Чистилище - Сергей Александрович Ким

назад это было одной из главных светских новостей, — усмехнулся Генрих. — Пол-Пакта судачило о том, что герцог решил жениться на простолюдинке Дагмар Шмидт.

— И где она сейчас?

— А я могу полюбопытствовать, отчего такой интерес?

— Можешь.

— Так и отчего же?

— Потому что надо, — усмехнулся я.

— Исчерпывающе, — изрёк Рейсс. — Ну, насколько знаю, она тоже служит в армии, но подробнее…

Ну, в принципе, большего я и не ожидал. Но сейчас Дагмар, видать, ещё не озаботилась уничтожением своего прошлого, так что в Пакте о ней более-менее помнят. Однако неплохо же она так поднялась в будущем, а? Из простолюдинок — в герцогини, фельдмаршалы Пакта и тайные советницы Императора…

— Ладно, и на том спасибо.

— Я тут, кстати, обнаружил тренировочный зал, — произнёс Генрих. — Нет желания убить время до ужина? А то как-то больно скучно здесь…

— А это вас случайно не заинтересует, виконт? — Эльмира ткнула пальцем в явно зарождающуюся ссору.

Ну, как — ссору? Просто какой-то высокий русоволосый парень, что-то выговаривал на повышенных тонах уже знакомой нам принцессе Ольге, которая стояла с растерянным и даже несчастным видом.

— Мне не слишком интересны семейные разборки, — слегка поморщился Рейсс.

— Семейные? — спросила Вилли.

— Это чё за хмырь вообще? — нахмурилась Хильда. — Может, ему всечь?

— Это Вышеслав Гедеминович, граф Кольненский, — произнесла подошедшая к нам Эйла, пальцем поправляя очки. — Не думаю, что ссориться с наследником Мазовецкого герцогства — хорошая идея.

— А чего он к принцессе пристал?

— Он её жених, — объяснил Генрих. — Вы откуда вообще выползли-то, друзья? Пару лет назад помолвку наследников Волыни и Мазовии много обсуждали. Это, знаете ли, может серьёзно изменить весь расклад в западном краю…

— Бедняжка, — вздохнула Эльмира.

— Граф? — удивилась Мина. — А чего это он бедняжка?

— Не он — принцесса, — Юсупова прикрыла растопыренными пальцами руки правый глаз. — Чего хочет человек, у которого не осталось ничего и никого? Чтобы его хоть кто-то любил, чтобы он хоть кому-то был нужен. А если таких людей нет? Ужасно. Она не просила об этой судьбе, но что она может сделать?

— Ты о чём вообще? — спросил я.

— М? — девушка сменила позу с нарочито-пафосной на нормальную и вопросительно посмотрела на меня, закидывая в рот последний орешек. — Понятия не имею.

— Ты пророк? — поинтересовался Рейсс.

— А было бы неплохо, да, забытый принц? — неестественно улыбнулась Эльмира.

Странная фраза, но Генрих от неё натурально оцепенел.

— Не думаю, что это способности пророка, — заметила Валконен.

— А ты что о них вообще знаешь? — фыркнула Хильда. — Мы вот ничего толкового не находили, хотя у нас есть записи почти за тысячу лет…

— Я знаю лишь только то, что пророка никто не отпустил бы в Академию, — невозмутимо ответила Эйла. — Слишком уж они ценны.

Юсупова чихнула и почесала нос.

— Прошу прощения, — произнесла она. — И да — я не пророк. Ведь пророки видят будущее, а я просто вижу… ну… всякое. Но у меня хороший стихийный Дар — Громовая птица.

Вилли присвистнула.

— У тебя правда получается призвать телесного элементаля? — даже Хильда заинтересовалась.

— Ага, — кивнула Эльмира. — Я с четырнадцати лет в княжеской дружине была, но в учениках, конечно. Его светлость мне обучение и оплатил, и после обучения обещал взять на службу.

— Ты уж не обижайся, но воин из тебя… — кисло произнесла блондинка.

— Так мне ж в рукопашную не ходить, — пожала плечами Юсупова. — Я могу послать Хугина и Мунина на сто саженей.

— Ты можешь… — восхитилась Мина.

— Ну ладно, ладно, не на сто — только на девяносто, но это некруглое число, мне оно не нравится.

— Нет, я о том, что ты можешь контролировать сразу двух элементалей!

— А. Ну да, могу.

— Круть.

— Солидно, — Хильда тоже одобрила. — А по виду и не скажешь… Эй, виконт! А у тебя что за…

Но Рейсса опять след простыл.

— Меня одну раздражает эта вот его манера незаметно появляться и незаметно исчезать? — задала в общем-то риторический вопрос сестра.

А я тем временем всё продолжал наблюдать за ссорой Ольги и её жениха. И выглядело это и правда как-то… неприятно. Принцесса ему что-то спокойно и негромко говорила, а вот граф всё время кривился и довольно резко что-то высказывал.

Соблазн подслушать при помощи магии был велик, но такое могли бы и засечь, и вполне резонно поинтересоваться — а не охренел ли я греть уши на чужих разговорах, явно носящих личный характер.

Впрочем, затем разговор всё-таки кончился, и мазовский наследник зашагал к ожидающей его свите, состоящей из полудюжины парней и одной девушки, с которой он сразу же и заговорил.

Я чуть прищурился, приглядываясь к ней повнимательнее.

Русые волосы, большие карие глаза. Невысокая, хрупкая. Одета бедненько — кабы даже не беднее нас, потому как мы так и ходили в форменных мундирах, а на девушке было неброское коричневое платье и белая блузка.

Граф немного поговорил с ней, перебросился парой слов с парнями, и они все вместе зашагали прочь. Ольга же некоторое время простояла в одиночестве, а затем и к ней подтянулась свита.

— Мне одной кажется, что гулять под ручку с другой девчонкой, когда у тебя есть невеста — это свинство? — теперь и Вилли задала риторический вопрос.

— В точку, сестрёнка, — Хильда ударила кулаком руки в ладонь левой. — Я ж говорила — надо бы ему всечь как-нибудь!

— Он наследник одного из великих княжеств, — напомнила Эйла.

— И что он мне сделает? Сошлёт куда-нибудь?

— Моё дело — предупредить, — пожала плечами Валконен.

— А ты знаешь, кто это с ним был? — спросил я.

— Всех назвать? — уточнила девушка.

— А ты можешь?

— Могу.

— Здорово, — восхитилась Вилли. — И как ты только всех запоминаешь?

— У меня просто хорошая память.

— Меня интересует только девушка, — я задумчиво побарабанил пальцами по месту, где обычно торчала рукоять револьвера. Увы, но сюда нам строго-настрого запретили приносить любое оружие — даже перочинные ножи.

— Это Мария Эглитис, — сообщила Валконен. — В некотором роде — весьма известная личность. Сирота, простолюдинка, родом из Ливонии. Но проявила настолько мощный дар целительства, что прослыла среди народа святой, а здесь она по приглашению самой Академии. Одна из немногих, кто получил грант на обучение.

— С виду, конечно, милашка, — задумчиво покивала Вилли.

— На лицо прекрасная — чёрная внутри, — пропела Эльмира. — На лицо прекрасная — чёрная внутри.

Что-то подсказывает мне — стоит к этому любовному треугольнику присмотреться… Не с этого ли началось падение Ольги Романович в бездну безумия? А если наследница Волыни будет в здравом уме, то и кризиса престолонаследия можно будет избежать…

А значит Пакту придётся выбирать новый предлог для вмешательства в дела русских княжеств.