Фантастическая сага - Пол Андерсон

Товарищи его со смехом спустили парус, сняли мачту и взялись за весла. В полной боевой готовности эльфийские драккары вошли во фьорд. Вражеской стражи, однако же, нигде не было видно. Зато на пологом взморье стояли три вытащенных на берег человеческих драккара, а вокруг них лежали останки смертных воинов, буквально растерзанных на куски.

Обнажив меч, в развевающемся за спиной плаще, Скафлок спрыгнул на берег. Ему стало как-то не по себе.

— Странно все это, — проговорил он.

— Похоже, мореходы эти укрылись здесь от шторма, и на них напали тролли, — сказал Голтан. — Это было совсем недавно: посмотри, даже кровь еще не высохла, тела совсем теплые. Те, что их убили, наверное, сейчас докладывают об этом Иллреду.

— Вот это удача! — вскричал Скафлок. Прежде он и надеяться не смел, что сумеет застать врага врасплох. Он не стал трубить в рог, а дал воинам сигнал к выступлению мечом. Ни он, ни эльфы не стали особенно задумываться об убитых, ведь это были всего лишь смертные.

Попрыгав на отмель, мореходы вытащили свои драккары на берег. Отрядив несколько воинов охранять корабли, Скафлок повел остальных по тропе, ведшей прочь от побережья, вглубь материка.

Они прошли глубоким ущельем, защищенным такими чарами, что простой смертный был бы совершенно ослеплен ими, потом поднялись вверх по горному склону, покрытому блестевшим в лунном свете снегом. Со всех сторон то место было окружено высокими, увенчанными островерхими пиками горами. Мчащиеся по небу рваные тучи то и дело заслоняли лик луны, так что казалось, будто она мигает. По-кошачьи ловкие эльфы без труда пробирались сквозь скалы и утесы к видневшемуся выше по склону входу в пещеру.

Приблизившись к нему, они увидели, что из пещеры вышел отряд троллей, наверное, это была отправляющаяся на пост береговая стража.

— Скорее, их надо отрезать! — перекрывая шум ветра, крикнул Скафлок и прыгнул вперед, подобно пантере. Вслед за ним на врага ринулись эльфы. Не успев опомниться, тролли были все до единого перебиты, услышав перед смертью лишь свист рассекающих воздух клинков. Правда, шум схватки был услышан оставшимся в пещере неприятелем, и, проникнув туда, скафлоково войско столкнулось со все возрастающим сопротивлением.

Еще больше шум битвы возрос в покато спускающемся вниз проходе. Лязг металла, боевые кличи эльфов, рев троллей — все отдавалось под его сводами многократным эхом. Впереди наступавших щит к щиту шли Скафлок с Голтаном, прорубая себе дорогу мечами.

Медлительные, бившиеся по большей части без доспехов, тролли один за другим падали под их ударами.

Один из вражеских воинов нацелил в Скафлока копье размером с небольшое деревце. Тот отразил удар щитом, отбил копье в сторону и, в свою очередь, рубанул нападавшего. Железное лезвие его меча прожгло тело тролля от плеча до самого сердца. Не успев выдернуть меч из тела врага, Скафлок увидел краем глаза, что прямо ему на голову низвергается здоровенная палица, явно грозя расколоть шлем и вышибить ему мозги. Он успел закрыться щитом, но пришедшийся по железной обшивке удар оказался насколько силен, что Скафлок, оглушенный, пошатнулся. Он припал на колено, однако же сумел выдернуть меч и отрубить противнику ногу. А поднявшись, сделал хитрый эльфийский выпад, и еще у одного тролля голова скатилась с плеч.

Наконец эльфы, на плечах отступающего противника, ворвались в какой-то просторный зал пещеры. Послышались радостные крики, ведь на просторе эльфийским воинам сражаться сподручнее. Они взялись за луки, что несли за плечами, и через головы рубившихся в первых рядах воинов во главе со Скафлоком во врага полетели длинные, с серым оперением стрелы. Ряды троллей смешались, распался и строй эльфов. Каждый искал и находил противника, чтобы сразиться один на один, и вскоре дерущиеся рассеялись уже по всему залу. У незащищенного панцирем тролля было мало шансов победить в единоборстве эльфа, который двигался и орудовал клинком с такой быстротой, что глазом уследить невозможно. Некоторые из эльфов тоже пали в этой схватке, кто с раскроенным черепом, кто еще как, многие были ранены. Но потери эти были ничто, по сравнению с понесенными троллями, для которых сражение стало настоящей бойней. И все же, королевские стражи упорно удерживали сводчатый проход, ведущий в пиршественный зал своего повелителя. Когда же эльфы, прикончив всех остальных врагов, попытались их оттеснить, то убедились, что сделать это совсем непросто: в узком проходе было совершенно негде развернуться, и преимущество оказалось на стороне противника. Нападавшие смешались и отступили, оставив на месте стычки немало убитых и раненых. Не особенно помогли и стрелы с дротиками: державшие оборону тролли выстроили стенку из щитов, укрывавших их от глаз до голени.

Тут Скафлок обратил внимание на то, что перегороженный противником проход чрезвычайно высок.

— Дайте, я покажу, что надо делать! — крикнул он. Весь в крови, больше зеленой, тролльей, но и в своей, красной, тоже, с расщепленным уже шлемом и щитом, эльфийский предводитель, смеясь, бросил зазубренный меч в ножны и схватил копье. Потом разбежался и, уперевшись в пол концом копья, перемахнул через головы врагов в вожделенный зал.

Благополучно приземлившись, он снова взялся за меч. Ступни ног, правда, немного отбил, вес-то у него был немалый, особенно в доспехах, но это не помешало ему тут же напасть с тыла на удерживающих проход троллей. Те, видимо, были из дежурных стражников, так что имели на себе хорошие доспехи. Но ног и некоторых участков предплечья доспехи эти, понятное дело, не закрывали. Тремя ударами Скафлок тут же сразил своим железным клинком трех троллей, заставив остальных повернуться к нему. Эльфы ринулись на смешавшегося врага и без труда прорвались прямо в иллредов пиршественный зал.

В дальнем конце его Скафлок увидел Иллреда. Сжимая в руке копье, тот сидел на своем троне, могучий и недвижный, как скала. Он ринулся к вражескому королю, срубив на пути двух напавших на него троллей. И тут дорогу ему заступил человек.

На какое-то мгновение Скафлок застыл от изумления, увидев, что лицом бросившийся на него с топором злобного вида воин как две капли воды похож на него самого. От удивления он едва успел закрыться щитом. Топор нападавшего был, однако, не из бронзы или какого-нибудь легкого сплава, а железный и, к тому же, острый, не затупленный в сече, тогда как скафлоков щит сильно пострадал в предыдущих схватках. Острие пробило окаймлявшую щит железную полосу и, как в масло, вошло в деревянную окованную тонким листом железа основу, раскроив Скафлоку левую руку.