Клеймо Теней - Владимир Кравченко

— Одри меня кличут, васа милость. И отца моего так звали, — продолжил ломать комедию Наут.

— Куда направляешься? — уже гораздо спокойнее задал второй вопрос шпик.

— Домой к себе, в Сирньен. — Науту приходилось прикладывать все больше и больше усилий, чтобы не рассмеяться.

— Ты имеешь в виду Ширньен?

— Да-да, васа милость, именно о нем я и говорю, — наконец улыбнулся Наут, показывая зияющую дыру в своей улыбке.

— И зачем ты притащился в столицу из такой глуши? — брезгливо спросил шпион.

— Не, васа милость. Я в столицу ни ногой. Я к братцу приеззял. Он тут больсой человек, таверну свою открыл, — в словах Наута заиграла неподдельная гордость, будто у него действительно есть брат, который открыл свою таверну в пригороде.

— И как ты собираешься попасть домой? — подозрительно спросил мужчина.

— Хотел прибиться к каравану, идусему до Хельгена, а оттуда узе песком домой. Благо там рукой подать.

По правде говоря, этот вопрос поставил Наута в тупик. Пришлось выдумывать что-то на ходу, надеясь на то, что шпион удовлетворится таким ответом и наконец отстанет от него.

— Мне как раз надо в Хелген по делам, так что пойдем вместе к караванщикам, — не сводя глаз с Наута, сказал ему шпик.

«Проклятье! Только этого мне и не хватало. Как же хочется пристукнуть этого идиота, чтобы под ногами не мешался», — подумал Наутиэль, хотя и произнес совсем другое.

— Я всегда рад компании, васа милость! — еще более широко улыбнулся Наут.

— Иди вперед, а то я не знаю, где находится стоянка караванов, — достаточно примитивно соврал шпион.

Наут особо яро кивнул, да так, что чуть голова не отлетела, и направился в ту сторону, в которую только что шел шпион.

Не успели они отойти и десяти шагов от места столкновения, как каратель принялся увлеченно рассказывать новоявленному знакомому о своей жизни в Ширньене. Какое у него хозяйство, сколько скота, о красавице жене, о двух замечательных детках, и так далее, и так далее. Каратель надеялся на то, что шпион побоиться возможности общения с таким надоедливым человеком всю неделю пути до Хелгена и отстанет, дойдя до караванщиков. Но не тут-то было. Видимо, страх перед Лией был сильнее надоеданий Наута, хотя тот и старался, как мог. Однако шпион лишь стиснул зубы, периодически поигрывая желваками, и молча терпел этот словесный поток бреда. А если еще добавить крестьянский говор и наигранную шепелявость, то вообще удивительно, как шпион смог находиться вблизи от Наутиэля больше пяти минут.

Рассказывая все эти небылицы, они дошли до караванщиков. Узнав у охранников небольшого палаточного лагеря, где находится глава каравана на Хелген, Наут направился вдоль хаотично разбросанных палаток к нужной. Дойдя до большой палатки, сделанной из красного шелка, каратель обратился к стоящему на страже охраннику с просьбой поговорить с главой каравана.

— Господин не в духе. Проваливайте, — угрюмо пророкотал стражник, сплевывая на землю.

— Седрик, кого там нелегкая принесла, Криксал подери его задницу! — раздался сварливый голос караванщика из глубин палатки.

— Тут это, два мужика каких-то. Хотят с нами до Хелгена ехать. — Науту показалось, что он даже услышал скрип мозгов этого детины, пытавшегося выговорить такую обычную фразу.

Через пару секунд из палатки вышел огромный толстяк в зеленом атласном кафтане, опоясанном красным шелковым поясом. За поясом торчала рукоять кинжала, сделанная из кости песчаного ската, сплошь усыпанная драгоценными камнями. Осмотрев нас с ног до головы оценивающим взглядом, таким, как крестьянин оценивает на рынке скот, он сказал.

— Вам повезло, что я все еще тут. Если бы не охранники, которые вчера напились настолько сильно, что с утра не могли сидеть в седлах, то еще утром ноги бы моей не было в этой дыре. Так что по двадцать золотушек с носа, и милости просим, — произнес торгаш, пытаясь набить себе цену.

Наут мысленно присвистнул. Конечно, двадцать золотушек для него не были проблемой, даже сумма в сто золотушек не казалась ему большой, но для обычного крестьянина из глубинки это просто огромные деньги. На двадцать золотых кругляшей можно было нанять отряд из пяти рыцарей в полном доспехе, которые тебя на руках до самой пустыни магов донесут. Каратель понимал, что переспорить алчного торгаша, пытающегося хоть как-то отыграться за простой, не удастся. Но если он не будет торговаться, это может вызвать подозрения у его спутника.

— Васа милость, посядите. Откуда такая сумма у обычного крестьянина с самой глусы? — начал было Наут, но его перебил шпик.

— Возьмите, здесь пятьдесят. Только пообещайте мне, что посадите нас в разные повозки, — многострадально сказал шпион.

Наут тут же бросился благодарить своего спасителя, чем вызвал тяжелый стон. Видимо, шпион уже проклинал тот момент, когда вообще решил пойти на королевскую службу. Торговец же быстро спрятал увесистый кошель за пазуху и махнул рукой, призывая следовать за ним. Проведя пассажиров вглубь лагеря, торговец махнул на группу крытых повозок, уже запряженных и готовых к отбытию.

— Выдвигаемся через полчаса. Можете найти себе месте в хвостовых повозках, они без груза, — пренебрежительно бросил толстяк и, качаясь из стороны в сторону, направился обратно в свою палатку, где его наверняка ждал мягкий тюфяк.

Наут же отправился в самую последнюю из повозок, для возможности удобного бегства, как только подвернется случай. Его невольный провожатый слегка поколебался, но все же отправился вместе с ним. На козлах повозки сидел седой старичок и с интересом поглядывал на колоритную компанию. Как только те подошли достаточно близко, старик очень вежливо обратился к новоприбывшим.

— Чем я могу вам помочь, господа? — с едва заметным поклоном спросил дед.

— Мы едем с вами до Хелгена. С его милостью торговцем уже все улажено, — решил на себя взять обязанности разговора с людьми шпик.

Старик лишь кивнул и потерял к нам всякий интерес. Наут же залез внутрь повозки и умостился на один из находившихся там соломенных тюфяков. Шпион решил пока не присоединяться до отправки, примерно понимая, что сейчас делает шпик, Наут снова включил передатчик кабинета Лии и стал слушать. Вызов не заставил себя ждать, и соловьиные трели раздались в ушах у карателя. Лия ответила практически мгновенно.

— Какие новости? — заинтересованно спросила она.

— Я узнал, кто это такой. Зовут Одри. Говорит, что прибыл из Ширньена к брату. На то, что врет, не похоже. Сейчас направляется в Хелген с одним из караванов, откуда уже и отправится домой, — коротко отрапортовал соглядатай Наута.