Большой флот Страны Советов - Игорь Григорьевич Дроговоз

Баллистическая ракета на твёрдом топливе

Не давал покоя советским адмиралам и тот факт, что все отечественные ракеты были на жидком топливе, тогда как у американцев — на твёрдом.

Ещё со сталинских времен, усердно борясь с космополитизмом, маршалы и адмиралы пристально посматривали на Запад, стараясь не пропустить какие-нибудь технические новинки, появившиеся у проклятых империалистов. Западным специалистам они доверяли больше, чем своим (не случайно, отдавая приказ о копировании американского бомбардировщика Б-29, Сталин сказал: «не надо лучше, сделайте как у них»). Они старались при первой возможности украсть и скопировать заграничные штучки.

Вот и приверженность американских моряков к твердотопливным ракетам вызывала чувство зависти у отечественных адмиралов. Янки не дураки, значит такие ракеты лучше и эффективнее тех, что на жидком топливе. Поэтому от химиков и ракетчиков настойчиво требовали создать баллистическую ракету на твёрдом топливе для новых подводных ракетоносцев.

Конструкторское бюро В. П. Макееева опыта работ над такими ракетами не имело, к тому же оно было занято модернизацией состоявших на вооружении Р-27 и разработкой перспективных ракет на жидком топливе. Поэтому заказ на твердотопливную ракету в 1971 году получило КБ под руководством П. Тюрина. Конструкторы сразу оказались в сложном положении — размеры будущей ракеты Р-31 должны были обеспечить её размещение в ракетных шахтах, предназначенных для Р-27.

Заданную дальность полета ракеты удалось сохранить только за счёт значительного увеличения её массы, длины и диаметра. Зазор между корпусом ракеты и пусковой шахтой свели до минимума, что потребовало перехода к так называемому «сухому старту». Если прежде на лодках проекта 667А перед стартом ракеты шахту заполняли водой с помощью насосов, шум которых демаскировал лодку, то теперь с помощью порохового аккумулятора давления ракета выталкивалась из шахты, прорывая специальную мембрану, не допускавшую воду. Старт ракеты мог производиться с глубины до 50 метров и при волнении моря до 8 баллов. Запуск маршевого двигателя происходил уже в воздухе.

Баллистическая ракета Р-31

Ракета Р-31 имела много имён. На флоте её именовали ЗМ17, во время переговоров с американцами ей придумали псевдоним РСМ-45. (Подобные клички, взятые с потолка, имели и другие ракеты, о которых шла речь в международных договорах. Так, уже упоминавшаяся Р-27 скрывалась под индексом РСМ-25: секретность превыше всего!). Дальность её полета составила 3900 км.

Из-за увеличившейся массы ракетного комплекса Д-11 с твердотопливной ракетой Р-31 пришлось сократить боекомплект подводной лодки К-140 проекта 667А, избранной для модернизации, с 16 до 12 ракет. Первый пуск ракеты Р-31 с её борта состоялся 21 декабря 1976 года (торопились сделать подарок к 70-летию дорогого Леонида Ильича Брежнева, отмечавшемуся в этот день), а весь комплекс корабельных испытаний завершили в 1979 году.

Но к тому времени ракета Р-31 морально устарела, и не отвечала требованиям военных моряков, время и деньги на её создание были потрачены напрасно. От планов перевооружения подводных лодок проекта 667А твердотопливными ракетами Р-31 отказались, поскольку речь шла уже о выводе их из боевого состава в соответствии с условиями договора об ограничении стратегических вооружений. В 1979 года на консервацию отправились первые две лодки этого типа, у которых вырезали ракетные отсеки.

Подводный ракетоносец К-140 так и остался единственным кораблём советского военно-морского флота, вооружённым ракетным комплексом Д-11. Он прослужил в составе Северного флота до 1990 года. Комплекс оказался несовершенным (хорошо, что отказались от его развёртывания): из шести пусков с борта К-140 в 1977 году только один признали успешным.

Первый выход на боевую службу К-140 совершила лишь в сентябре-декабре 1980 года. В течение двух месяцев она патрулировала в Северной Атлантике, в пределах досягаемости целей на территории США. Лодку не обошла общая беда советского подводного флота — чрезвычайно низкий коэффициент оперативного напряжения. За восемь лет (1980—1987 гг.) она совершила всего восемь походов для несения боевой службы. Напомним, что первая американская ракетная подлодка «George Washington» за четыре с половиной года пребывания в боевом составе флота совершила 15 выходов на патрулирование.

В 1990 году командование ВМФ приняло решение о списании подводной лодки К-140 и утилизации ракет Р-31 путём отстрела всего имеющегося боекомплекта. Ранее были выпущены 36 ракет таких ракет (три боекомплекта), из них в ходе испытаний и практических стрельб израсходовали 20. В наличии оставались ещё 16. Их-то и решили использовать для ракетного фейерверка осенью 1990 года. Тем самым представилась уникальная возможность испытать боевые возможности ракетоносца при стрельбе всем боекомплектом, а не одной — двумя ракетами, как обычно.

Осенние стрельбы продемонстрировали низкую надёжность комплекса Д-11. Так, 18 сентября при пуске двух ракет одна не вышла; 1 октября — при трёхракетном залпе с интервалом 26 секунд не вышли две ракеты; 30 ноября — две ракеты не вышли. Общий итог был таков — из 16 ракет из-за неисправностей не вышли 6 ракет, их пришлось уничтожать на берегу. Вдобавок экипажу пришлось устранять множество неисправностей, бороться за живучесть (произошёл выброс порохового газа и прорыв воды в отсек), а также заниматься спортом — для выравнивания дифферента во время ракетной стрельбы 20 матросов бегали из кормы в нос — это дало возможность уменьшить его с 8 до 7 градусов и провести стрельбу. Вот они, особенности национальной стрельбы ракетами с подводных лодок. Тем не менее, командование признало утилизацию ракетного комплекса Д-11 успешной. Ещё бы, ведь две трети ракет стартовали.

Подводя итоги, можно сказать, что первый твердотопливный блин вышел, как положено, комом. Другие лодки на вооружение его не получили, а сама К-140 в декабре 1990 года отправилась на слом.

* * *

Пока команда К-140 боролась со своими ракетами, жизнь не стояла на месте. Ещё сходили на воду последние ракетные подводные лодки проекта 667А «Навага», а на стапелях уже закладывались новые — проекта 667Б «Мурена». В какой-то мере они стали ответом Советского Союза на появление у американцев ракет «Poseidon», но главной причиной их создания было давнее желание адмиралов получить в своё распоряжение ракетный комплекс, обладающий межконтинентальной дальностью 7800 км. Это позволило бы советским подводным ракетоносцам значительно увеличить площадь районов несения боевой службы, и соответственно, уменьшить вероятность обнаружения и уничтожения противолодочными силами противника.

Ракетоносец типа «Мурена» (пр. 667Б)

Работа над новым ракетным комплексом Д-9 началась ещё в 1964 году, но из-за сложности поставленной задачи, затянулась до 1971 года. Для испытаний ракеты Р-29 (псевдоним РСМ-40) переоборудовали атомную ракетную подводную лодку первого поколения К-145 проекта 658 — на её борту установили