Катриэль - Mesmer Mariarti

– А сколько нам ехать до дедова дома?

– Я свернул к северному яру, так что ближе, чем напрямую. Но главное не время, главное осторожность.

Катя лишь тяжело вздохнула.

– Не вздыхай так, мне от этого самому тяжело становится. Мне тоже есть, за что себя винить…

Красноволосая девушка оживилась и повернулась к господину Харвенкусу.

– А вы знаете, что не вы виноваты в смерти короля? Ни вы, и даже не этот монстр, Аштарот.

– Что? – удивился Улимор, отвлекся от дороги и посмотрел на девушку.

– Да. Мне наместник рассказал.

– О чем ты говоришь? Что значит не я?

На дороге неожиданно появилась тень.

– Осторожно! – прокричала Катя.

Оказалось поздно. Водитель не успел отреагировать.

Машина врезалась в монстра. Резкий удар расплющил нос машины. Она с треском разбитого стекла перевернулась…

Кате показалось, что она вечность провела в полусознательном состоянии. Открыв глаза, ещё какое–то время она не могла сфокусировать взгляд. К тому же машина была перевернута и Катя висела вверх ногами. Отстегнув ремень безопасности, девушка шмякнулась вниз.

– Черт, – выругалась она.

Со лба стекала кровь и падала алыми каплями на руку девушки. Ныло левое плечо и прикусанная губа. Катя попыталась вылезти в разбитое боковое стекло. Но тут, когтистая лапа Аштарота, схватила девушку за руку и вытащила из машины. Очевидно, что в этом мире у этого монстра сил было намного больше.

– Назззывая – призззываешь, – прошипел Аштарот.

– Отпусти, урод! – пытаясь, высвободится из мертвой хватки, выкрикнула Катя.

Монстр сдавил выбитое плечо девушки. Наслаждаясь, сжал пальцы.

Катя закричала от боли.

– У тебя есссть кое–что… – монстр прижал девушку к дереву.

Катя спрятала руку с кольцом за спину. Но тут, из машины вылез очнувшийся Улимор Харвенкус. Не растерявшись, он поднял отвалившийся бампер и по спине ошарашил им монстра. Аштарот отпустил девчонку и обернулся к человеку, столь яростно ненавидящего его. Воспользовавшись этим, Катя побежала вглубь леса. Монстр чувствовал ненависть Харвенкуса, и она, лишь придавала ему сил. Аштарот схватил человека за горло. У длинноносого смельчака не было шансов. Монстр с силой бросил Харвенкуса на перевернутую машину. От тяжелого столкновения человек потерял сознание. Аштарот направился за первым хранителем.

Изнывая от боли, Катя бежала по темному лесу, ясно понимая, что ей не выстоять против этого монстра. Ей нужна мощная защита.

– Эгида, – прошептала девушка, вспомнив то, чему успел научить ее часовщик Вира. – Эгида, – увереннее произнесла Катя и прикоснулась к дереву.

Кольцо проснулось и дало силу лесу.

– Катриэээль, – послышалось шипение Аштарота.

Ветки могучего дерева, зашевелились, привлекая девушку под свою крону. Поспешив на призыв, Катя прижалась к живому стволу.

Монстр разрезал поздний вечер тихими шагами. Упавшие ветки хрустели под его ногами. Осторожная поступь пугала больше звериного рыка. Катя попыталась успокоится, казалось стук ее сердца эхом раздается по всему лесу. Ветки приютившего ее дерева осторожно спустились ниже. Аштарот не заметил девушку и прошел мимо. Как только силуэт монстра исчез из поля зрения, девушка облегченно выдохнула. Надо было бежать обратно, посмотреть, что с господином Харвенкусом. Девушка закрыла глаза, набираясь смелости вылезти из–под спасительной кроны.

– Нашшшел, – прошипел кто–то рядом.

Девушка медленно открыла глаза. Перед Катей стоял Аштарот и бесконечно долго, как ей показалось, смотрел на нее. Монстр протянул когтистую лапу, но ветки чуткого дерева отбросили чудовища далеко назад. Многолетний дуб, к корням которого упал Аштарот, поклонился и ударил монстра могучими ветвями. Аштарот взвыл. Он ненавидел природу, лес, цветы и все что, умирая зимой, зацветает вновь. Обрести прежнее обличие, монстру было не суждено. Ветви соседних деревьев опутали чудовище, словно в сети, а корни могучего дуба пронзили гниющее тело. Катя выбежала из укрытия и побежала обратно, к машине. Неизвестно сколько лес мог сдерживать Аштарота, нужно было узнать, что с Улимором и после бежать уже вместе. Но девушка не успела скрыться, вытянувшаяся словно мягкая резина лапа монстра–охотника схватила Катя за ногу.

– Да что же это, такое! – возмутилась девушка своей беспомощности. – Отвяжись!

Катя дотянулась до сухой ветки и вонзила ее в запястье монстра. Хватка ослабела и девушка высвободила ногу. Но тут вторая лапа, вытянувшись схватила Катю за горло. Крепко сжимая пальцы, Аштарот пытался задушить хранителя. Катя извивалась, как змея, но даже пришедший на помощь лес, не сумел остановить Аштарота. Катя начала терять сознание, сила кольца слабеть, а вместе с ним и рыцарство вступивших в схватку деревьев. Монстр высвободился из сетей леса и приблизился к хранителю.

– Где она? – прошипел он. – Где?

Но рука, на которой все ещё воинственно блестела реликвия, была перед глазами Аштарота, удерживая его лапу, сопротивляясь мертвой хватки.

– Где что? – сумела удивиться Катя.

– Где ккккккнига?

Девушка зашлась в кашле. – Книга? Какая книга?!

– Атрейо…

Монстра пронзила резкая боль, и в его грудь, вошел обоюдоострый клинок. За спиной Аштарота стоял черный кентавр. Обладая не дюжей силой, Ромул схватил чудовище и перебросил, через себя.

– Беги! – приказал кентавр. – Там фонарщик! Найди его!

Аштарот яростно налетел на бравого спасителя, отбросив Ромула на пару метров. Кентавр поднялся и обрадованный больше, нежели разъяренный двинулся на монстра. Давненько он не брал клинок в руки. Надо признать, Ромул действительно мог противостоять монстру. Удары кентавры отбрасывали Аштарота назад, а острие меча, каждый раз достигало цели. Катя, наконец, пришла в себя и сумела подняться, решив, во что бы то ни стало, добраться до машины. Девушке казалось, что она бежит слишком медленно, в то время, как слишком быстро нарастал стон побежденного леса и триумфальные вопли Аштарота. Но раз этот монстр не догнал, хранителя, значит, Ромул все ещё сдерживает чудовище.

Катя выбежала к перевернутому внедорожнику. На машине бессознания лежал Улимор Харвенкус.

– Харвенкус? – тихо произнесла девушка, обхватив лицо ее спасителя окровавленными ладонями.

Длинноносый плут не подавал признаков жизни.

Девушка в отчаянии прислонилась к груди Улимора, пожелав услышать пусть тихие, но возможные признаки жизни.

– Пульс… лучше проверять по радиальной артерии, – сдавленно произнес очнувшийся Улимор Харвенкус. Черные завитки усов нервно дрогнули.