Книга камней - Лэйна Джеймс

В полутьме под пологом ветвей процветала дикая природа. Белоголовые олени и лоси, белки, еноты и хорьки не обращали никакого внимания на присутствие человека, пока кибитки были в движении, и исчезали, только когда путники разбивали лагерь и солдаты отправлялись подстрелить к обеду какую-нибудь дичь. Разных птиц было столько, что не сосчитать, а однажды у самой дороги бесстрашно присел отдохнуть горный лев. Сандаал наполняла легкие сладким влажным воздухом и жалела, что близится прибытие в Сторожевой замок. На каждом привале она подолгу бродила в одиночестве по лесу, собирая ароматные лилии и лесные ирисы, — посланник был недоволен, но она ничего не страшилась в этих прекрасных диких землях.

Катина Д'Ял высунула в окошко белокурую голову и крикнула вознице:

— Мео, ты нарочно ищешь ямы, чтобы наехать на них? Как прикажешь нам одеваться, если мы даже не можем удержаться на ногах?

Возница проворчал что-то неразборчивое, как он делал всю дорогу, а Сандаал оглянулась. Румяна и помада на лице Катины были наложены явно нетвердой рукой. Юная леди Д'Лелан отвернулась, чтобы скрыть, как это ее позабавило. Она никогда не пользовалась косметикой и не носила модных юбок с их совершенно невыносимыми подкладками. Катине и Розе это тоже не было нужно, обеим могло хватить их естественной красоты.

Кибитка с грохотом провалилась в очередную яму, сначала одним колесом, потом другим. Послышались проклятия Розы, не подобающие благородной даме. Сандаал не обращала внимания на жалобы и неудобства, ее внимание было целиком поглощено путешествием, подходящим к концу. Они подъехали к развилке перед огромным массивным мостом, за которым лежал причудливый маленький городок с каменными, кирпичными и деревянными постройками. Сандаал услышала аромат жарящегося мяса, пирожных, хлеба и едва заметный запах отбросов.

Больше всего ее удивила тишина. Люди, лошади и повозки двигались вверх и вниз по главной улице, но не было ни криков, ни пестроты, ни кипучей суматохи ее родного Катая. Кибитка загрохотала по дощатому мосту, и приглушенное эхо отозвалось снизу от реки.

— Какой жалкий городишко, — сказала Роза у нее над ухом. — Надеюсь, долго мы тут не пробудем.

Она скрылась прежде, чем Сандаал успела ответить.

Казалось, все движение в Киптауне замерло, когда поезд проезжал по булыжной мостовой главной улицы. За ними следили любопытные глаза, и Сандаал изучала лица, старые и молодые. Лица были открытые и увлеченные. Как странно. Эти люди ничего не скрывали, но, возможно, им просто было нечего скрывать.

Напротив, девушка с юга не дала уличным зевакам увидеть в себе ничего, кроме надменной, сдержанной и холодной красоты. Ксенарцы рождались для тайн и интриг, для расчета и борьбы за власть. Некоторые зрители улыбались, а одна маленькая девочка, посмотрев на Сандаал, застенчиво помахала рукой. Сандаал только отвела глаза.

Город внезапно оборвался, и дорога стала подниматься вверх, лошади с трудом тащили повозки. Они проехали небольшой лесок и опять выбрались на равнину, с которой открывался вид на старинный беспорядочно выстроенный замок. Сандаал долго смотрела на камни, покрытые мхом и плесенью, и наконец позволила себе выказать нетерпение.

Солдаты остановились перед воротами конюшни, которые широко распахнул подошедший прислужник. Всадники спешились и отправились расседлывать лошадей, но кибитки были слишком велики и не проходили в ворота. Мео остановил свою упряжку за повозкой Великого посланника и ожидал распоряжений главного конюха.

В самый разгар неразберихи ко второй кибитке подъехал одинокий всадник. Серый в яблоках жеребец под ним явно нервничал, хотя рука всадника не натягивала поводья. На всаднике была кожаная одежда цвета ржавчины в тон коротко подстриженной рыжей бороде. Его короткие рыжеватые волосы были растрепаны, на красивом лице его заиграла теплая улыбка при виде Сандаал.

— Добрый день, леди.

За спиной Сандаал хихикали Роза и Катина, выглядывая из-за занавески.

Катина, старшая из девушек, смело ответила:

— И вам добрый день, сир.

— Добро пожаловать в Каслкип, — произнес мужчина, вежливо наклонив голову. Затем он развернул лошадь и рысью помчался к кибитке посланника.

— Как вы думаете, это лорд? — спросила Роза.

— Конечно, — отозвалась Катина. — Надо выяснить, женат ли он.

Глаза Сандаал округлились. Мео что-то проворчал и дернул поводья, чтобы проехать вперед. Они остановились перед самым въездом во двор замка, и слуги поспешили помочь им вылезти из кибитки и разгрузить вещи. Сандаал отказалась от какой бы то ни было помощи и сама понесла единственный узелок с одеждой и мандолину. Остальные сражались с непомерными сундуками сестер Д'Ял.

Рыжебородый человек передал свою лошадь мальчику-слуге и теперь был погружен в беседу с Великим посланником. Он снял перчатки, и на указательном пальце его правой руки сверкало тяжелое золотое кольцо. Внезапно Сандаал поняла, что этот лорд — не кто иной, как Гэйлон Рейссон, сам король-чародей Виннамира. Она почувствовала отвращение, когда оба собеседника, старый и молодой, повернулись и направились к женщинам.

— Ваше величество, — произнес посланник своим древним скрипучим голосом, — позвольте представить вам леди Катину и Розу Д'Ял и леди Сандаал Д'Лелан.

Сестры в синих и зеленых длинных юбках присели в глубоком реверансе, и король любезно поцеловал каждой руку. Но руку Сандаал он держал дольше прочих, вглядываясь карими глазами в лицо молодой южанки.

— Д'Лелан?.. — мягко переспросил король.

— Да, ваше величество, — ответила Сандаал притворно застенчиво; несмотря на близкое родство, от прикосновения пальцев короля к ее коже ей становилось не по себе.

— Вы, видимо, в родстве с Арлином Д'Леланом?

Опустив глаза, девушка благоразумно подавила приступ гнева, который вызвало произнесенное имя.

— Он был моим братом.

— Он был моим лучшим другом, — пробормотал Гэйлон Рейссон, — и я не встречал человека более смелого и честного. Мои соболезнования столько лет спустя — слабое утешение. Если я мог бы что-нибудь для вас сделать, достаточно попросить.

— Благодарю вас, милорд.

Сандаал в незамысловатой серой юбке присела в реверансе, а король с посланником направились к конюшням.

Гэйлон Рейссон мог сделать для нее только одно — умереть, и она готова была добиться этого любой ценой. Ничто другое не смогло бы облегчить боль и гнев последних семи лет. Одним ударом своего волшебного меча. Убийцы Королей, король Виннамира разрушил Занкос, столицу Ксенары. Сандаал потеряла все — мать, братьев, сестер, дядей и теток… и удачу рода Д'Лелан.