Гостиница Четыре стихии - Ольга Золотухина

- Маб! - крикнул Хасан и привычно выставил руки. Бесформенный ком в ореоле смятых крыльев рухнул вниз. Молодой колдун склонился над фигурой, убрал назад жидкие пряди и вгляделся в осунувшееся лицо.

- Всегда бы так, а? Брык - и в обморок! - Хасан одарил Моргана-джан взглядом укора. В настоящий момент в их тандеме молодой колдун больше претендовал на роль взрослого. - О-опс! Какая злая тучка... - господин корабля отмахнулся от надвигающейся черноты, но та и не подумала повиноваться. Морган-джан удивлённо кашлянул и с сомнением посмотрел на руку, будто она ему не принадлежала.

- Глаз раскырой, да! Это могучий птыц! Э, многа могучий птыц! Как сверкает глаз-алмаз, да-а!

- Фурии! - Хасан выхватил ятаган и очертил им широкий круг над головой. Морган-джан тактично пригнулся.

Небеса ответили своим круговоротом: птицы-тучи зависли высоко над ковром и вытянулись воронкой, заманивая в бесконечную пляску. Небо раскрасилось всеми

цветами радуги, они расползались зыбкими слоями от горизонта до горизонта.

146

Раздался требовательный визгливый крик, так что баньши подбросило в воздух. Маб оттолкнула протянутую Хасаном руку, высоко подняла голову и издала ответный крик. Чёрные, без зрачков, глаза неотрывно следили за центром круговорота.

- Да будут мою ласточку преследовать сотни штормов, если это не баньши! Надеюсь, в комплекте с одной рабыней не идёт весь её клан? Я знаю одного любителя экзотики, который скупит у тебя всю партию оптом...

Маб резко откинулась назад, из её груди вырвался хриплый стон. Малик выглянул из-за пазухи хозяина, не удовлетворился увиденным и юркнул обратно. Хасан беспечно выпустил из руки ятаган и приник к баньши.

- Кажется, дышит... - признался он неуверенно. Морган-джан усмехнулся. - Э-э, я ведь не лекарь, да! Ай-яй! - молодой колдун отдёрнул ладони от лица баньши, точно обжёгся, и с шипением затряс кистями. Баньши внезапно широко раскрыла глаза и заговорила чужим голосом:

- Кто вы и зачем явились к таинственному острову?..

- Заповедная зона, что ли? У меня есть лицензия на браконьерство! В Аграбе чего только нельзя купить...

- Ай-яй, зачем так сразу жаришь, да! - протянул Хасан. - Нить нашего пути так петляет, что распутать клубок под силу лишь мудрости Мирового Древа! Позволь только встать в тени у колодца его знаний, и мы будем одарены на долгие века, похожие на звёздные глубины!

- В нашей власти не позволять, а обрекать. Обрекать на смерть. Что ты можешь предложить нам взамен погребального плача?

- Презренная! Ни одна женщина не смеет просить с меня плату! Пошла прочь, ты и твои подруги, пока я не пустил тебя как курицу в ощип! Вот моя плата! - Хасан в ярости резко выкинул вверх сжатый кулак и с силой раскрыл его. Серая туча словно накрылась плюшевым чёрным одеялом. - И имя ей - твоя ничтожная жизнь!

- Глупый мальчишка! Как ты обращаешься с баньши! Одна из нас рядом с то... А-а-ааааа!!

Шаль надвигающейся бури гостеприимно распахнула сомкнутые концы и плюнула в стаю баньши молнией. Связь с демонами прервалась, и Маб очнулась от забытья. В огромных глазах показалась привычная влага, рабыня хватала ртом воздух, точно поднялась из морской пучины в мир людей.

- Диплома-а-ат, - протянул Морган-джан, глядя на Хасана не без уважения. - Будешь у меня на ласточке числиться штатным парламентёром. А то лепрекон вечно ворует, якорь ему в глотку, тролль отбирает то, что наворовал лепрекон, а я как капитан корабля снимаю сливки. Тут не до переговоров...

Молодой колдун пристально вгляделся в мечущуюся стаю стражниц Мирового Древа и взмахнул рукой вниз, в сторону и вверх. Чёрное покрывало потянулось к морю вязаным чулком, сомкнулось, полностью затянув серую стаю. Раздался ужасающий крик толпы взбешённых женщин, сквозь хрупкие, но надёжные стены темницы без конца проявлялись крылья, руки, ступни. Стражницы не желали мириться с проигрышем и грозили вот-вот вырваться наружу.

- Ай-яй, - снова пробормотал насупившийся Хасан. - Несметна сокровищница моих знаний, но ключи не ото всех сундуков висят у меня на связке.

- Иными словами, долго ты их не удержишь, - усмехнулся Морган-джан. Малик выбрался на плечо хозяина, огляделся и прыгнул на руки Маб. Баньши взвизгнула и от души дёрнула макаку за хвост. - Без паники, тысяча морских чертей, - успеем! Лево

147

руля! - господин корабля вцепился в кисточку волшебного ковра и потянул её в сторону. Чуткий магический летун послушно завис практически вертикально и по наклонной начал снижение к острову. Морган-джан осознал ошибку с манёвренностью ковра слишком поздно. Пассажиры волшебного летуна как один повисли на одной из его сторон, благо, ткали в Бейруте на славу, иначе от ковра вмиг осталось бы несколько разновеликих рваных полос.

- Нэ так бистро, э! Минэ укачиваит!

- Если не существует воздушной болезни, то пора её придумать, - Морган-джан позеленел, но угол ковра не выпустил, слегка выправил полёт и почувствовал себя куда увереннее. Малик, повисший на шее Маб, переглянулся с баньши и сильнее сжал захват.

- Э-э, я на себе чувствую, как презренные демоны прорывают ловушку! Если бы

-- сразу вызвал Стража...

- Действуй, юнга! Давай глубже сядем на мель перед корявой физиономией Мирового мудреца!

- Баньши не могли отпустить нас так просто, - с отсутствующим видом заговорила Маб. - Они напоют нам смерть, и тогда, мальчик, я не смогу защитить тебя, как тогда, от злой крылатой женщины.

- А не страшно! Забыла, детка, какое представление устроила на борту моей ласточки? Я - нет!

- О, прошу тебя, морской человек, не сравнивай! Я слишком молода, чтобы мои песни скоро сбыва-а-ались!

- Ещё одна твоя истерика - и сбудутся. Только для тебя самой... Юнга, сто футов под килем, не мог добавить свою птичку к прочей стае?!.. Внимание! Готовить якорь для швартовки! Юнга, за провоз зверинца на борту платишь ты! - Морган-джан понятия не имел, каким образом заставить ковёр остановиться и пустил дело на самотёк. Мировое Древо приблизилось на расстояние вытянутой руки, магический летун догадливо нырнул под ветви. Однако вместо ожидаемого открытого пространства на мощной корневой системе обзор путешественникам закрыла бесконечная зелень. Ковёр сотряс мощный удар, летун безжизненно свернулся конвертом и, кувыркаясь, отлетел от острова на несколько локтей. Путешественникам грозило неминуемое падение в морскую пучину.

Из образовавшей суматохи показалась сжатая в кулак мужская рука. Повторяя движение, взволновалась морская гладь, вырос над ней туго закрученный столб, его пенная верхушка точно в колыбель бережно приняла ценный свёрток. Морган-джан возник по пояс из белых брызг, похожий на воинственного бога или на могущего царя Тритона. Ковёр быстрокрылым корабликом возвращался обратно к острову.