Забирая жизни. Трилогия (СИ) - Бец Вячеслав

– Да не успокоюсь я, пока он не огребет за беспредел! Он напал на меня, а я был ранен, понимаешь? Как сука последняя напал, ублюдок.

– Зачем он это сделал?

– Из-за бабы, прикинь? Дебил. Она ему даже не дала, а он её защищал, как я не знаю кого.

– Бабы? Что за баба?

Олег пересказал Павлу все, что знал об Ане, не постеснявшись добавить столько мерзкой отсебятины, сколько мог. Разумеется, в его версии он Андрею ничего зазорного не сделал и не сказал, а Романов чуть ли не лег под Владова из-за девушки.

Павел знал, что в фундаменте произошедшего лежит личная неприязнь между Олегом и Андреем, во многом подпитываемая ревностью его сына, но как это решить он не знал. В его арсенале были суровая дисциплина и муштра, которые могла сломить и перепрограммировать человека, была психология, в которой он отлично разбирался по долгу службы, но не было ничего о любви или воспитании детей. Впрочем, воспитывать детей надо от рождения и всю жизнь, а не тогда, когда им двадцать три.

С выводами он спешить не собирался. Стоило послушать и вторую сторону конфликта, прежде, чем что-то предпринимать.

– И для чего все это? Чего ты хочешь? – спросил Павел, когда покончил с расспросом.

– Справедливости. Он должен ответить за всё. Ты же не допустишь, чтобы твоего сына опускали на глазах у всех, как последнего лошару?

Павел вздохнул. Если заслуженно – допустит. Ещё как. Возможно, даже добавит.

– Я выслушаю всех участников инцидента и тогда приму решение, – ответил он.

– Что тут слушать? Тебе что, мало того, что ты тут видишь? – нетерпеливо бросил Олег. – Или ты мне не веришь? Не веришь собственному сыну?

– Верю, конечно. Но чтобы всё было по справедливости, которой ты так жаждешь – мне придется выслушать обе стороны и всех свидетелей.

Олег смотрел на отца с недовольством и был похож на озлобленного, голодного волчонка. Может, ему и было что сказать, но он тоже неплохо знал своего отца и не решился.

– Ну давай, батя, – сказал он, поднимая костыль. – Как разберешься – свиснешь.

Олег доковылял до дверей и вышел в коридор, не закрыв их. Павел откинулся на спинку и тяжело вздохнул: за десять лет он так и не смог наладить отношения с сыном. Возможно потому, что поначалу пытался делать это с помощью дисциплины и потому лишь ещё больше обозлил парня. Или Олег просто такой, какой есть и его природу невозможно переиначить?

Грохот костыля стал ещё яростнее, и Павел невольно порадовался мысли, что темперамент сына не позволяет ему научиться конвертировать свою злость в коварство, иначе проблем от него было бы куда больше.

10

Краски мира постепенно прятались от глаз в медленно сгущающихся сумерках. Андрей наблюдал за этим процессом, периодически поглядывая в окно кабинета Гронина. Павел сидел за столом напротив, подперев руками подбородок и глядя на Андрея таким взглядом, что парню становилось немного не по себе: создавалось впечатление, что полковник смотрит прямо сквозь него и таким образом пытается заглянуть ему в душу. Но в действительности Павел впал в глубокую задумчивость, пытаясь систематизировать и переварить информацию, полученную от Андрея. Романов добыл гораздо больше информации, чем Гронин мог ожидать и он был этим очень доволен. Все, что позволяло ему внести очередную деталь в сложный пазл нового мира, приносило Гронину большую радость, потому что мало кто котировал фразу «осведомлен, значит вооружен» так высоко, как он.

Андрей давно допил свой чай, заботливо приготовленный лично хозяином кабинета, а вот напиток Павла так и ютился в стакане, уже совсем холодный. Андрей иногда поглядывал на давно потерявшую цвет чашку, отгоняя желание протянуть руку и выпить чай полковника.

Он пересказал Павлу почти всё, что происходило с ним в Ольховке. Умолчал только о встречах с Аней и о ночном происшествии. О первом, потому что не знал, как это правильно подать и как отреагирует полковник, а о втором, потому что решил, что полковнику подобное будет не интересно. Ну и о драке с Олегом он тоже пока что не решился говорить.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Всё остальное Павел теперь знал, и его задумчивость продолжалась уже достаточно долго, чтобы Андрею начало становиться скучно, а в голову стали забредать разнообразные глупые мысли, наподобие желания выпить чай полковника.

Гронин был недоволен, что Андрей умолчал об Ане и о драке с Олегом, но пока не спешил делать выводы. Он знал, что Андрей честен, и если парень молчит, значит у него есть на этот счет какие-то мысли. Нужно просто разговорить его, припереть к стене, и тогда он сам всё выложит.

