Что я сделал ради любви - Сьюзен Элизабет Филлипс

Все внимательно слушали, как он кратко описывает каждого героя. Просить Рори читать за Элен, вместо того чтобы взять роль себе, было невероятно тяжело, но это проект Брэма и честь должна принадлежать ему. Кроме того — хоть шанс на то, что ее план сработает, очень невелик, — если все удастся, Брэм будет у нее в большом долгу и она сделает все, чтобы он заплатил по счетам.

И все же она снова поставила на первый план проблемы мужа. Не свои.

Они начали читать, и очень быстро стало очевидно, что скрытые мотивы Джорджи не позволили правильно выбрать актеров на роли. Джейд не могла устоять против потребности добавить к характеру Марси тщательно подавляемый гнев, которого не было в сценарии, что превратило ее в более значительный персонаж, чем неестественная Элен в исполнении Рори или Натали, которую изображала Мег. Ланс в роли Кена практически подкручивал злодейские усики, а Лора была весьма неубедительна в роли пятилетнего ребенка. А вот Пол, игравший отца Дэнни, был поразительно хорош. Но не настолько, как Брэм, который обнажил характер своего героя до костей, так что каждый в этой комнате остро чувствовал безмолвные страдания человека, несправедливо обвиненного в одном из самых гнусных преступлений против общества, человека, упорно не желающего видеть, как по соседству творится то же самое преступление.

Они добрались до последней страницы. Дэнни Граймс и Натали стояли у могилы отца Дэнни.

Н а т а л и. Дождь прекратился. Кажется, день будет ясным.

Д э н н и (берет Натали за руку). Самый подходящий день для того, чтобы построить дом на дереве. Давай начнем прямо сейчас.

В комнате воцарилось молчание. Потом все, один за другим, стали закрывать сценарии.

Брэм глазами отыскал Джорджи, и она вдруг ощутила, как губы растягиваются в медленной улыбке. Играл он блестяще: сдержанно, отчаянно, вдохновенно, что было абсолютно неожиданным сюрпризом. Для всех. Опять она недооценила его!

Первой заговорила Мег:

— Черт побери, Брэм, кто-нибудь еще знает, что ты хороший актер?

Лора шумно высморкалась.

— Сукин сын!

Она посмотрела в сторону Пола — тот сидел, уставившись в пространство.

— Хорошая работа, Брэм, — вставил Ланс. — Немного однообразно, но для первого чтения совсем неплохо…

— А я считаю, что это блестяще, — перебила Джейд. — Вы зря растрачиваете талант на дешевые роли!

— Верно, — тут же поддакнул Ланс. — Действительно интересная игра.

Джорджи покачала головой. Брэм и ее отец были правы: Ланс — нечто вроде огромного брикета соевого творога тофу. Своего вкуса у него нет, и он принимает вкус того, что лежит рядом.

Лора по-прежнему смотрела на Пола. Тот встал и вышел из комнаты. Джорджи боялась взглянуть на Рори, пока не услышала долгий усталый вздох:

— Ладно, Брэм. Я изменяю своим принципам, но давайте найдем тихое местечко и поговорим.

Джорджи взвыла от восторга. Однако Брэм, если не считать едва заметной улыбки, не выказал ничего, кроме ленивой самоуверенности.

— Разумеется. Мы можем потолковать в моем офисе.

— Так-так, — заметила Джейд, когда Рори и Брэм исчезли из вида.

— Ну и ну, — вторила Мег, вскакивая с ковра. — Мне не терпится рассказать об этом маме!

Ланс побарабанил пальцами по бедру, как всегда, когда был недоволен. Чаз, которая все это время явно подслушивала, вышла из кухни и спросила, кто хочет еще кофе. Но Джорджи хотела одного — прыгать и танцевать от радости.

Гости разошлись по спальням. Джорджи, лопаясь от любопытства, поднялась наверх. Поскорее бы узнать, чем кончился разговор Брэма и Рори!

Она не знала, чем заняться. Попыталась читать, но не смогла. И почему-то вспомнила о бывшем муже. С той минуты, как они стали встречаться, и до конца их брака она позволяла любви к нему определять свой статус: сначала девушка Ланса Маркса, потом жена Ланса Маркса и, наконец, безжалостно брошенная, бывшая жена Ланса Маркса. Позволяла себе стать духовной рабыней знаменитой, талантливой, неверной, но не слишком подлой… глыбы тофу.

Ворвавшийся в комнату Брэм одним прыжком нырнул в постель, откинул одеяла и стал целовать Джорджи, пока у той голова не пошла кругом.

— Насколько я поняла, — выдохнула она, — ты демонстрируешь свою благодарность?

— Так и есть.

Брэм широко улыбнулся и погладил ее по щеке.

— Спасибо, Джорджина. От всего сердца, — пробормотал он и, сунув руку под ее топ, ущипнул за сосок. — Но больше никогда так не делай, не посоветовавшись со мной. Со мной едва инфаркт не случился!

Она решила, что не поздно услышать подробности встречи утром, и выгнулась, упираясь грудью в его ладонь.

— Не за что. А теперь покажи всю меру своей благодарности.

Он так и сделал.

* * *

Наутро Брэм просто светился. Джорджи впервые видела его таким счастливым. Глаза сверкали, резкие линии рта смягчились. Рори согласилась ставить «Дом на дереве» в «Сиракка продакшнс», филиале «Вортекс», выпускавший малобюджетные, так называемые независимые фильмы. Брэм наконец добился своего. Джорджи ощутила укол зависти. Сама она испытывала куда больше подлинного вдохновения, снимая Чаз, чем когда работала в очередной картине. И тут она вспомнила про роль Элен.

Днем департамент здравоохранения отменил карантин, после того как анализы показали в крови секретарей Джейд наличие вирусной инфекции, но не атипичной пневмонии. Обе женщины, хоть и были еще слабы, явно шли на поправку.

К тому времени как все собрались уезжать, над домом кружили три вертолета, а ворота осадили фотографы. Рори выскользнула через заднюю калитку, но остальным пришлось ждать, пока приедет полиция и расчистит дорогу.

Теперь, когда мечты Брэма вот-вот должны были осуществиться, Джорджи предстояло сделать следующий шаг к достижению своих целей. Она отправилась на поиски Лоры. Едва та вышла из гостевого домика, как Джорджи зашагала ей навстречу. Тонкие, невесомые, как у ребенка, волосы Лоры беспорядочно колыхались, время от времени скрывая мягкую прелесть ее лица. Она казалась слишком слабой для такой работы. Агент должен быть твердым орешком. Ну какой из Лоры твердый орешек?

Джорджи облизнула губы.

— Я прошу вас отменить завтрашнюю встречу с Ричем Гринбергом.

Лора замерла на месте. В карих глазах заплескалась тревога.

— Джорджи, я не могу это сделать. Вы не представляете, сколько мне пришлось потрудиться, чтобы организовать эту встречу! Вас даже не было на экранах радара Рича, пока я с ним не поговорила. Но теперь он серьезно подумывает о вас.

— Я все понимаю, но вы не потрудились сначала потолковать со мной. Я не стану сниматься в этом фильме.