Книга камней - Лэйна Джеймс

— Да, милорд. Хотя мне так хотелось бы, чтобы это все было страшным сном. Боги свидетели, мне так хотелось!.. — Роза крепче прижалась к Дэви.

— Мне так жаль, милорд. Я знаю, как вы ее любили.

Герцог вырвался из ее объятий.

— Король и королева страдали гораздо больше, чем я. Оставь свою жалость для них. Что с Тейном и Лилит?

— Спят… — Столь быстрая смена темы разговора смутила Розу, но не надолго, и она продолжала в том же русле: — Может быть, милорд позволит мне немного утешить его? Дайте мне только шанс, и я сумею сделать вас счастливым.

— Может быть… когда-нибудь, — отозвался герцог, обуздав свой гнев.

И он быстро пошел дальше по коридору, направляясь к королевским апартаментам.

Дверь в гостиную Гэйлона оказалась широко открытой. Кроме самого короля Виннамира, в этой просторной комнате оказалось еще четверо или пятеро капитанов стражи. Гэйлон, лихорадочно блестя глазами, отдал им последние инструкции и отослал их. Затем он повернулся к столу и наполнил свой хрустальный бокал янтарным бренди.

— Куда они пошли? — спросил Дэви, налив и себе вина.

— Одни — в город, допрашивать глав оппозиционных кланов. Другие вернутся в комнату Сандаал, чтобы продолжить обыск.

— Тебе не достаточно золота и письма?

— Ты уже знаешь?

Дэви кивнул.

— От Розы, — в его голосе была горечь. — Как удобно, должно быть, для кого-то, чтобы она нашла доказательства именно сейчас.

— Не все ли равно — когда? Леди Д'Лелан громоздила ложь на ложь, обман на обман. Теперь ее постройка рухнула, так что предоставим Сандаал ее судьбе, — отрезал Гэйлон, но тут же пожалел своего герцога. — Никто не может избежать своей судьбы, Дэви. Даже король-маг.

— Я знаю…

— Улики, которые обнаружила Роза, просто сделали картину еще более ясной, во всяком случае, для меня. Я принял верное решение, единственное в данных обстоятельствах. Однако мне необходимо знать имя того, кто ее нанял, если это возможно. — Король задумчиво смерил Дэви взглядом. — Ты передал капитану, что нам нужно от нее узнать?

Герцог снова скрипнул зубами.

— Передал.

— Хорошо. Но только умоляю тебя, Дэви, сдержи себя. Ты нужен мне сейчас как никогда. Мне необходимы твоя мудрость и твоя сила. То, что ты любишь Сандаал, не должно мешать тебе, хотя это будет нелегко. Просто ты должен понять, почему я сделал то, что я сделал. Ты понимаешь? — и Гэйлон попытался встретиться взглядом со своим герцогом.

— Слишком хорошо понимаю, милорд. Будь у меня такая возможность, я мог бы отдать жизнь за Сандаал Дослан, но она заставила меня выбирать между ней и Рыжими Королями. — Он опять почувствовал внутри нарастающий гнев. — Я только хотел бы, чтобы все закончилось как можно скорее, ради нее и ради нас тоже.

— Милорды…

Старческий, скрипучий голос, раздавшийся в королевских покоях, заставил обоих вздрогнуть и резко повернуться к дверям. На пороге стоял Эовин Д'Ар, Великий посланник, одетый в желтую атласную накидку. Нильс Хэлдрик поддерживал его под руку. Рядом с ним Гэйлон увидел Джессмин и нахмурился.

— Что это вы все делаете здесь в столь поздний час? Почему вы не спите?

— спросил он резко.

— Ее величество пришла, чтобы поговорить с вами, милорд, — объяснил посланник. — Дело крайне важное и касается Сандаал Д'Лелан.

— Не стоило беспокоить королеву. — При взгляде на Джессмин выражение его лица смягчилось. — Я обо всем позаботился.

