Искупление. Часть вторая (СИ) - Юлия Григорьева

— А уж лучше он, чем безумец, — вновь обернулся тот, кто защитил Таргарскую Ведьму. — Я видел Военора. У него глаза добрые, спокойный, разумный. Сколько дворян не обсуждали по харчевням, а его никогда. Если сменится династия герцогов, я не заплачу. За Таргар! — он поднял свой стакан с вином.

— За Таргар! — подняли свои стаканы и кружки все, кто услышал тост, а вскоре подхватила и вся харчевня.

Люди выпили, и в питейном заведении вновь потек неспешный разговор. Мужчина в плаще сделал большой глоток эля и снова прислушался.

— А что со старым-то герцогом стало? Убили или в монастырь, как его сумасшедшего прадеда отправили? — спросил коротышка.

— А бесы его знают, — пожал плечами плешивый. — Никто не говорит, но слышал, воины и стражники прочесывают герцогство, словно преступника ищут. Должно быть, сбежал.

— Ох, лихо, — вздохнул тощий. — Лишь бы войны не было, только намек на продых появился.

— Все в воле богов, — философски ответил плешивый.

Одинокий мужчина допил эль, стукнул дном кружки об стол и встал, собираясь покинуть харчевню, но остановился у стола трех сотрапезников и склонился, уперев руки в столешницу.

— Неужели так плохо при прежнем герцоге жилось? — спросил он.

Мужчины переглянулись и посмотрели на нового собеседника, тут же поежились под ледяным взглядом синих глаз и опустили головы.

— Да и неплохо, пока он ведьмой своей занят был, до других ему дел не было, — наконец, ответил плешивый. — Сколько он у власти был? Почитай лет десять?

— Тринадцать, — ответил синеглазый мужчина. — Тринадцать лет правил Таргаром.

— Вот я и говорю. Тринадцать лет у власти, из них почти десять он вокруг той тарганны вился, никуда нос не совал, нормально жили. А как пропала она, так и полилась кровь по улицам, да закоулкам. Вот уж воистину, лучше бы она при нем осталась, а мы-то, дураки, все проклятья ей слали.

— И все? Это все, что вы можете сказать о Найяре после тринадцати лет его правления? — мужчина горько усмехнулся. — А ведь, благодаря ему, Таргар богаче стал, территории увеличились. Войн несколько лет избегал, мир был.

— Ага, как раз, когда он тарганну Сафиллину к себе во дворец притащил, — мужчина с соседнего столика обернулся и посмотрел на того, кто так и снял капюшона. Мужчина слегка нахмурился, рассматривая волевой подбородок, видневшийся из-под черной ткани. Чуть нагнулся, улавливая небольшую часть профиля. — Мил человек, а где я тебя мог видеть?

— Понятия не имею, — синеглазый резко отпрянул от стола, развернулся на каблуках и стремительно покинул харчевню.

— Да ну-у-у, — недоверчиво протянул тот, что встревал в беседу трех мужчин и отвернулся, поверить, что он сейчас разговаривал с самим Таргарским Драконом, было сложно.

Найяр гневно вышагивал по улицам Валора, не обращая внимания на вечернюю суету горожан. Отмахнулся от продажной женщины, вклинился между двумя почтенными тарами, о чем-то оживленно спорившими посреди улицы, и только грозно рыкнул, когда они выразили свое недовольство.

Как? Как эти смерды смели говорить такое? Двенадцать лет у власти, а им нечего вспомнить? Только Сафи и все?! Сколько раз он крутился, как уж на сковородке, вытаскивая герцогство из лап наглеющих чужеземцев! Сколько всего сделал, а они могут сказать только про то, что он не мешал им жить?!

"А что ты сделал, Най?" — вернулся тот самый голос, который бывший герцог не слышал уже столько лет. — "Чем ты прославился?".

— Брат, — прошептал Найяр, останавливаясь. — Это ты, брат.

Голос опять исчез, и мужчина тяжко вздохнул. Неил всегда умел ставить его в тупик своими вопросами. Чем прославился? Ну, хотя бы… Найяр вскинул глаза к все более темнеющему небу. Та война, после которой Таргар увеличился на богатую рудой землю, после которой… Мужчина усмехнулся и побрел дальше, уже гораздо медленней и спокойней. Ту войну он проиграл, вчистую проиграл. Если бы не желание Бриатарка влезть в самое сердце Таргара, то не было бы рудных шахт, которые принесла ему в приданое покойная супруга.

Аниретта не оправдала чаяний своей родни, потому что дома была та, ради которой он презрел мораль и всяческие правила, та, от которой готов был отказаться в момент подписания соглашения и не смог. Принцесса Бриатаркская не смогла влезть ни в сердце, ни в душу, ни в доверие супруга, потому что там уже безраздельно царила малышка Сафи. Но ведь земли были присоединены и остались за герцогством! Что могут знать эти простолюдины? Ничего они не знают, ни-че-го! Он был хорошим господином, хорошим, просто… Просто он остался один и все пошло наперекосяк.

Бывший герцог Таргарский тяжело вздохнул и поднял взгляд к звездам. Еще год назад жизнь имела смысл, была цель, и он шел к ней. И ведь ступень за ступенью Найяр поднимался к желанной вершине. Он все положил к маленьким ножкам неблагодарной феи: свою жизнь, честь, герцогскую корону. И ведь требовалось от Сафи так мало, просто быть рядом, потом взойти на престол, и они бы вдвоем прославили Таргар и свое правление. Столько планов было на будущее, когда должен был осуществиться этот. И все, все рухнуло в ту минуту, когда эта глупая стерва понесла…

"Тебя тошно слушать", — голос Неила стал брезгливым. — "Снова ищешь виноватых, брат. Всегда искал того, на кого можно списать свои грехи. Всегда умел мастерски прикрываться чужой спиной, лгать и уходить от ответственности".

Ладно, хорошо, он готов взять на себя часть вины. Он не должен был тогда беситься и выгонять ее, тогда бы Сафи не связалась с ублюдком…

"К бесам, Най, сколько можно?!"

— Тогда объясни мне, брат, я не понимаю, что ты от меня хочешь! — воскликнул Найяр и сердито взглянул на пожилую женщину, стоявшую перед своим домом.

Она шарахнулась в сторону, и мужчина прибавил шаг. Он пересек городские ворота, оглянулся на Валор и понял, что его конь остался возле харчевни. Найяр криво усмехнулся, потуже стянул полы плаща и направился дальше пешком. Так думалось лучше. А подумать стоило. Он уже слышал, что Владыка лично коронует Военора, так же не было сомнений, что герцогский титул перейдет новой династии, так же с одобрения Энлера. Девчонку просто использовали, чтобы предъявить от ее имени права на трон, но править будет он.

— Проклятье, да какой он правитель?! — зло воскликнул Найяр. — Что эта денежная крыса понимает в политике?

"А ты много интересовался теми людьми, что служили тебе?"

— Я достаточно знал о том, кто отвечает за мои деньги, — отмахнулся бывший герцог.

"Да, конечно, брат, прости", — иронично произнес невидимый Неил. — "Ты знал много. Род, его знатность и древность. В мотовстве не замечен. Честен, благороден, хорошо воспитан, достоин доверия".