Книга камней - Лэйна Джеймс

Лэйна Дин Джеймс

Книга камней

Моим дочерям, Шеннон и Джессике

ПРОЛОГ

Эовин Д'Ар, Великий посланник Ксенары, сидел у костра сгорбившись и глубоко засунув в рукава одежды огрубевшие руки с узловатыми пальцами. Мерзлый ночной воздух растревожил его ревматизм и вызвал боль в суставах, стоящая у его ног чашка с чаем из ивовой коры приносила мало облегчения. Теперь холод поселился в самой глубине его тела, и, казалось, самое жаркое пламя не могло его согреть. У старости есть недостаток: она разрушает и ум, и тело.

— Сэр, еще чаю?

Д'Ар поглядел на услужливое лицо молодого ксенарского солдата.

— Нет, спасибо, мне хватит.

— Может быть, еще что-нибудь…

— Нет, нет, все в порядке. — Эовин отослал юношу и следил, как тот возвращается к своим товарищам у одного из лагерных костров, разведенных около кибиток.

Сидри, сорок лет служивший ему верой и правдой, умер прошлым летом, и Эовин, утомленный годами и опечаленный потерей, так и не нашел никого, достойного занять его место. Небольшой отряд солдат заботился о нем, насколько это было в их силах, испытывая благоговейный трепет перед персоной Великого посланника. Они раздражали его. Эовин терпеть не мог общества военных. Они редко думали и говорили о чем-нибудь, кроме оружия, лошадей или игры в кости.

— О Сидри, — пробормотал Эовин, задумчиво глядя в огонь, — как мне не хватает наших с тобой философских споров; они, по крайней мере, согревали мою душу.

Морозный сухой ветер ерошил его мягкие седые волосы. Дым раздражал глаза и горло, и Эовин поднял голову. Осколок луны, повисший в густой паутине звезд, сверкал высоко над ним. Как великолепна весенняя ночь! За время своей долгой службы Ксенарскому дворцу Великий Посланник побывал во многих странах и видел много чудесного, но ничто не могло сравниться с этим пустынным небом, простиравшимся на восток до далекого горизонта.

Серые горы возвышались прямо за его спиной, в свете звезд были видны лишь их темные силуэты. Высокие горные хребты задерживали облака, несущие сладостный дождь с Западного моря, похищая у лесов и долин Виннамира драгоценную влагу и не оставляя ничего этой сухой, жаждущей земле.

О, какой прекрасной и свободной страной был Виннамир в кольце гор и скалистых берегов! Ксенара давно жаждала заполучить богатства крохотного королевства, и если бы горы и скалы не охраняли Виннамир от вторжения, гигантская империя поглотила бы его много веков назад. Кровавые годы противостояния всякий раз сменялись временами неспокойного мира. Сейчас мир был окончательно установлен. Эовин снова уставился в огонь, кусая тонкие губы.

Семь лет назад в очередной войне победил Виннамир, хотя обе страны жестоко пострадали. В разгар отчаянной битвы за морской пролив, разделяющий две враждующие страны, Гэйлон Рейссон, король-чародей Виннамира, совершил нечто ужасное. Он поднял проклятый волшебный меч. Убийцу Королей, и перебил больше полумиллиона человек — не только огромную армию Ксенары, но и всех жителей Занкоса, столицы. Ксенары.

При воспоминании об этом злодействе у Великого посланника сжалось сердце. После своей ужасной победы Гэйлон Рейссон вернулся домой с немногочисленным отрядом, уцелевшим в битве, и с тех пор о нем мало что было слышно. Люди Ксенары ждали в постоянном страхе, что месть Виннамира опять обрушится на них. Но этого не случилось. В конце концов некоторые осмелились поверить, что зловещий меч Орима уничтожен.

Какова бы ни была правда, оставалось фактом, что Рыжий Король был убийцей, жестоким и хладнокровным, и Эовин сейчас был вынужден отправиться ко двору этого человека в надежде спасти свое королевство. Ему было стыдно при мысли, что придется просить о милости, но после разрушения Занкоса и гибели королевского дома Геррика род короля Роффо почти прервался. Из прямых наследников оставалась только дочь короля, Джессмин, которая была женой Гэйлона и королевой Виннамира.

На трон Ксенары претендовали многочисленные побочные отпрыски. Южное королевство выдержало войну только благодаря своим огромным размерам и близости к Внутреннему морю. Нация зажиточных купцов и торговцев выжила благодаря широким торговым связям, и сейчас торговля продолжалась. Но теперь остатки купеческих семей жестоко соперничали друг с другом и с аристократией за влияние на трон и парламент. В конце концов все претенденты на корону были уничтожены.

Но ситуация ухудшалась с каждым днем, и Эовин, восьмидесятилетний старик, давно отошедший от дел, считал себя обязанным отдать последний долг погибшему королю. Любой ценой он должен был убедить Джессмин Д'Геррик вернуться в страну, где она родилась, и занять трон Ксенары. Только она могла примирить враждующие группировки, — но отпустит ли Гэйлон Рейссон свою жену? В брачном контракте были определенные пункты, дававшие посланнику кое-какие надежды.

Давным-давно Эовин видел молодую дочь Роффо во время переговоров с узурпатором Виннамира Люсьеном Д'Салэнгом. Тогда принцесса, обрученная с королем Люсьеном, казалась болезненной и вялой, совсем не похожей на главу государства. Более четырех веков в Ксенаре не било правящей королевы, и в последний раз такое правление принесло несчастья. Но это не имело значения. Если Джессмин или ее ребенок окажутся умственно или эмоционально неполноценными, Эовин окружит их мудрыми советниками. Дом Геррика, на котором держалась Ксенара, не должен погибнуть.

Эовин взглянул поверх костра, привлеченный звуками приятного женского смеха, доносившимися из ближайшей кибитки. Вдоль деревянной перегородки скользнула высокая тень, тяжелая шелковая занавесь приподнялась, выпустив наружу луч света.

— Эй, там! — сердито крикнул посланник. — Убирайся отсюда!

Занавесь упала, и он услышал торопливые шаги, удаляющиеся в темноту, туда, где паслись кони. Нельзя доверять этим проклятым солдатам, но, с другой стороны, искушение было велико. Кроме прочих подарков — богатых одежд, специй, изысканных яств, — посланник вез ко двору Виннамира трех молодых знатных женщин из ксенарского города Катай. Эовин надеялся, что грация и придворные манеры этих фрейлин напомнят королеве Джессмин о ее ксенарском наследстве и обязанностях перед погибшим отцом, королем Роффо.

Снова раздался смех, и дверь кибитки распахнулась. Девятнадцатилетняя Сандаал Д'Лелан, младшая из трех дам, переступила через высокий порог и осторожно ступила на землю. Ее тяжелый плащ зацепился за угол, и она потянула его, чтобы высвободиться. Эовин с любопытством наблюдал, как девушка молча ищет место возле огня. Ее тонкая рука держала небольшую круглобокую мандолину из позолоченного эбенового дерева.