Искупление. Часть вторая (СИ) - Юлия Григорьева

— Тео, Тео, — прошептал беглец, — как же мне теперь до тебя добраться?

Спорить со стражей на воротах он не собирался. Развернув лошадь, Найяр отправился искать постоялый двор. Что будет делать дальше, мужчина уже решил. Для начала привести себя в порядок, это было основное желание. Бывший правитель Таргара быстро нашел искомое и, заплатив хозяину постоялого двора, велел принести ему горячую воду. Хозяин поклонился и послал своего прислужника выполнять приказание. То, что новый постоялец, не смотря на простое платье, не из простого люда, мужчина понял сразу, уж больно величаво держался, да и приказы отдавал умело.

Тем временем бывший герцог поднялся в свою комнату, скинул плащ и ничком повалился на кровать, нырнув лицом в подушку, стиснул ее руками, подминая под себя, и затих, прислушиваясь к звукам, доносившимся из коридора. За дверью слышались голоса, женский смех, затем голоса стали приглушенными, и послышался довольный мужской смех. Найяр перевернулся на спину, догадавшись, что возня — это следствие заигрываний неизвестных мужчины и женщины. А затем в дверь постучали.

Найяр встал с кровати.

— Войдите.

Это был прислужник, он притащил ведро горячей воды, следом вошла молодая девушка с большим тазом, который должен был заменить постояльцу лохань.

— Холодную воду сейчас принесу, — поклонился прислужник, подмигнул девушке и вышел.

Найяр понял, что недавние звуки шли от этой парочки. Мужчина взглянул на девушку и усмехнулся. Она краем глаза наблюдала за ним, не спеша уйти. Он медленно подошел к девушке и приподнял ее голову, поддев пальцем подбородок. Она смущенно зарделась.

— Как тебя звать, прелестное дитя? — спросил Найяр.

— Лали, — ответила она и стрельнула озорным взглядом в постояльца.

— Лали, — повторил мужчина и обвел большим пальцем по контуру ее губы. — Занеси мне полотно, Лали, не сейчас, чуть позже. Принесешь?

Он ласково улыбнулся, и девушка вновь потупилась, но кивнула.

— Тогда иди за полотном, — подмигнул Найяр и слегка шлепнул ее по заду.

Девушка хихикнула и выскочила за дверь.

— Еще одна шлюха, — произнес мужчина. — И слава богам, что их не меньше, чем недотрог.

Вскоре вернулся прислужник с ведром холодной воды и ковшом в нем. Найяр дождался, пока он выйдет, взглянул на таз с ведрами и скривился.

— Это не мытье, это издевательство, — проворчал он, беря со дна таза кусок простого мыла.

Но деваться было некуда, и мужчина, приноравливаясь, занялся собой. Когда он уже заканчивал, в дверь постучались.

— Это я, Лали, — услышал он и усмехнулся.

— Заходи, ты вовремя.

Девушка скользнула в комнату, потупилась, но глазки то и дело стреляли в постояльца, оценивая его ладное тело. Найяр поманил ее к себе.

— Что же ты застыла, вытирай, — и развернулся к ней лицом, являя уже оживший орган.

Лали приблизилась, приложила к мужскому телу полотно и начала осторожно стирать влагу. Она подняла голову, ища в синих глазах одобрения, увидела легкую улыбку и улыбнулась в ответ. Найяр вдруг прерывисто вздохнул, сгреб ее в объятья и склонил голову.

— Согрей меня, Лали, — прошептал он и завладел губами девушки.

Поцелуй был мягкий, даже нежный, и она ответила, без страха оплетая шею мужчины руками. Найяр подхватил случайную любовницу на руки и направился к кровати.

— Только… — Лали опять смущенно потупилась, когда ее спина коснулась узкого ложа.

— Что? — спросил бывший правитель Таргара, нависая над ней на вытянутых руках.

— Я девственница и хочу ею остаться для будущего мужа, — пролепетала девушка. Мужчина нахмурился, и она поспешила произнести. — Меня научили этим заниматься в другое место, если не побрезгуете.

Найяр мгновение смотрел на Лали, затем откинул голову и рассмеялся. Девушка зарделась, но он тут же опять склонился к ее лицу.

— Ты унесешь отсюда свое девство нетронутым, — пообещал Таргарский Дракон. — Мы используем все возможные местечки, их мне вполне хватит…

Когда Лали убежала от него, пряча в руке золотую монету и довольную улыбку на румяном лице, пообещав еще заглянуть, Найяр быстро ополоснулся остывшей водой и накинул припасенную чистую рубашку и штаны, побрезговав ложиться на сероватые простыни обнаженным телом. Затем опять растянулся на постели, блаженно улыбнулся и заснул. К вечеру он собирался кое к кому наведаться, а пока хотел хоть немного выспаться в постели, прежде чем заняться своим будущим.

Сон был тяжелым и тревожным. Бывший герцог увидел себя совершенно обнаженным, привязанным к позорному столбу. Хохочущая толпа кидала к него гнилые овощи и комья грязи. Найяр метнул в толпу яростный взгляд, откуда какой-то шут все орал:

— Потерял, потерял, все потерял! Растяпа!

— Заткнись! — заревел поверженный Дракон и рванул всем телом, но путы крепко держали его у позорного столба.

А потом народ расступился, и вперед вышла его сокровище, такая же красивая, такая же нежная, только глаза ее были затянуты бельмами, и это было страшно. И все же это была Сафи, и Найяр облегченно застонал, улыбаясь ей.

— Ты вернулась, любимая, — произнес мужчина. — Помоги мне, Сафи, развяжи меня.

Сафи склонила голову к правому ключу, рассматривая его пустыми глазами, а после осклабилась и протянула тем самым мерзким голосом:

— Потерял, потерял, все потерял! Растяпа!

— Любимая, — потрясенно прошептал Найяр.

Она рассмеялась смехом своего покойного мужа, черты начали оплывать, и вскоре перед бывшем герцогом стоял Руэри Тиган в женском платье и паясничал, кривляясь и скаля гнилушки зубов на бескровных деснах.

— Нет! — закричал Найяр и сел на кровати.

Руки его дрожали, а тело было покрыто противным липким потом. Мужчина прижал к груди ладонь, вдруг испугавшись, что бешено колотящееся сердце вот-вот пробьет грудь.

— О, боги, — выдохнул он, падая обратно на подушку.

— О богах вспомнил, — послышался из угла голос покойной герцогини. — Нет у тебя богов, убийца. Я святая, мне видней. — И она разразилась противным хихиканьем.

— Растяпа он, — хохотнул Тиган.

Найяр резко повернул голову и увидел призрака, сидевшего на подоконнике. Голова лежала рядом и довольно скалилась, а сам покойный тарг беззаботно болтал ногами.

— Что тебе еще от меня надо? — зло прошипел бывший герцог.

— Хочу насладиться твоим полным падением, Най, — голова облизала серые губы белесым языком и снова хохотнула.

Призрак почесал коленку, затем почесал макушку своей голове, и Найяр вскочил с постели, не в силах больше выносить жуткое зрелище. И стоило его ногам коснуться пола и почувствовать его холод, как Аниретта и Тиган исчезли. Дракон тяжело осел на кровать и сжал руками голову.