Искупление. Часть вторая (СИ) - Юлия Григорьева

— Наша, — ответил будущий герцог Таргарский.

— Флот? Флот не мог предать меня, — Найяр спрашивал, не утверждал.

— Ты сам предал флот, когда забрал в застенки их любимого командующего армадой, — сказал Эбер. — Владыка тоже с нами. Ты один, Грэим. Сдавайся.

Выхода не было. Герцог затравленно огляделся и снова поднял оружие, готовый дорого продать свою жизнь. И в первую очередь прихватить предателя, который столько лет прикидывался тихой овцой, этого ублюдка Военора.

— Сафи была с тобой? — спросил Найяр.

— Это имеет значение? — Военор изумленно поднял бровь. — Ответа ты не услышишь. Сложи оружие.

Атака Дракона была стремительной, но безрезультатной.

— Все назад, — велел Эбер, парируя удар. — Тебя ждет сюрприз, тарг Грэим, — усмехнулся он и сделал выпад.

— Буду рад убить тебя, казначей, — усмехнулся бывший правитель Таргара, и схватка закипела.

Сквозь толпу пробилась Лирена. Она замерла, в ужасе глядя, как Военор теснит Найяра.

— Не надо! — вскрикнула она. — Пожалуйста, не надо!

— Уведите ее, — велел Эбер, смахивая с лица прядь волос, упавшую на глаза.

Девушку попробовали увести, но она вырвалась и бросилась к сражающимся. Прижалась к Найяру и, захлебываясь слезами, воскликнула:

— Как вам нестыдно, это же ваш господин, вы присягали ему на верность! — обернулась к любовнику и заглянула ему в глаза. — Най, они ведь одумаются? С тобой ведь ничего не случится?

— Ну, что ты, маленькая, конечно, со мной все будет хорошо, — он осторожно стер ее слезы, приобнял и сдвинулся чуть в сторону.

Военор закрывал Найяру то, к чему он стремился, за спиной предателя была цель, и герцог собирался ее достигнуть. Он сделал еще один шаг.

— Ты ведь поможешь мне, Лирена? — спросил Найяр.

— Я умереть ради тебя готова, — ответила она, выворачивая голову и доверчивая глядя на любовника.

На губах герцога появилась жесткая усмешка.

— Это очень кстати, девочка, — сказал он и оттолкнул ее.

Эбер, не ожидавший этого, не успел убрать меч, и Лирена налетела на острие.

— Проклятье! — воскликнул будущий герцог, подхватывая девушку.

Герцог оттолкнул его, метнулся к нише, в которой стояла статуя обнаженной женщины. Никто не успел среагировать, никто не успел понять, что происходит, когда раздался скрип потайного механизма, и за бывшим правителем Таргара закрылась провернувшаяся плита. Заговорщики так и стояли, тяжело дыша и глядя на то место, где исчез Таргарский Дракон.

— Он хороший, — прошептала Лирена. — Просто он очень несчастный.

Глаза ее закрылись, и девушка затихла. Эбер медленно поднялся на ноги, посмотрел на труп у своих ног.

— Бесы уже наступают тебе на пятки, Найяр. Будет ты проклят, кровожадная тварь! — тихо произнес он и в бешенстве швырнул меч, который извлек из тела бывшей фаворитки.

Тарг Коген пробился к Военору. Посмотрел на тело девушки, обвел взглядом собравшихся и зычно провозгласил:

— Да здравствует Эбер Военор, герцог Таргарский!

— Слава герцогу! — грянули воины.

Эбер медленно осмотрел своих сторонников и устало усмехнулся.

— Слава мне.

Глава 11

Харчевня "Три веселых пастуха" была наполнена народом. Впрочем, здесь всегда было много народа, особенно под вечер, потому что стояла она недалеко от главной площади одного из приграничных таргарских городов — Валора. В самом углу приютился высокий мужчина, не пожелавший скинуть с головы капюшон плаща, не смотря на духоту харчевни. Он задумчиво покручивал в руках большую кружку с пенистым элем и слушал разговоры завсегдатаев.

— Говорят, сам Владыка прибудет в Таргар на коронацию, — говорил лысоватый мужчина в потертой дорожной куртке. — А с ним послы из нескольких государств. Из Бриатарка тоже будут, они вроде как богатые дары везут.

— Герцогиня молодая больно уж хороша, — отозвался худой сосед плешивого. — Сейчас портреты новой правящей четы много, где развешаны.

— Еще бы, она же Грэим, эти всегда славились своей красотой, — ответил плешивый.

— Жаль души красота не добавляет, — вздохнул тощий. — Последний-то герцог совсем лютый был.

— Так его ведьма та сглазила, — заговорил третий, коротышка с водянистыми глазками. — Душу-то из него выпила, вот и обезумил.

Мужчина в капюшоне сжал кружку так сильно, что, казалось, еще немного, она разлетится в его руках.

— Да что вы ерунду говорите, — к ним обернулся мужчина с соседнего столика. — Тарганна Сафиллина была добрейшей души женщиной. Как она этого драконы выдерживала, непонятно.

— А что ты ее защищаешь? — коротышка нахмурил брови. — Всем известно…

— Всем известны сплетни, а я в столице прожил несколько лет, она мальчишку моего на ноги поставила, когда его телегой пьяный лавочник переехал. Лекарей согнала, даже дворцового позвала. Думали, отдаст богам душу малец, а она велела не отходить, пока в себя не придет. Сейчас мой парень, может, и не бегает, но живой и при ногах. Ходит, пусть пока с клюкой, но не овощем в постели гниет. Я тогда за нее свечки по всем храмам поставил, да молебны заказал во славу. И сейчас в своих молитвах поминаю. И семья вся моя. Ведьма… Если есть на свете боги, они не позволили ей сгинуть. Больно уж светлая женщина была, ласковая.

Он махнул рукой на троих мужчин и отвернулся. Те некоторое время смотрели в спину неожиданному защитнику, но вскоре вернулись к своему разговору.

— Новый-то герцог всех, кто в темницах сидел по доносам, отпустил. Земли дворянам вернул и титулы. А тех, кого пытать успели, сейчас лекари лечат. Всем пострадавшим обещали гольдеров отсыпать. — Возобновил прерванный рассказ плешивый.

— Пусть будут милостивы к нам боги, может, с его сиятельством, герцогом Военором, вздохнем, наконец, свободно, — коротышка сложил руки в молитвенном жесте.

— Так герцогиня же… — начал тощий.

— Да, кто бабу-то к власти подпустит? — усмехнулся плешивый. — Муж ее будет править, как пить дать. Говорят, он казначеем раньше был, мужик толковый, порядочный.

— Это казначей-то? — хохотнул тощий. — Где вы видели порядочных казначеев? Не растащил бы Таргар по гольдеру.

— А уж лучше он, чем безумец, — вновь обернулся тот, кто защитил Таргарскую Ведьму. — Я видел Военора. У него глаза добрые, спокойный, разумный. Сколько дворян не обсуждали по харчевням, а его никогда. Если сменится династия герцогов, я не заплачу. За Таргар! — он поднял свой стакан с вином.

— За Таргар! — подняли свои стаканы и кружки все, кто услышал тост, а вскоре подхватила и вся харчевня.