Наконец, Гронин задвигался на своём месте, выбравшись из размышлений, и взглянул на чай.

– Если хочешь чаю – пей, – небрежно бросил он.

Андрей покраснел – от полковника не укрылись его мысли. Удивительный человек этот Гронин: кажется, что он полностью ушел в себя, что можно сделать что угодно, а он и не заметит, но нет ‒ Павел всегда начеку.

– Хорошо, Андрей, – начал Гронин, уже забыв про чашку. – Не буду скрывать, что ты сделал гораздо больше, чем я ожидал. Молодец. Хвалю.

Андрей смущённо заёрзал на стуле, опустив взгляд – всё получилось как-то само собой, и эта похвала полковника смущала его. Парень честно считал, что ничего особенного не сделал, он лишь использовал появляющиеся периодически возможности.

– Но вернёмся к рассказанному. Сам что думаешь?

– На счёт чего именно?

– Начнём хотя бы с этого Владова, – предложил Павел. – Как он тебе?

– Вроде бы неплохой человек, но очень строгий, властный, – отвечал Андрей, напрягая память, – не любит, когда ему перечат…

– А ещё бескомпромиссный, своенравный, деспотичный, – закончил за него Павел.

Андрей удивлённо посмотрел на полковника.

– Тебе не кажется, что при таких замашках он как-то высоковато забрался? – Павел бросил на Андрея внимательный взгляд, ожидая, что тот ответит.

– Я не совсем понимаю… – замялся парень.

– Ну, вот смотри. Гильдия – это организация, которая занимается торговлей. Так?

Андрей кивнул.

– Попробуй что-то продать или с кем-то договориться, если ты не только не собираешься ни в чем уступать, но ещё и давишь на собеседника.

Андрей задумался, а полковник продолжал.

– Даже если гильдия начала своё становление сразу после катастрофы, другие не менее сильные на сегодняшний день группировки, наподобие того же «Рассвета», не пошли бы на контакт, если бы к ним подъехали такие люди, как Владов. Его характер подходит только для случаев, когда у тебя явная инициатива в переговорах и ты можешь диктовать условия.

– Не понимаю к чему вы клоните, товарищ полковник, – Андрей всё ещё не мог уловить суть.

Павел непродолжительное время молча смотрел на Андрея, затем скривил уголок губ и перевел взгляд.

– Ладно, забудь, – безапелляционно бросил он. – Я могу ошибаться. Надо самому встретиться с ним, тогда и делать выводы. В любом случае ты молодец. Я никак не ожидал от тебя таких новостей.

Полковник всё-таки отхлебнул холодного чая и на мгновение скривился.

– Пока тебя не было мы тут тоже на месте не сидели, – продолжил он. – Удалось выяснить, что существует как минимум четыре очень сильных организации. Первая ‒ «Новый порядок» – что-то издалека похожее на описанный тобой «Рассвет», только без секретности. Пытаются заниматься сложным производством и науками, но не направленными на военную промышленность – в основном это сельское хозяйство, медицина, электроника. Также продвигают образование. Имеют много бойцов и техники. Содержат небольшие хорошо укреплённые города, аэродромы, инфраструктуру. Короче говоря, они пытаются возродить общество таким, каким оно было когда-то, но говорят, что гайки там затягивают жёстко, так что не всё так просто.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Полковник отхлебнул ещё раз с той же реакцией.

– Вторая – остатки регулярной армии. Я знал, что они не могли исчезнуть – уж слишком сильно в армии желание старшего состава ничего не делать за счёт младшего, – полковник криво улыбнулся. – Так что выжившие собрались и вернули всё на свои места. Теперь они тоже считай как банда и называются «Булат». Информации удалось получить немного, но ни у кого не вызывает сомнений, что это сила, с которой в современном мире считаются и ещё как. Третьи – наши знакомые монахи. Про них вообще почти ничего не известно, кроме того, что это очень-очень большая организация. Ну и четвёртая – гильдия. Информации когда и где она появилась собрать не удалось. Достоверно известно, что гильдия является одной из самых старых и могущественных, если не самой, организаций в современном мире. С ней считаются все – и сильные, и слабые. По структуре гильдия поделена на регионы. Во главе каждого региона стоит серьёзный опытный человек, который отвечает за работу всего региона и – внимание – ведёт ВСЕ переговоры от имени гильдии на своей территории. Лично. Никому не передоверяя. Таким образом, информация обо всех делах гильдии завязана на этих управляющих регионами ну и, разумеется, на верхушку, которая неизвестно где находится. Кто в гильдии главный, как его зовут, один он или это группа людей – неизвестно. На сегодняшний день у гильдии самые большие производственные и сырьевые мощности, самые большие территории, самые лучшие технологии, какие удалось восстановить, и самая сильная армия.