Поздний гость. Стихотворения и поэмы - Владимир Корвин-Пиотровский

Марцио

В конце концов, скитанья и войнаСпособны закалить нам нравы. ЖалостьСолдату не к лицу, и часто гибельСкрывается под маской состраданья.Я сердцем груб. Ни женщины, ни детиНе властны возмутить мне душу. СлезыМне кажутся притворством, смех — обманом,А крик и стон — докучной бранью.

Олимпио

Вы —Злодей.

Марцио

Охотно допускаю.

Олимпио

Варвар,Бегущий, как чумы, любви красавиц.

Марцио

Но вот недавно, в первый раз, быть можетЯ испытал случайное волненьеНад трупом Гвидо —

Олимпио

Бедный малый. РокНад ним изрядно посмеялся. Но —Мы лишь кинжал, — не так ли вы сказали?В карающей руке. Вина не наша.

Марцио

Быть может, так.

Олимпио

Я твердо убежденВ непогрешимости моих суждений,И оттого — не знаю снисхождений.Но вы не в духе, мрачный мой философ?

Марцио

Мне неприятен монсиньор Гуэрра,Зачем вы с ним?

Олимпио

Я знаю кавалера,Он исполнителен и точен. ПапаУже готов его отметить шляпой.

Марцио

Его все дамы прочат в кардиналы,Вы с ними заодно.

Олимпио

И потомуБез колебаний уступил емуОтвагу нашу, опыт и кинжалы.Он, несомненно, делает карьеру,Я рад служить такому кавалеру.

Марцио

Как вам сказать — Но он проговорился,Что женщина замешана в игру, —Подобная примета не к добру.Я не люблю бессильного коварстваПод маской бешенства. Мне неприятнаИ мысль одна, что слабая рука,Которой в тягость даже украшенья, —Дерзает подымать клинок.Убийство —Удел души суровой, но отважной.Оно подобно пламени: железоВ нем закаляется; могучий дубПылает яростным огнем, солома —Мгновенно истлевает в пепел.Кровь —Привычна мне. Я холодно смотрелНа эти сгустки дымные смолы,Неизъяснимо вязкие на ощупь,Но никогда не разбавлял их медомИль розовой водой. Мне нестерпимыДухи красавицы, к которым гнусноПодмешан трупный запах разложенья.

Олимпио

Не возражайте! Вы — Савонаролла,Иль циник, иль отъявленный прозаик, —А женщина — сонет.

Марцио

Стихи лукавы.В них темный смысл всегда запрятан где-то.Все рифмы лгут.

Олимпио

И правда — ложь поэта.Но будем пить, Фалернское на славу.

СЦЕНА 7

Франческо

Да, да. Такие случаи нередки.Сегодня жив, а поутру — глядишь,Холодный труп бессмысленной улыбкойПриветствует наследника. ПричиныВнезапной смерти лекари не ищут.Зачем? Покойник нем, а узел жизниУже развязан щедрою рукой,И всё в порядке. Словом — неизменноПричина в несварении желудка.Поди-ка, докажи, что за обедомИль ужином бесцветным порошкомДля вкуса сдобрили навар куриныйИли в стакан пустили капли двеНевинного, но крепкого настоя.К примеру, вот вино.(Подымает стакан на свет)Прекрасный цвет,Отличный вкус и запах. Чистой кровиОно подобно. Нежные рубины,Расплавленные в тонком хрустале,Не более ласкают глаз, чем этаЧарующая влага. Между тем,Что стоит повару или лакею,В отместку за удар ничтожный тростью,В гробнице этой, тесной и прозрачной,Которую, шутя, зовут бокалом, —Седую вечность запереть и смертиВручить холодные ключи? Ужасно —(Лукреции)Поверите ль, синьора? Я не смеюВам предложить из этого бокала.

Лукреция

Я не боюсь.(Пробует его вино)Напиток превосходен.

Франческо

О, смелость женская! Вы так бесстрашноОтведали возможного забвенья,Что справедливость требует и мнеПреодолеть сомненья. Беатриче,Твое здоровье!

(Пристально смотрит на нее)

Беатриче

Яд не обнаружен?Иль очередь моя теперь отведать?

Франческо

Не смейтесь, дочь моя. ПредосторожностьМне свойственна давно, но с ней и вераВ природу добродетели.(Пьет)Конечно,Вам взгляды ваши строго запретятОпасный опыт с жизнью материнской,Вы так благочестивы — Я всегдаГотов признать за вами целый ворохПрекрасных качеств, в частности — любовьК достойной мачехе. Отец не в счет —Я мнителен, что делать? Но — увы,Наш век распутный рабски перенялОбычаи всех варваров. НередкоПри помощи щепотки тонкой ядуБлижайший родственник готов услатьНас в лучший мир, откуда нет возврата.Печальные последствия разврата —Я не педант, но твердо убежден,Что каждая жена, без исключенья,Испытывает легкое влеченьеК нелепым шалостям; а шалость женПорой не лучше худших из пороков.Я говорю, конечно, без намеков.Мой долг — беречь от шалостей жену,И особливо — отходя ко сну.(Встает)Почтение синьорам. Райский сонУже готов смежить мои ресницы;Святым и грешникам отлично спится,А я, к тому же, будто утомлен.

(Уходит)

Беатриче

Ты слишком весел. Что же, веселись,Шути со смертью, может быть, онаОхотнее приходит к шутникам.

Лукреция

Ты подмешала?

Беатриче

Сонный порошок,Тебе он повредить не может.

Лукреция

ГубыЯ лишь слегка смочила, но дремотаМеня томит —

Беатриче

Одно волненье.

Лукреция

СтрахСжимает сердце, ледяная дрожьПронизывает члены — Я готоваКричать от ужаса.

Беатриче

Молчи, ни слова.Пойду, послушаю.

Лукреция

О, Беатриче,Лишь эту ночь, единственную ночьОставь ему! Быть может, будет чудо.

Беатриче

Ты малодушна.

Лукреция

Я несчастна. КаменьИ тот бы содрогнулся, Беатриче.

Беатриче

Мы счастливы. Мучительные срокиИсполнились. Душа, как нищий странник,Блуждала слишком долго, и невмочьЕй продолжать ужасные блужданья,Пусть эта ночь несет одни страданья, —Я счастлива. Благословенна ночь.(Уходит)

Лукреция

Он так смотрел сегодня, будто знал,Что смерть к нему уже подкралась — О,Я не забуду этих глаз! НасмешкаИ ужас в них боролись исступленно.

Беатриче (входит)

Как быстро он уснул. Пора дать знак.(Ставит свечу на подоконник)Гляди, свеча горит светлей и ярче,Воск растопился. Желтая кораЗастыла на руке. Как грозный факел,Отчаянья и гибели сигналь,Она дорогу помощи осветит.

(Молчание)