Клеймо Теней - Владимир Кравченко

— Похоже, у меня не получится воззвать к твоему чувству долга перед твоей родиной, — печально произнесла Лия.

— Как и у меня не получится воззвать к твоему голосу разума, — не менее печально ответил ей Наут.

Лия еще раз посмотрела на него, пытаясь найти хоть один след раскаяния, но на лице Наутэля увидела лишь уверенность в правоте своих слов. Тяжело вздохнув, она сняла маленькую заколку в виде восходящего солнца, все это время мирно покоившуюся в ее волосах. Как только украшение покинуло ее голову, тут же образовался семиметровый столб пламени, заменяющий ей прическу.

— Венец огня[39]. Довольно редко можно встретить умельца, способного управляться с этой штукой, — присвистнул Наут, наблюдая за языками пламени, охватывающими голову девушки.

— Я в совершенстве овладела всеми тактиками ведения боя при помощи этого изобретения в двенадцать лет! — горделиво кинула Лия.

— А я создал его в десять, — пренебрежительно ответил ей каратель, не впечатленный результатами девушки.

Зарычав от злости, девушка мотнула головой, и длинный огненный хлыст стремительно рухнул на то место, где только что стоял Наут. Каратель оказался в нескольких метрах от места удара одним непринужденным шагом. Но все же стоило отдать девушке должное, удар был действительно проведен мастерски, и Наутиэлю, наконец, пришлось покинуть то место, с которого он не сдвигался за все время битвы.

Венец огня был предметом гордости Наута. В столь юном возрасте ему удалось создать микроскопический механизм, обладающей такой разрушительной мощью. Каждый волосок по всей его длине был опоясан невидимой глазом сетью, раскаляющейся до высокой температуры. От нагрева эта сеть расширялась, что и создавало эффект бушующего пламени. В реальности же подобной прической поджечь практически ничего не получится. Расплавить — сколько угодно, но заставить гореть, например, камень точно бы не вышло.

Однако у этого, несомненно сильного оружия была парочка недостатков. Соединив один раз венец с волосами, уже никогда нельзя было его снять. Ну а самым большим недостатком изобретения Наутиэля был легкий вес раскаляющихся нитей. В итоге волосы вели себя так, как им того и положено. То есть любой порыв ветра мог обернуть преимущество носителя венца против него самого.

Отлично зная все эти недостатки собственного изобретения, бывший каратель в очередной раз подхватил свой шест и махнул им в сторону девушки, как будто пытался отбить летящий в него мяч. Образовавшаяся волна воздуха ударила точно в основание огненного столба, приводя в хаос всю конструкцию. Девушка попытался изменить траекторию полета своего оружия к Науту изящным пируэтом, но получилось у нее это лишь отчасти. Отдельные волоски все же дотронулись ей до лица, оставляя после себя тоненькие полоски ожогов.

Счет был явно не в пользу Лии. Наутиэль, казалось бы, даже не устал, участвуя в смертельной схватке с личным секретарем короля, когда Лия была покрыта множеством хоть и не смертельных, но очень неприятных ран. Решив перейти к самым активным мерам, девушка горизонтально изогнула спину и закрутила всем корпусом вокруг своей оси, создавая непроницаемое пламенное кольцо, центром которого она и являлась.

Взмахнув так пару раз перед самым носом неудавшегося мага, Лия принялась постепенно продвигаться в его сторону. Тактика девушки была стара, как мир, и уже не раз доказала свою эффективность. Если враг не обладает никаким оружием дальнего действия, то можно смело переходить в атаку, постепенно оттесняя его все дальше и дальше, до того момента, пока тот не сломится и не побежит. Именно этого девушка и хотела, чтобы каратель отвлекся от нее хотя бы на секунду, и тогда она точно не упустит своего шанса.

Наут же поступил совсем неожиданным образом. Вместо того чтобы аккуратно пятиться от бешено вращающегося огненного диска, он, наоборот, пошел девушке навстречу. Когда до неминуемого столкновения оставалось несколько сантиметров, каратель с места взвился в воздух, преодолевая сразу полтора метра по направлению к девушке. Лия быстро сменила траекторию вращения и попыталась настичь Наута в воздухе, но он уже находился на земле, пропуская над своей головой объятия огненной смерти. Резкая смена траектории полета вращающегося оружия, и вот каратель должен лишиться ног, но изящное акробатическо па приближает Наута еще на метр ближе к девушке. С каждой минутой Наут приближался к Лие все ближе и ближе, и чем меньше ему оставалось до девушки, тем сложнее становилось уворачиваться от огненных локонов, которые решительно вознамерились поближе с ним познакомиться.

На протяжении следующих десяти минут каратель скакал, как кузнечик на раскаленной сковородке, преодолевая шаг за шагом расстояние до вознамерившейся расправиться с ним девушки.

И вот когда до Лии осталось не больше двух метров, а дальнейшие увороты уже невозможны, каратель принял решение, которого девушка от него совсем не ожидала. Жертвуя своей левой рукой, Наут на доли секунды останавливает смертельную огненную мельницу. Ровно столько времени нужно огню, чтобы справиться с алмазной костью карателя. И столько же времени нужно Наутиэлю, чтобы сделать один стремительный рывок и с разворота размозжить девушке череп одним мощным ударом шеста. Каратель явно перестарался, нанося такой сильный удар. Голова попросу взорвалась фонтаном кровавых брызг, а тело по инерции отлетело далеко в лес, скрученное мощным ударом.

— Способная девушка. Даже жалко убивать стало, — тихо пробормотал Наут, смотря на свою обоженную выше запястья культю.

Наут сел на то место, где девушка распрощалась со своей жизнью, чтобы перевести дух. На удивление, схватка двух настолько сильных людей не привела к большим разрушениям. Пентаграмма, начерченная ранее Наутом, каким-то чудом осталась цела, да и лес практически не пострадал.

«Эта рана точно не затянется», — подумал Наутиэль, с сожалением смотря на свою руку, которой пришлось пожертвовать ради победы.

«Без столичного оборудования новую кость не приделать. Да и алмаз такого размера в этой глуши взять негде. Придется до конца своих дней оставаться калекой, который, кстати, может наступить довольно скоро».

Если по душу Наута отправился его бывший отряд, то придется приложить массу усилий, чтоб они пожалели о том моменте, когда решили выступить после своего бывшего начальника.

Еще немного посидев, приводя взбесившиеся чувства в порядок, Наут поднялся и направился к рисунку. Подняв книжку с земли, он снова принялся зачитывать непонятный текст. На последних слогах заклинания выло и сверкало, как во время шторма, но как только голос карателя стих, и ритуал был окончен, пентаграмма успокоилась и стала вести себя как самый обычный рисунок. Подобрав кольцо, Наут подставил его под солнечные лучи, чтобы посмотреть, что изменилось. Камень из обычной драгоценности превратился в кусочек ночного неба, отображая свет далеких звезд.