Че Гевара. Важна только революция - Джон Андерсон

Затем, то ли спьяну, то ли по наивности веря, что Фидель действительно офицер «гуардии» и желая завоевать его расположение, Осорио предложил проводить гостей к казармам, чтобы показать слабые места в их укреплениях, и даже позволил себя связать, чтобы сыграть роль пленника в спектакле «инспектора». Пока они шли к казармам, Осорио рассказал, где стоит караул и где спит стража. Одного из повстанцев отправили вперед для проверки слов Осорио, и он, вернувшись, подтвердил, что все точно. Теперь повстанцы были готовы к атаке и оставили Осорио под охраной двух человек. «Им был дан приказ убить его сразу, как начнется стрельба, — сухо записал Че, — и они точно его выполнили».

Было 2.40 ночи. Повстанцы разделились на три группы. Их целью были три казармы с оцинкованными крышами и деревенский дом рядом с ними, принадлежавший второму майоралю в их списке. Когда до казарм оставалось около сорока метров, Фидель сделал два выстрела из пулемета, а потом все открыли огонь. Они кричали солдатам «сдавайтесь», но те ответили огнем. Че и его товарищ по «Гранме», Луис Креспо, бросили гранаты, но те не взорвались. Рауль бросил горящую динамитную шашку, но снова ничего не вышло. Фидель приказал им поджечь дом майораля. Первые попытки были неудачны, так как их отгоняли выстрелами, но третья, в исполнении Че и Креспо, оказалась успешной, если не считать того, что подожгли повстанцы не дом управляющего, а кладовую рядом с ним, полную кокосов.

Этого хватило. Солдаты в казармах, очевидно испугавшись, что их сожгут заживо, стали убегать. Один бежал прямо на Креспо, и тот выстрелил ему в грудь; Че стрелял по другому солдату и, хотя было темно, ему показалось, он попал. Еще несколько минут пули жужжали с обеих сторон, а потом пальба утихла. Солдаты в казармах сдались, а осмотр дома управляющего показал, что там полно раненых. Бой закончился, и Че подвел итог в своем дневнике: «Результатом боя стали 8 «спрингфилдов», один пулемет и около тысячи патронов. Мы потратили примерно 500 [патронов]. Также есть патронташи, шлемы, консервы, ножи, одежда и даже ром».

Два солдата были убиты на месте, а пять ранены — трое, как выяснилось, смертельно. Еще трое были взяты в плен. Среди нападавших никто не пострадал. Перед уходом они подожгли здания. Че лично запалил дом «проклятого» управляющего, который, вместе с командиром поста, сержантом, сумел скрыться.

Вернувшись в горы, повстанцы освободили пленников и своих заложников из числа гражданского населения. Не обращая внимания на возражения Че, Фидель отдал все их медикаменты освобожденным солдатам, чтобы помочь раненым. «Ложкой дегтя» стало то, что их первый заложник, мальчик-подросток, убежал во время боя вместе с разведчиком. Что самое худшее, беглецы прихватили с собой оружие: дробовик и отобранный у Осорио револьвер.

Повстанцы пошли дальше, ища место, откуда можно было бы напасть на солдат, которые, как они знали, будут их преследовать. Все были взвинчены и устали, и тут, во время небольшой остановки, Фидель приказал проверить боеприпасы. У каждого должно было быть по сорок патронов. Когда у Серхио Акуньи, одного из новоприбывших гуахиро, оказалось сто патронов, Фидель попросил его отдать излишек, но тот отказался. Фидель приказал арестовать его, но Акунья взвел курок винтовки. Инцидент был исчерпан, когда Рауль и Кресенсио убедили Акунью отдать оружие и боеприпасы, обещая, что о нарушении дисциплины забудут, если он «официально попросит» остаться в их рядах. Че не понравилось это решение, но он отметил в дневнике, что «Фидель согласился, создав очень плохой прецедент, который еще аукнется позже, потому как все видели, что Акунье сошло с рук неповиновение».

Небольшой мятеж окончился, повстанцы двинулись дальше и добрались до крестьянского дома, стоявшего на поляне, окруженной с трех сторон покрытыми лесом холмами. В этом месте были и вода, и путь для отступления, поэтому оно идеально подходило для подготовки засады. Когда они пришли, владелец дома, так же как и другие крестьяне готовившийся бежать из зоны боевых действий, оставил дом повстанцам. В следующие дни они готовили в лесу засаду, в месте, откуда хорошо были видны дом и дорога, ведущая к поляне.

Однако бойцы нервничали, и как-то утром, когда Че с Фиделем проверяли позиции, один из них чуть не застрелил Гевару. Он увидел его издалека и сделал выстрел. Отчасти это была вина самого Че: тот надел фуражку капрала кубинской армии, взятую им в качестве трофея. Но еще более настораживающим было поведение других бойцов, которые, вместо того чтобы при звуке выстрела занять оборонительные позиции, немедленно побежали в кусты. В опубликованном позже рассказе Че об этих событиях он говорит, что в него стреляли, но не упоминает о том, что бойцы бежали. Вместо этого Гевара живописует, как чувствуют себя люди на войне. «Этот случай показывает, в каком напряженном состоянии мы находились, как ждали облегчения, которое принесет сражение. В таких ситуациях даже люди со стальными нервами чувствуют дрожь в коленях и каждый страстно желает наступления долгожданного мига битвы».

Еще несколько дней все было спокойно. Фидель заказал провизию у крестьян, что еще остались в той местности, и заплатил фермеру, который пришел к ним в поисках потерявшейся свиньи: как оказалось, Фидель застрелил ее, чтобы пустить на мясо, в самый первый день. До них стали доходить слухи, что за нападение на Ла-Плату военные предпринимают карательные меры против местных крестьян. Их новый проводник Эутимио Герра отправился домой, взяв для Фиделя несколько писем и получив приказ узнать о передвижениях армии. Повстанцы с волнением слушали радио, но никаких новостей о действиях военных не передавали.

22 января перед рассветом далекие выстрелы известили их о приближении армии. Повстанцы приготовились к бою, но солдат все не было. Затем, в полдень, на поляне появилась одинокая фигура. Первым заметил ее Калисто Гарсиа, находившийся рядом с Че. Они посмотрели через оптические прицелы и увидели, что это солдат. Пока повстанцы его рассматривали, показались еще восемь фигур, все они собрались вокруг хижин на поляне. А потом началась стрельба. Как зафиксировал Че в дневнике, «Фидель открыл огонь и солдат сразу упал с криком "ой, мама"; следом за ним упали еще двое. Внезапно я понял, что во втором доме, всего в двадцати метрах от меня, прячется солдат; я видел только его стопы, поэтому выстрелил в том направлении. После второго выстрела он упал. Луис принес мне гранату от Фиделя, которому сказали, что в доме есть еще солдаты. Луис прикрывал меня, а я вошел в дом, но, к счастью, там никого больше не было».

Че забрал винтовку и патронташ солдата, в которого стрелял, а потом осмотрел тело. «Пуля прошла у него под сердцем и вышла с правой стороны, он был мертв». Это был первый человек, которого убил Че.