Катриэль - Mesmer Mariarti

Девушка огляделась и, шлепнув себя по бедрам спросила:

– Тогда что мы ищем?

Наместник обошел могучее дерево. Остановившись рядом с Катей произнес:

– Я не знаю.

– Тоесть?

– Твоя комната, способ общения с ней, выбирай сама. – Наместник аккуратно расположился под деревом. – Только не пот–теряйся.

– Капец, – выдохнула Катя, и осмотрелась.

Ну как, или где, она может найти ответы? Возможно, они в этих беспорядочно разбросанных страницах?

Катя обернулась. Дерево, под которым сидел наместник подозрительно поскрипывало: массивные корни, словно щупальца, стелились по неровному полу; сухие ветки вились по стенам. Рядом с разломом, из которого вываливалась кипа книжных страничек, была небольшая расщелина. Ветки и корни могучего дерева уходили в нее. Катя подошла ближе и с интересом заглянула в темноту излома.

Шепот… сквозняком донеслись чьи–то голоса. Катя сделала шаг и протиснулась в тесный проход. Чем дальше она продвигалась, тем шире он становился. Голоса становились все громче. Показался выход. Катя выглянула. Она очутилась в плохо освещенной комнате, черты присутствующих были смыты.

Семь старейшин сидели за круглым столом. Лишь беспокойное пламя нескольких десятков свечей, служили для освещения. Стояла темная ночь. Самая темная из тех, что были, но не из тех, что предстоят. Слово взял вставший волшебник в синем одеянии:

– Алдарин пал. Мы все знаем это. Так давайте исполним то, к чему были призваны первым магом? – голос Залассина Фриги был холодным, с долей равнодушия к произошедшему. – Предъявим предметы, отданные нам Алдарином, дабы не были они для нас тайной. И если судьбе будет угодно, и один из нас погибнет, остальные смогут отыскать реликвии.

– А ты не задумывался Залассин, – грозно произнес волшебник в красном. – Почему Алдарин посвящал нас отдельно друг от друга? Я обещал, что ни один из вас не узнает о доверенных мне предметах. Уверен и вы присягали ему.

Старейшина в синем опустился на стул. – Я знаю, Акрис, ты был верен этому человеку.

– Он был великим магом, – исправил повелитель огня, Рубен Акрис.

– Пусть и магом… но все же человеком. Трогательна твоя преданность и после его смерти. Но не спокойные нынче времена, настали, друзья мои. Разумным считаю поделиться доверенной тайной, ибо лишь объединившись, мы сможем одолеть врага. Мы больше не бессмертны и в случае гибели одного из нас, остальные должны будут взять заботу о доверенной ему реликвии.

– Но до хранителей, никто не сможет воспользоваться вложенной в них силой, – произнес волшебник в зеленом балахоне и смешной остроконечной шляпе. – Алдарин велел сокрыть и их имена.

– Но мы не собираемся пользоваться этими знаниями, – разочарованно возразил Залассин Фриги. – Я лишь предлагаю обезопасить наше будущее. Из–за нежелания утратить реликвии в грядущем противостоянии… к тому же, сила, которой обладаем мы, больше той, что заключена в этих предметах.

– Пока больше, – произнесла некогда веселая волшебница оранжевого спектра. – Чтобы низвергнуть супостатов, мы ввяжемся в бой. И под конец исчерпаем свои силы.

– Мы для этого и были посланы! – отважно провозгласил волшебник в желтой накидке.

Старейшина в голубом суетливо обратился к сидящему рядом:

– Что думает наимудрейший из нас?

Виолес Облит, самый старший из семи волшебников, поднялся со своего металлического кресла и вышел из–за стола. Шелестя подолом фиолетового платья, он подошел к окну и посмотрел в беззвездное небо.

– Мы много лет провели среди людей. Слишком много… поэтому имеем право сомневаться друг в друге. До сегодняшнего дня мы, старейшины, не собирались вместе, ибо каждый из нас выбрал свою дорогу. Но горе сплочает крепче радости. Сегодня горестны дни и печальны ночи, но солнце рано или поздно сменит луну, и друзья перестанут держаться за руки, боясь темноты. Оттого, опасения Рубена мне ясны, как ясно то, что абсолютно все в этом мире имеет свою цену. Все, кроме смерти…Алдарин так осторожен, ибо был предан собственными братьями, оттого и подверг сомнению нашу верность друг другу. И пока мы живы, есть шанс быть подкупленными. Коли мы здесь, коль топчем землю человеческую и вкушаем с ними из одной чаши, и пьем из одного источника, нам не избежать искушений… Но это не сегодня, – на этих словах волшебник раскрыл полы своего плаща и дрожащими от старости руками вытащил из кармана два магических предмета.

Рог единорога и серебряный ключ легли на овальный стол.

– Я доверяю вам, – уверенно произнес старейшина Виолес Облит. Его рука легла на плечо другу в остроконечной шляпе.

Старейшина в синем посмотрел на собравшихся, и смело положил на стол доверенные ему предметы. Перо и щит.

– Я доверяю вам, – холодно произнес Залассин Фриги.

Не долго думая, молодой златовласый старейшина в желтом одеянии, бросил на овальный стол скомканный черный плащ, а сверху аккуратно положил драгоценный медальон.

– Я, вам доверяю.

– Ну, коль вопрос, поставлен так, – улыбнувшись, произнесла Хилари Аурантин, обаятельная владычица земли.

На овальный стол осторожно легли ещё две реликвии. Старинный фолиант и зеркало в алмазной оправе.

– Я, доверяю вам, – произнесла она.

– Друзья, – обратился к старейшинам владыка красного спектра Рубен Акрис. – Я доверяю, вам.

Двуручный меч и гранатовый браслет были возложены рядом с остальными предметами.

– Ну что же, – размышляя, произнес волшебник в голубом, оставив на столе перчатки и золотую корону. – И я доверяю вам.

Последним остался волшебник в зеленой остроконечной шляпе. Олус Орис, дольше остальных пребывавший среди людей. Он взволнованно оглядел старейшин.

– Тогда и я вам доверюсь, – тихо произнес он.

В дрожащей руке показалось обручальное кольцо Алдарина. Волшебник положил его перед собой.

– Но у меня только один предмет…

– Один? – воскликнул Залассин Фриги, поднявшись со своего синего кресла.

– Второй был украден, – виновато произнес зеленый волшебник и опустил голову…

– Дед? – шепнула Катя, узнав в этом старейшине дедушку Горвина.

Владычица земли Хилари Аурантин, что была к девушке ближе остальных, вдруг оглянулась.