— В этом-то как раз и заключается проблема, милорд. — Эовин слегка откашлялся и продолжил: — Королева Ксенары считает, что этот вопрос должен быть отнесен к ее ведению.

— Ничего подобного, — возразил Гэйлон, поворачиваясь к Джессмин. — Тебе нет никакой необходимости этим заниматься. На твою долю и без того выпало слишком много страданий и забот.

Губы Джессмин слегка изогнулись.

— Еще большие страдания причиняет мне сознание того, что мой муж узурпировал полномочия королевы Ксенары и собирается распоряжаться моей страной.

— Но это не так! — вспыхнул Гэйлон, и на его пальце немедленно сверкнул голубой искрой Колдовской Камень. — Как ты только могла подумать обо мне такое, Джесс?

— А как я могла не подумать?

Гэйлон быстро шагнул к ней по толстому ковру.

— Это дело не имеет к Ксенаре никакого отношения. Именно на меня напал убийца, и я имею право наказать его… или ее.

— Но только я в этой стране имею право вершить правосудие, — холодно ответила Джессмин. — Только я могу налагать наказания, после того как выслушаю показания свидетелей и рассмотрю улики.

— Но что хорошего это принесет? — требовательно спросил Гэйлон. — Кроме потери времени, мы лишь продлим наши собственные страдания.

Королева упрямо стиснула зубы:

— Я вовсе не уверена в вине леди Д'Лелан.

— Не уверена?! Спроси Дэви. Он был там. Если бы не он, она бы убила меня!

— Но почему? — негромко спросила Джессмин. — Что ты такого ей сделал, чтобы она стремилась отомстить?

Гэйлон не нашелся, что ответить, и Дэви понял по его глазам, что король сдался.

Джессмин тем временем высоко подняла голову.

— Я не верю в то, что Сандаал могла убить ребенка. Я считаю, что ее единственное преступление — это покушение на жизнь короля. В любой стране это тяжкое преступление. Но, поскольку мы — виннамирцы, которых почитают слабыми за нашу человечность и глупыми — за нашу тягу к простой и скромной жизни, мы также можем позволить себе еще один недостаток — милосердие.

— Я очень сильно в этом сомневаюсь, — неожиданно заговорил молчавший до сих пор Нильс Хэлдрик. — Подумайте хорошенько, ваше величество. Если вы проявите снисхождение, вы потеряете уважение и авторитет. Здешние жители жестоки, и это хуже всего. Здесь, в Ксенаре, публичные казни считаются лучшим развлечением. Никто не скажет вам спасибо за то, что вы спасете леди Д'Лелан… скорее, наоборот.

— Я не хочу, чтобы она умирала, — упрямо возразила Джессмин. — Она многие месяцы верно служила нам…

— Потому что это входило в ее планы, — вступил Гэйлон. — Мы никогда больше не сможем доверять Сандаал, как бы это все ни закончилось. Я не желаю, чтобы она была где-то поблизости, выжидая еще одного удобного случая.

— Тогда мы отправим ее в изгнание, — поспешно предложила королева. — Куда-нибудь подальше.

Гэйлон в поисках поддержки посмотрел на Нильса, а Дэви вдруг увидел в глазах Джессмин тень сомнения. Даже члены королевской семьи обязаны соблюдать законы страны, которой они правят. Этот жестокий, неумолимый факт неожиданно стал окончательно ясен королеве.

— Покушение на жизнь короля, — мрачно подтвердил лекарь, — является тягчайшим преступлением. — Он выпустил локоть посланника и подошел к королеве, несмело взяв ее узкие ладони в свои. — Вы очень многое сделали, миледи, чтобы завоевать симпатии самых авторитетных домов и кланов страны. Так не разрушайте же того, что досталось вам с таким трудом, не выбивайте почву у себя из-под ног. Если после всего этого вы покажете себя глупой и сентиментальной женщиной, все пойдет прахом. Последняя из королев, которая правила Ксенарой, сделала точно такую же вещь, какую вы намереваетесь совершить, и ее правление окончилось катастрофой.