладу. Ремень автомата перехлестнулся, и именно поэтому бывший омоновец его не смог потерять. Автомат ему явно мешал, потому что он всё время норовил оттолкнуть его от себя.

Вот это трофей! Разжиться таким оружием, да ещё подобным образом, я даже и не предполагал. Я схватил СКС, вылетел чёртом из кабины, опустился на колено, глухо стукнув наколенником об асфальт.

— Справишься? — спросил Лёха, тоже выходя из машины и продевая левую руку в ремень «Тигра».

— Естественно.

До зомби было около пятидесяти метров. Я совместил красную точку перекрестья прицельной сетки со лбом мертвяка в камуфляже. Вообще-то он шёл за спинами двух других, но я словно боялся, что он сбежит, унося с собой автомат. Выбрал слабину спускового крючка, нажал на спуск. Приклад толкнул в плечо, мертвяк покачнулся, но не упал. Пуля ударила его вскользь, правее и выше точки прицеливания. Качнулся, сволочь… Я снова выждал момент, выстрелил. Теперь попал, мертвяк рухнул как подкошенный. Остальные продолжали идти ко мне, один из них ускорился. Лёха стоял рядом, держа свой карабин стволом вниз, прижав приклад к плечу.

— Нормально, продолжай, — объявил он. — Прикрываю.

Я кивнул в ответ, снова приложился к оружию. Прицелился, выстрелил. Теперь точно. Второй мертвяк упал, который быстрый. Рядом грохнул «Тигр», и третий завалился.

— Посмотрим? — спросил меня Лёха:

— Ага, давай.

Мы медленно и опасливо подошли к валяющимся на асфальте телам. Двое были при жизни самыми обычными рядовыми гражданами. На одного напали на улице, он был одет в пальто. Его почти не тронули, лишь след укуса на ладони. Это понятно — отталкивал противника руками, был укушен, отбился, а потом умер где-то в другом месте. Второй был босиком, в тренировочных штанах и белой майке. Его рвали всерьёз, судя по всему — дома, кто-то из членов семьи, наверное. Этот был похож на кавказца, скорее всего — азербайджанец. Мышцы с одной руки были объедены до кости, лицо измазано кровью — сам где-то «перекусил». Омоновец же был изорван страшно, непонятно, как он вообще мог двигаться. Хотя ноги остались почти нетронутыми. Ему мы уделили больше всего внимания.

Автомат Лёха снял с него сразу, быстро осмотрел.

— Новенький, ствол в нагаре, магазин пустой, — заключил он. — В разгрузке одного рожка не хватает. Видать, выпулил всё, затем на него кинулись, он первый просто выбросил, сменил, второй расстрелял, а затем помер. В общем, два рожка в подсумке, полные, один в автомате, пустой, одного не хватает. Ремень надо будет поменять — кровью насквозь пропитан. Да и автомат оттереть, он как с бойни.

Обшарив убитого, Лёха продолжил:

— Пистолет ПММ, к нему два магазина по двенадцать патронов, полные. Две светозвуковые «Зари». Броник хороший, но его уже не отстирать, весь в крови. Радиостанция «Моторола», аккумулятор разряжен. У нас тоже «Моторолы» есть, так что пригодится.

Исчерпывающая информация, а главное — полезная. То, что ствол в нагаре — ничего, почистим. То, что автомат новый, означает, что загубить его стрельбой длинными очередями омоновец не успел бы, даже будь такое желание. Патроны к нему мы купили у вояк четверть часа назад, такой вот подарок судьбы.

Ну и пистолет с двадцатью четырьмя патронами нам не помешает. Пока в нём особого смысла нет, но кто знает? Лёха его уже с кобурой себе на разгрузку прилаживает. Может быть, и к нему удастся что-то достать, а пока попользуемся тем, что есть. В любом случае пригодится.

Автомат и все запасные магазины сунули в сумку, лежащую в багажнике. Это оперативный запас, пока имеющимся оружием попользуемся.

— Ну, как мы прибарахлились? — прихвастнул я. — Так бы и проехали, если бы я автомат не заметил.

— Серёга, молодец, — кивнул Лёха. — Можешь булку с маком себе купить.

— Ладно, шутник, езжай, не стой. Надо будет позвонить, когда подъедем. Позвонить, блин… — хмыкнул я и достал из кармашка в разгрузке мобильный.

Посмотрел на экранчик — сигнал был. Ну-ка… Я набрал «100», услышал сигнал точного времени. Ну хорошо, мобильная связь пока работает. Это радует.

Мария Журавлёва

21 марта, среда, утро

Ночью Маша спала плохо, часто просыпалась, подходила к окну. Беспокоило всё, темнота и звуки пугали. Она не расставалась с автоматом даже в постели, а в прихожей подвинула обувную тумбу к двери, хоть та была металлической и открывалась наружу. Зачем она это сделала, сама не поняла, но вот… сделала.

Ночью часто слышалась стрельба, а около семи утра где-то вдалеке раздался мощный взрыв, такой, что стёкла задрожали, а потом в небо поднялся столб чёрного дыма. Когда темнота превратилась в серые сумерки, постепенно светлеющие, Маша поразилась, насколько больше мертвяков оказалось на улице. Если вчера они появлялись время от времени, то сейчас, с её панорамным видом из окна на весь район, одновременно в поле зрения их было не меньше десятка, пусть и в разных местах. Маша уже научилась различать их по походке и повадкам.

На улицах было пусто, машины почти не ездили, а население, судя по всему, сидело по домам в ожидании, что их спасут. Люди были в окнах, на балконах, они были заметны. Маша разглядывала окружающие дома в экран видеокамеры, включённой в сеть, и везде обнаруживала признаки того, что люди просто спрятались. Зато в нескольких местах в серое небо поднимались столбы дыма — начинались пожары.

Около восьми часов утра прямо к дому напротив подъехали две машины. Приземистая и плоская восьмиколёсная военная, в пятнах камуфляжа, на которой верхом сидели несколько солдат, и трёхосный грузовик с тентом, КамАЗ. Солдаты спрыгнули с брони, пятеро из них образовали что-то вроде оцепления у входа в подъезд, а ещё трое или четверо, в камуфляже и с оружием, забежали в подъезд. Вскоре они выбежали обратно, нагруженные вещами, а с ними были две женщины, пожилая и молодая, и трое детей. За это время солдаты из оцепления застрелили двоих мертвяков, направившихся в их сторону.