Хаос и порядок. Прыжок в безумие - Стивен Дональдсон

И, все же, почему он помог Морн? С одной стороны, его поведение можно объяснить неприязнью к Нику. С другой стороны, к тому моменту Сиб уже некоторое время прослужил на борту «Мечты капитана» и, по-видимому, успел попасть под чары пресловутой «непогрешимости» Саккорсо. Почему же Сиб ему изменил? Тогда, в каюте, Сиб сказал Морн: «С тех пор как я на корабле, я делаю такое, отчего меня воротит. По ночам меня преследуют кошмары. Но теперь он занялся продажей людей Амниону. Я видел их, Морн. Эти мутагены – зло».

Так что же он видел?

– А где все остальные? – как бы невзначай поинтересовалась Морн в надежде разговорить Сиба.

Макерн, казалось, только этого и ждал, так ему хотелось поделиться своими мрачными предчувствиями.

– Ник у себя в каюте, – ответил он. – Наверное, спит или сидит, уставившись в стенку и ухмыляясь. – Сиба передернуло. – Если он вздумает покинуть каюту, то обязательно пройдет через камбуз. Вот я и решил пока перекусить.

Сиб замолчал, словно его занимал только вопрос о Нике, но когда Морн и Дэйвис подняли на него глаза, он продолжал:

– Вектор все еще работает, забыв о пище и сне. Иногда изумляешься, как он переносит боль в суставах при перегрузках. Наверное, в невесомости в нем остается больше энергии… Мика и Сиро, наверное, у себя в каюте. Я не видел их с тех пор, как Энгус отослал Мику с мостика.

Дэйвис нахмурился. Сделав глоток из фляги и откашлявшись, он сказал:

– Нам с Морн нужны свежие идеи. Как ты думаешь, что происходит с Энгусом?

Сиб беспомощно пожал плечами. По всей видимости, с тех пор, как он стал оператором системы внешнего обеспечения на «Мечте капитана», он перестал еще чем-либо интересоваться. Тем не менее Макерн не мог молчать.

– Энгус и Ник – заклятые враги, они ненавидят друг друга – Голос Сиба зашелся от страха. – Но их ненависть особого свойства. Они скорее станут союзниками, чем примкнут к третьей стороне.

Морн покачала головой. У нее создалось впечатление, что ненависть Энгуса не имеет конкретной направленности. Она настолько всеобъемлюща, что даже не делает различия между пиратами и полицейскими. Время от времени кто-то, конечно, попадает под ее жернова… Как бы то ни было, Морн не могла себе представить, чтобы Энгус забыл, а тем более простил, предательство Ника. К сожалению, могли быть и другие объяснения…

Почему Энгус здесь, на борту полицейского корабля, окруженный людьми, которые ему не нужны? И почему он поддержал мысль найти подпольную лабораторию? Потому что он связан с Хэши Лебуолом. По крайней мере, он так сказал или дал понять. Чтобы спасти свою жизнь, он согласился провести диверсию против «Купюры». Или ради того, чтобы спасти Морн? Или Ника?

Ник – агент Бюро по сбору информации и работает на Лебуола. Получил ли Энгус дополнительные секретные распоряжения, согласно которым он должен объединиться с Ником для выполнения какого-то другого задания?

Морн вдруг стало жарко. По спине потек пот.

– Мы в беде, – вдруг сказала она. – Мы в большой беде.

Дэйвис в удивлении открыл рот, но промолчал. Что касается Сиба, то слова Морн странным образом нашли отклик в его переполненной страхом душе.

– Знаю, – согласился он. – Но мне кажется, дело не в поведении Энгуса. Дело в Нике. Он не изменился. Он по-прежнему… – Сиб поперхнулся. – Он по-прежнему хочет нас всех продать. Подвернулся бы только случай.

