Мы больше не ваши обезьяны! Как миллионы людей погибли в Африке, а мир этого не заметил. С 1945 года до наших дней - Иван Игоревич Мизеров

воля к объединению была достаточно сильна для того, чтобы англичане и итальянцы учли ее и в 1960 году синхронно предоставили независимость каждые своей части Сомали, причем когда в апреле 1960-го Законодательный совет Британского Сомали принял резолюцию с требованием независимости, то там сразу же содержалось и положение о последующем объединении с Сомали. 1 июля 1960 года новая страна родилась на свет.

Хайле Селассие I с британскими офицерами вскоре после своего возвращения на родину

Ее отличало от многих других государств Африки, которые тоже возникли в 1960-м, завидное этническое единство. Даже в наше время порядка 85 % населения составляют кланы, общее самоназвание и самоидентификация которых – сомалийцы. А до массовых миграций беженцев последних десятилетий эта доля была и того больше. Минеральными ресурсами новорожденная страна была сравнительно бедна, зато имела все условия для развития современного сельского хозяйства, особенно скотоводства (ожидали, что Сомали будет конкурировать здесь на мировом рынке с Аргентиной и Австралией), прибрежные воды Индийского океана также отличаются чрезвычайным биоразнообразием, а главное, страна была выгодно географически расположена в зоне Африканского рога, являясь потенциально крупным транспортным узлом на очень мощных с точки зрения трафика морских маршрутах. Первым президентом страны стал Аден Абдулла Осман Даар – достаточно взвешенный и осторожный политик, 7-летний срок правления которого прошел удивительно спокойно по африканским меркам – и столь же мирно и цивилизованно после поражения на выборах Даар уступил власть кандидату от оппозиции Абдирашиду Али Шермарку. К слову, Даар проживет очень долгую жизнь – скончается он аж в 2007-м в возрасте 99 лет.

Во внешней политике из двух блоков Сомали ориентировалось скорее на социалистический лагерь – в 1961 году Советский Союз посетил тогда еще премьер-министр Сомали Шермарк в составе небольшой делегации. Во время визита было подписано соглашение об экономическом и техническом сотрудничестве. Договор предусматривал оказание СССР помощи в развитии сельского хозяйства и пищевой промышленности, строительстве водохранилища, морского порта, проведении геолого-поисковых работ на олово и свинец, бурении скважин на воду. В то же время нельзя сказать, чтобы и отношения с западными странами были прерваны или испорчены. Казалось бы, ничто не предвещало беды…

Если бы не сомалийский ирредентизм!

На дату получения Сомали независимости вне страны оставались территории с сомалийским большинством: Джибути (Французское Сомали), Огаден в Эфиопии и северная часть Кении.

Джибути оставалось колонией Франции, воздействовать на которую силовыми методами было для сомалийцев малореально. Эфиопия была гораздо населеннее Сомали и считалась одним из приоритетных союзников США в Африке. На Эфиопию в 1950-е годы приходилось свыше половины американской военной помощи, поступавшей на Черный континент. А вот Кения была английской колонией, которую – и это было всем хорошо известно – подготавливали к независимости. В 1963-м она была предоставлена. Страна была не просто молодая – только что возникшая, этнически крайне разнородная, у президента Джомо Кениаты были крайне напряженные отношения с прежней метрополией, и вообще он делал массу громогласных заявлений, которыми наживал себе много врагов, – в частности, это был один из основателей идеи панафриканизма. Вот с учетом всего этого Сомали и попыталось отторгнуть у Кении ее Северо-Восточную провинцию. Не напрямую, но путем поддержки состоящего из местных сомалийцев вооруженного подполья. Кенийские власти называли повстанцев словом «шифта» (бандиты – сейчас в Кении это слово используется как уничижительное название всех сомалийцев вообще). Военные действия открылись в 1963-м – сразу после того, как Кения стала независимой, а в апреле 1964 года прервались при посредничестве Судана, действующего под эгидой Организации Африканского Единства. При Дааре Сомали так и не решилось на интенсификацию партизанской борьбы, тем более – на интервенцию в Кению (и неслучайно – сомалийская армия на тот момент насчитывала всего 5000 бойцов), но у Шермарка на сей счет было иное мнение. В 1967 году после его победы на выборах шифта попытались перейти в наступление. Окончилось все плохо – Кения начала крупную военную операцию против повстанцев и одержала победу. Сомали оказать помощь своим так и не рискнуло.

Карта расселения и субэтносы сомалийцев

Предполагаемая территория Великого Сомали

По всей вероятности, именно это послужило спусковым крючком для развития нестабильности в самом Сомали. В 1969 году 15 октября президент Абдирашид Али Шермарк был застрелен одним из своих собственных охранников-полицейских.

Дальнейшее расследование показало, что якобы здесь имели место скорее личные, нежели политические мотивы, но верится в это слабо, особенно с учетом того, что покушение не было первым – в 1968-м в президента кидали гранату. Ну а главное – почти сразу после убийства и похорон состоялся военный переворот – уже 21 октября 1969 года, возглавляемый генерал-майором Мохаммедом Сиадом Барре.

Министры прежнего правительства были арестованы, парламент, политические партии, общественные организации распущены. Вся власть перешла Верховному революционному совету (ВРС), президентом которого стал Барре.

Отметим сразу – по своему происхождению будущий правитель Сомали относился к клану Огаден (именно по названию которого и именовался соответствующий географический регион). Барре уже давно был связан с силовыми структурами – в полицию он поступил на службу еще в 1940-м. Плюс он имел пристойное военное образование: в 1950 году он был направлен в Италию в военную академию. В 1952-м Сиад Барре окончил офицерское училище во Флоренции и продолжил военную службу в Сомали. После провозглашения 1 июля 1960 года независимости Сомали Сиад Барре был назначен заместителем командующего и начальником генштаба новообразованной Сомалийской национальной армии, а с 1965 по 1969 год являлся ее командующим. До самого момента переворота Барре не был замечен в каком-то особенном политическом активизме. Он служил при фашистах, при британцах, при итальянцах и при независимости. Еще сложнее бы было назвать его идеологом, неким теоретиком политэкономической мысли. Но стоило генералу взять власть, как все поменялось. Саму необходимость путча Барре обосновал так:

Вмешательство вооруженных сил было неизбежным. Было невозможно далее игнорировать такие порочные вещи, как коррупция, взяточничество, непотизм, кража общественных средств, несправедливость и неуважение к нашей религии и законам нашей страны. Законы были отброшены в сторону, и люди делали, что хотели.

Что взамен? Как побороть эти пороки? Государство Сомали было провозглашено Сомалийской Демократической Республикой (СДР). Новое сомалийское руководство объявило, что в СДР будет создано «общество, основанное на труде и социальной справедливости». В 1970 году в первую годовщину переворота, который теперь стал называться революцией, руководители СДР объявили, что страна будет идти по пути социалистического развития, что ее идеологией станут принципы научного социализма. Правда, по Барре, «научный социализм» в качестве одного из источников опирался на ислам. Под руководством Сиада Барре в том же году правительство национализировало землю, нефтяные и страховые компании, иностранные банки. Несмотря на продолжение национализации предприятий и