Клеймо Теней - Владимир Кравченко

Живые существа под воздействием неизвестных заклинаний превратились в кровожадных тварей, так что жить в болотах обычным людям было практически невозможно. Правда, ходили слухи о том, что в болота Шеола стягиваются беглые каторжане со всего Ориана, надеясь спастить там от карающей длани закона.

Отбросив посторонние мысли, Наут вошел под сень высоких деревьев. В ту же секунду в нос ему ударил отвратительный запах болотных испарений и гнилой листвы. Оставалось только удивляться, как этот одуряющий аромат не распространяется на мили вокруг, далеко от начала самих болот. С каждым следующим шагом продвигаться вперед становилось все труднее и труднее. Примерно через пять минут пути по этим джунглям начали появляться первые признаки болота. Под ногами захлюпало, вязкая болотная жижа постоянно пыталась отобрать у карателя сапоги. Наут же как будто и не замечал всех этих неудобств, а просто пер вперед как орианский бастион, не обращая внимания на незначительные препятствия. Конечно, скорость этого безумца, решившего добровольно залезть в одно из самых опасных мест на всем материке, порядочно снизилась, но каратель все равно умудрялся показывать впечатляющие результаты.

Выйдя на кусочек пространства, свободного от растительности, Наутиэль огляделся и направился дальше. Он уверенно шел к одному ему известной цели, не останавливаясь ни на секунду. Карта местности, составленная лично им и намертво отпечатанная в его голове, вела его лучше любых проводников. Через пятнадцать минут ходьбы на максимальной скорости, которую только позволяли развить болотные пейзажи, Наут очутился на кроваво-красной поляне. Шириной она была примерно двадцать на двадцать метров, сплошь усеянная алыми плодами кровавника.

С последнего посещения этого места карателем мало что изменилось, разве что остатки его маленького лагеря окончательно скрылись под красным ковром. Пройдя ровно в центр поляны, Наут расчистил небольшую площадку от растительного мусора. Как раз в том месте оказался пласт твердой, как камень, земли. Каратель не зря рассчитывал на то, что это место ему еще может пригодиться, так что подготовил удобную платформу для своих будущих изысканий, вдали от посторонних глаз.

Вытряхнув свой мешок, в котором лежали все нужные ингредиенты для предстоящей работы, на землю, Наут снял свое кольцо-преломитель и положил его в центр обожженной земли. Сделав кольцо цетром будущего рисунка, каратель подобрал валяющийся рядом мел, благоразумно захваченный из столицы, и принялся чертить различные знаки. Сначала кольцо опоясало два круга разного размера, между которыми была нанесена руническая вязь, подсмотренная из книги, украденой у одной из его жертв. После этого орианский ученый провел шесть идеально ровных лучей из той точки, в которой находилось кольцо. Теперь его механизм невидимости был центром каждого из получившихся шести треугольников, на которые был разделен внутренний круг. За внешним кругом последовал еще один, уже больший, сплошь состоящий все из той же рунической вязи. Отойдя на пару шагов и посмотрев на первые штрихи в создании нужного рисунка, Наут удовлетворительно кивнул сам себе и продолжил подготовку к волшбе.

За кругом из букв был очень большой круг, который являлся одним из внешних кругов. Как писалось в трофейной книге, этот и все последующие круги должны были стабилизировать конструкцию, равномерно распределяя потоки энергии между основными точками рисунка. Позже за этим кругом появился большой треугольник, вершинами которого являлись точки соприкосновения лучей, нарисованных чуть ли не самыми первыми, с кругом, нарисованным в последнюю очередь. Подобный порядок был почему-то важен. Почему именно, в книге не упоминалось. Решив пока не экспериментировать с тем, в чем не очень хорошо разбирался, Наут просто думал собезьянничать и воспользоваться уже готовым ритуалом. Для чертежа этого треугольника каратель выбрал мелок другого цвета, придавая особую значимость этой геометрической фигуре. На каждом из оснований этого треугольника были вычерчены очередные маленькие круги, в которых появились большие символы, отдаленно напоминавшие буквы исконного орианского алфавита.

Наутиэль аккуратно поднялся, пытаясь не повредить целостность так кропотливо выводимого рисунка, и бросил оценивающий взгляд на проделанную работу. Больше половины предложенной пентаграммы было закончено, и пока каратель не допустил ни единой ошибки. Учтя порядок нанесения символов, их размеры и цвета, Наут надеялся получить неплохой результат после первой попытки. Немного полюбовавшись своим творением, начинающий маг-самоучка снова принялся чертить рисунок на неестественно твердой земле.

Точки соприкосновения изначальных лучей с самым большим кругом были соединены между собой в шестиугольник. Каждый конец получившейся звезды должен был венчать свой уникальный символ. При нанесении их против часовой стрелки карателя пронзила шальная мысль, что он занимается какой-то ерундой. Эта мысль быстро была погребена под лавиной исследовательского интереса, которая сопровождала каждое великое открытие молодого ученого.

Наут плюнул на все предрассудки и продолжил работать над рисунком. К основному чертежу он добавил очередную заковыристую вязь из незнакомых символов в каждом из углов шестиугольника, расположил их полукругом и приступил к завершающей части рисунка. Затем каратель добавил еще один круг из символов поверх самого большого, после чего еще два обычных круга, находящихся практически вплотную друг к другу, и, наконец, вздохнул с облегчением.

Это была достаточно кропотливая работа, но он сделал ее отлично, следуя каждому слову из потрепанной книжки. Встав с земли, Наут размял затекшую шею и принялся нараспев читать заклинание, находящееся под самим рисунком.

Как только прозвучали первые слова, рисунок будто начал приобретать объем. Каждая из его частей закрутилась в свою сторону, постепенно ускоряясь все сильнее и сильнее. Чем дольше каратель читал заклинание, тем больше каждая линия наливалась своим неповторимым светом, и вскоре на месте рисунка появилась огромная светящаяся воронка, вращающаяся со страшной скоростью. Где-то на середине ритуала Наут услышал треск ломающихся деревьев, а вскоре и тяжелый храп выбравшегося на поляну сущеста.

— Ну что за невезение? — в сердцах выкрикнул он, прерывая ритуал.

Перед ним стоял решивший заглянуть на огонек куранч. Так он называл огромных четырехруких тварей с зеленой шерстью, которая покрывает практически каждый кусочек их гигантского тела. Эти существа заинтересовали Наутиэля еще в самую первую с ними встречу. Болота Шеола просто кишели ими, и не было абсолютно никакой возможности остаться там хотя бы на сутки, не встретившись с ними.