Боец - С. Массери

Я веду Кору к двери, стараясь сохранять спокойствие, но мне сложно это сделать, чувствуя, как на меня обрушивается реальность происходящего. Уже не в первый раз в наш дом вломились неизвестные.

Джейс ловит мой взгляд и кивает, понимая, что за вопросы крутятся в моей голове. Я чувствую, что мы с ним снова на одной волне. Хотя отстранялись друг от друга только из-за Коры. А в остальном мы по-прежнему едины.

Мы направляемся по коридору к комнате Аполлона. Джейс открывает ее без стука и останавливается на пороге.

Аполлон крепко спит.

Ублюдок!

– Ты что, смеешься надо мной? – Я отстраняюсь от Коры, чтобы подойти и встряхнуть этого мерзавца.

Обычно мы спим чутко, и я не понимаю, как он мог проспать и не заметить, как кто-то проник в наш дом и подложил в кровать Коры гребаную змею. Это неприемлемо, и я почти готов надрать ему зад.

Но Аполлон не просыпается, когда я трясу его за плечи.

– Аполлон? Проснись, приятель! – говорю я, тряся его еще сильнее, но он снова не реагирует.

– Вульф! – Кора подходит ко мне и кладет руку на плечо, а я сначала замираю, а затем хватаю Аполлона за руку.

Он теплый и дышит. Тогда какого хрена он не просыпается?

Кора обходит меня со спины и поднимает стакан, стоящий на столике у кровати. Я бы предположил, что в стакан налита вода, но под таким углом, как держит стакан Кора, ясно видно, что воду покрывает тончайший слой чего-то маслянистого.

Понюхав воду, Кора пожимает плечами.

– Я не эксперт по наркотикам, но с водой явно что-то не так.

– Ты хочешь сказать, что кто-то что-то сделал с водой? – Джейс оглядывается вокруг. – Водой, которую Аполлон налил себе из-под крана?

– Он мог взять стакан с уже налитой в него водой, – предполагает Кора.

Больше никого не слушая, Джейс разворачивается и выходит за дверь, оставляя нас в комнате Аполлона. Я уже подумываю пойти за ним, просто чтобы посмотреть, что он собрался проверять, как внизу раздается грохот. Внезапно Кора со скоростью пули выбегает за дверь, а я смотрю на Аполлона, беспомощно застонав. Я собирался заставить ее ждать нас здесь и присматривать за находящейся без сознания задницей Аполлона. Ведь судя по тому, что ему удалось пережить последние несколько часов одиночества, уверен, с ним все будет в порядке.

Я качаю головой и похлопываю его по плечу.

– С тобой все будет в порядке, приятель, – заверяю я его и выхожу из комнаты.

Я захожу на кухню как раз в тот момент, когда Кора и Джейс заканчивают доставать стаканы, имеющиеся в доме, и расставлять их на кухонном острове.

– Все, – хрипло выдавливает Джейс.

– Что?

– На всех стаканах есть тот осадок. – Он протягивает мне первый попавшийся стакан, который я подношу к свету.

Конечно, осадок на нем едва заметен, но он есть. И он вряд ли бы привлек наше внимание, если бы мы сильно хотели пить.

Джейс встречается со мной взглядом, и я знаю, о чем он думает. О том же, о чем и я. На этот раз нам придется вызвать подкрепление. Естественно, не шерифа, потому что этому ублюдку я бы не доверил даже войти в мой дом. А команду, которая прочешет это место снизу доверху.

Но полученное послание предельно ясно. Здесь больше не безопасно. А это означает, что мы должны отправить Кору туда, где ее смогут защитить, потому что здесь мы этого сделать явно не можем.

Черт! Черт! Черт!

Глава 29. Кора

Я сижу на полу в холле, окруженная своими сумками. Мой телефон лежит слева от меня, дразня темным экраном. Несколько минут назад приехал врач, и ребята поднялись вместе с ним наверх, чтобы проверить состояние Аполлона.

То, что змеи пугают меня, можно было понять по моей реакции на змеиные маски на Олимпе. Но я не думаю, что моя реакция была настолько явной, что ее можно было бы использовать против меня. Тогда что это? Меня назвали змеей? Или хотят сказать, что рядом со мной находится змея? Это предупреждение об Олимпе? О парнях? Вокруг меня слишком много загадок, а учитывая то, через что я прошла за последние несколько месяцев, у меня уже голова идет кругом. Возможно, мне стоит взять пример с моего отца и самой провести расследование, чтобы разобраться в этом дерьме?

Вздохнув, я беру телефон в руки и открываю заметки.

«Странная чертовщина» – печатаю я.

Первым и самым главным инцидентом было то, что я стала свидетельницей того, как Аполлон ударил кого-то ножом. Я уверена, что это была одна из тех работенок, которые они выполняли для Цербера, а это означает, что тот парень был Адской гончей. Хотя кем именно он был и куда ребята дели его тело, мне неизвестно. И скорее всего, это даже неважно.

Вторым пунктом стало то, что у меня отобрали стипендию и работу. Это дело рук Джейса. Хотя познакомившись с ним ближе, я поняла, что ему не надо было дергать за столько ниточек, чтобы убедить меня покинуть Стерлинг Фолс.

После этого я связалась с Кроносом и меня вновь нашли ребята.

Затем взорвали мотоцикл Аполлона и я познакомилась с шерифом. Тогда мы свалили взрыв на Кроноса, но со временем я узнала, что ублюдок очень любит хвастаться своими проделками, а об этом инциденте он молчал. Кроме того, зачем ему было убивать меня, если на тот момент я стоила кучу денег?

Потирая лоб, я продолжаю печатать:

«Взрыв мотоцикла???»

Что, черт возьми, было дальше? Ах, да! Фотография. И одежда, в которой я была на ней. Фотография кажется мне более важным аспектом, потому что наряд мог появиться откуда угодно. Я не знаю, что ребята сделали с этой фотографией после, но, твою ж мать, тому, кто принес ее, удалось пройти через ворота и выключить сигналы тревоги. Я не помню, стояли ли тогда камеры на пороге дома, но, кажется, они там появились позже. Вполне возможно, что тот, кто был причастен к инциденту с фотографией, причастен также и к недавнему инциденту со змеей.

Я записываю это разумное, по моему мнению, предположение.

Тот, кто сделал этот снимок, точно должен был присутствовать на Олимпе и иметь навыки фотошопа. Или знать того, кто ими владеет.

В новой строке я пишу лишь одно слово: «шериф».

Потому что вокруг его персоны крутится слишком много вопросов. На чьей он стороне? Чего он хочет? Сначала он пытается пронести в