Под игом чудовищ. Книга 2 - Андрей Арсланович Мансуров

«обработке» уже всего тела своей главной соперницы — теперь нанося удары во всю силу, с оттяжкой. Профессионалка…

Боль оказалась неимоверной! Нереальной! Неужели можно выдерживать такие удары, и не терять сознания?!.. Но её мучительница, похоже, тоже читала мемуары чёртова лорда Юркисса — на этот раз не позволила ей впасть в беспамятство. Делая короткие паузы, чтоб отдышаться самой, и дать чуть-чуть прийти в себя «обрабатываемой». А когда остановилась окончательно, сказала:

— Сир! Больнее ей уже не будет, к этому виду обработки она притерпелась. И вот-вот просто снова отключится. Если вы не против, давайте перезавяжем. В положение номер три. А то «свежесть ощущений» у нашей допрашиваемой уже не та…

Всё верно: положение номер три оказалось именно тем, которого она боялась больше всего.

Ноги оказались растянуты так, что она чувствовала себя древней балериной, усевшейся на шпагат. Только делала она это лёжа. На спине. Доска под спиной оказалась на редкость сучковатой и колючей, а медная толстая проволока, которой основания её ножек у паха притянули к чёртовому ложу, врезалась в нежную кожу так, что казалось ещё чуть-чуть — и она лопнет!

Руки, которые никто и не подумал вправить, как и талию, тоже притянули к доскам на совесть. Его Величество с кривой усмешкой смотрел, как леди Маргарет поворачивает палку, затягивавшую проволоки:

— Так — что? Сознаваться будем?

Она не удостоила его ответом. Вместо неё отозвалась леди Рашель:

— Её Величество слишком горды. И не снизойдут, чтоб ответить. Может, сир, мне продолжить мои попытки разговорить нашу гордячку? Заодно и погреюсь ещё.

— Продолжи!

Леди Рашель, расправив плеть, склонилась к уху её Величества. Прошипела:

— Теперь-то тебе понятно, ненаглядная моя, для чего мне нужно было выяснить, где у тебя самые чувствительные места?

На этот раз мучительница и правда — занялась её промежностью, уже не прикрытой даже тонкой материей. И не останавливалась до тех пор, пока её Величество, вокруг лона которой уже полыхали языки адского пламени, не соизволили снова потерять сознание…

Но на этот раз её не окунали в ведро.

Вместо этого на голову и лицо накинули мокрую тряпку, и начали её ещё и водой поливать! Пришлось отвлечься от огненного шторма, настоящего степного пожара, бушевавшего у неё между ног, и переключить внимание на нехватку воздуха!

Леди Наина испытала все муки утопленницы, а когда наконец она была близка к тому, чтоб и правда — захлебнуться, тряпку сняли. И позволили опорожнить желудок, и отплеваться… После чего леди Маргарет предложила ей выбор:

— Ну, ваше Величество, выбирайте. Ещё порция бичевания вашей драгоценной кошечки и внутренней поверхности бёдер… Или — снова тряпка с водой?

Леди Наина не видела смысла отмалчиваться:

— Порция розог!

— О-о! Надо же! — это в интересный разговор вступил его Величество, — А лорд-то — не соврал! Пытка водой действительно куда действенней и мучительней! Но…

Милая, раз уж её Величество изволили выбрать, не вижу причин ей отказывать! Продолжай обрабатывать. Плеть только возьми другую — ту, со свинцовыми дробинами.

Вскоре её Величество прокляли всё на свете, предаваясь «новым ощущениям», и рот уже не удерживал конвульсивные выдохи, когда разящие кусочки свинца касались её тела… Так она рано или поздно сломается — и начнёт стонать! Так не бывать же этому!..

Она закусила губы так, что прокусила насквозь, и закрыла глаза — чтоб не видеть момент удара. И горящие адским пламенем глаза женщины-монстра. Силы которой, казалось, не истощатся никогда — не иначе, это машина придала леди Рашель выносливости!..

Не слишком-то это помогло…

На этот раз сознание померкло, когда ей уже казалось, что вся её столь нежная нижняя часть уже не горит адским пламенем, а буквально разрывается на мелкие клочки тысячами отточенных граблей, когтей, и крючьев, а в уши орут и ревут все демоны ада…

Но это был ещё не конец. Когда её «оживили водой и тряпкой» в очередной раз, его Величество изволил удалиться на время из подвала — чтоб справить малую нужду. А леди Маргарет, дождавшись, когда шаги по булыжнику коридора окончательно затихли, посверкивая снова расширившимися во всю радужку зрачками, склонилась над её лицом:

— Мне поистине больно доставлять вашему Величеству столь сильные муки. Поэтому сейчас вам будет ещё больней! Чтоб больней было и мне! — а противное у неё, оказывается, лицо! Оскал, как у тех летучих мышей, что насылал на них лорд Хлодгар! Страшная мысль молнией сверкнула в мозгу леди Наины: уж не чёрный ли Властелин создал эту сучку?! На погибель ей, королю, и всей Тарсии?!

Но эта мысль быстро исчезла, уступив место более актуальной: как бы побыстрее умереть!!! Потому что из жаровни, стоявшей в углу, леди Маргарет вынула с помощью огромных щипцов раскалённый до красноты уголь примерно с куриное яйцо, и с очередной омерзительной ухмылкой на лице затолкала его в глубину королевской куночки…

Смерть не соизволила забрать её, и ей пришлось ещё пережить и пытку с пронзанием её грудей многочисленными толстыми раскалёнными докрасна гвоздями, и высыпанные на живот куски угля огромного размера, прожёгшие там дыру до позвоночника…

Умерла она после этого, скорее всего от потери крови — она точно не помнила.

Свою вторую смерть леди Наина помнила куда хуже — кажется, её придушили, проведя предварительно вновь через все круги «обычных» пыток — чтоб «насладилась полностью» тем, что, возможно, не успела в полной мере оценить в первый раз, как словоохотливо объяснила разгорячившаяся так, что крупные капли пота текли по лицу, слиплись в жиденькие хвостики плети волос, и кривились в хищной ухмылке губы, леди Маргарет. Напомнившая ей в этот момент уже гиену…

Третья смерть однозначно запомнилась лучше, хоть и оказалась очень скоротечной: её вновь разложили в «позиции номер три» на станке, широко разведя ноги, и прочно зафиксировав бёдра и талию, и во влагалище неторопливо забили с помощью большой кувалды заточенный конусом кол фута три длинной, и толщиной у основания с ногу.

Тут уж её Величество, как «тонко» подметил сир Ватель, «проняло»: она и билась в конвульсиях, и вопила, и стонала, и рычала, и сыпала проклятьями и ругательствами, злясь только от того, что не находит больше сил сдержаться, а её мучительница от этих проявлений «слабости» наслаждается ещё сильней.

Смерть настигла её в момент, когда остриё вышло через горло…

После очередного оживления её перевернули на живот, руки и ноги сковав и растянув цепями. Очень скоро она поняла, почему: ягодицы и ноги щедро полили смесью масла и нефти. Прогорело всё до кости… Но она не