Резким движением руки Морн предупредила возможные возражения Дэйвиса, заставив его сохранять молчание. Воспоминания Морн были черной дырой, грозящей ее засосать. Она хотела услышать все, что может сказать Сиб; ей нужно все, что поможет уцепиться за настоящее.

– Однажды ты мне сказал, – голос Морн дрожал, – будто видел, чем занимается Амнион. Ты назвал это «злом».

– Да. – Сиб кивнул. Он попытался улыбнуться, но стал выглядеть еще более потерянным. – Слово не часто употребляемое пиратами. Но я знаю, о чем говорю.

Теперь ясно – Сиб сам хочет все рассказать. Он ждал только толчка.

Макерн говорил то быстро, то медленно, как неприкаянный. Ослепленный воспоминаниями, он смотрел сквозь Морн, словно оставшись наедине со своим прошлым.

– Я так и не стал своим на «Мечте капитана». Думаю, ты заметила это, когда появилась на борту. Ник говорил, что я – не храбрец, и он был прав. Однако существуют и другие причины. Я из семьи торговцев. У нас было свое судно, и мы перевозили руду. Тогда – пятнадцать лет назад – это было обычным делом. В основном мы делали свой бизнес там, куда направляемся сейчас – в районе станции «Вэлдор Индастриал», но благодаря небольшому тахионному двигателю могли доставлять товар и в другие места. Семья не была богатой, но и не бедствовала.

Казалось, Сибу, как и Морн, стало жарко. По его щекам катились крупные капли пота.

– Как-то нас наняли забрать партию селена и рудокопов из рудника на одном из спутников планеты, вращающейся вокруг Малого Массива. Планета находилась довольно далеко от «Вэлдор Индастриал». Скоро она должна была оказаться между двумя светилами, то есть в своеобразной плавильной печи. Рудник закрывался на год, а то и на два… Забрав рудокопов и набив полные трюмы селеном, мы отправились в обратный путь. Однако, чтобы избежать столкновения с большим астероидным роем, нам пришлось дать приличный крюк, в результате чего мы оказались на краю системы – слишком далеко от основных грузовых маршрутов и полицейских патрулей. Впрочем, мы не особенно волновались. Такие отклонения не раз случались прежде. Каких-то лишних два месяца пути.

Капли пота гроздьями спадали со лба Сиба. Брови были темными от влаги. Вытерев лицо тыльной стороной ладони, Макерн сцепил пальцы перед собой.

– На нас напали пираты. Они появились неожиданно, дав залп из неизвестного мне вида оружия, распоровшего нашему судну брюхо, как консервной банке. Мы даже не могли защищаться – наши пушки сразу же заклинило. А потом пираты пошли на абордаж… Они забрали селен, но пленных убивать не стали. Мы думали, они нас подожгут или откроют воздушные шлюзы, но пираты не сделали ни того ни другого… Я, облачившись в скафандр, спрятался между основным и легким корпусами корабля… И вот, я все еще жив. Я все еще человек.

На какое-то мгновение Сиб замолчал, нервно сжимая и разжимая пальцы. Наконец, он заставил себя продолжать.

– Нет, мою семью и рудокопов не убили… Я никогда не слыхал об этих пиратах и не знал, что они существуют. Но они работали на Амнион. Вместо того чтобы убить пленных, они стали вводить в них мутагены.

При этих словах Дэйвис зарычал. Морн, не сводя глаз с Сиба, положила сыну руку на колено.

– Я мог наблюдать за тем, что происходило на мостике, по монитору, – проговорил Сиб, находясь во власти воспоминаний. – Я видел все. Если бы они просто убивали мою семью, я бы вышел и, возможно, постарался ее защитить. Но я видел, как членам моей семьи и рудокопам вводили инъекции; я видел, как они меняются. Я был парализован. Я закричал, я не мог не кричать, – предварительно выключив свой передатчик… Все, кто остался жив после штурма, превратились в амнионцев. Потом их погрузили на другой корабль и увезли.