Резюме сортировщика песчинок - Любовь Александровна Афоничева

прихотливо разбросанными лужицами чего-то… наверное, липкого. Или едкого. Или красящего. Точно я сказать не могу, потому что Моф их так и не касается.

Я бросаю быстрый взгляд на Лионэ. А ведь она тоже должна была проходить лабиринт. И не раз. Получается, под этим пиджаком – тело бойцовой рыбки?

– Кстати, в своей истории вы кое-что переврали, – Лионэ как будто чувствует мой взгляд. – В основном по мелочи. Например, татуировки «заводила» и «подпевала» Афейна набила уже в Песочнице, у своей подруги Мирры Искусницы.

В памяти почему-то рассыпается неоновыми бусинами хихиканье, выворачивается из пальцев пойманная в кармане ловкая, измазанная чем-то липким рука. Это ведь могла быть и она… Она могла рассказать Афейне, что эски меня отпустили. И в хареводе, в принципе, тоже могла…

– Помню такую. Пересекались на каллиграфии, – автоматически отвечаю Лионэ. И продолжаю следить за проходкой Мофа.

Бросок в сторону. Моф замирает перед какими-то нишами. Нажимает на кнопку рядом с одной из них. Скрывается в небольшом тоннеле или даже трубе. Интересно, что там внутри?.. Вот, снова появился. Бегом по крутящемуся бревну… уклониться!.. пригнуться!..

Я чуть не пригибаюсь синхронно с ним.

Стена, на ней надпись, но отсюда не разглядеть… Моф что-то вписывает металлической спицей. Впереди, метрах в шестидесяти, в стене возникает узкая щель. Вправо, перекат, быстрее, давай, давай, закрывается же…

Я чувствую, как подбирается мое тело. Словно готовится повторить эту сумасшедшую акробатику.

А сбоку похрипывает и похрустывает голос Лионэ:

– Но вы ведь собрали эту историю, не имея источников, кроме Ноо. Или кто-то вам помогал? Даже если так, все равно впечатляет. Столько сил потрачено, и… Сейчас смотрите внимательно.

Моф как раз выходит из кувырка и срывает со стены промхитиновую пластину, которой прикрывается от стайки дротиков. Но в тот же момент вспыхивает геометрический узор на противоположной стене, мерцает несколько секунд – и пропадает. Моф успевает сделать только один шаг в ту сторону, но явно опаздывает. Тогда он качает головой и поднимает руки. Лабиринт сразу приходит в движение, открывая маршрут, позволяющий, судя по всему, вернуться к его началу. А потом снова замирает. Моф одергивает футболку и не спеша отправляется в обратный путь.

– Постоянно здесь срезается. Уже третий или четвертый раз. Как думаете, почему?

– Не хватает скорости? Или есть какой-то подвох?

Лионэ отпивает из кружки. Хотя мефф должен был уже остыть и выдохнуться.

– Близко. Второй вариант, я имею в виду. Да, можно сказать, что подвох есть: до этого места тренировочный лабиринт можно проходить в одиночку. Если, конечно, позволяет подготовка. Но отсюда и до конца – только вдвоем. Тимофей это, кстати, знает, я ему говорила. Но все равно каждый раз пытается…

Лионэ снова удивительно мягко улыбается. Как могла бы, наверное, улыбаться, если бы препятствия внизу преодолевал ее сын, смеша и одновременно умиляя ее своим упрямством.

А ведь Лионэ знает, не может не знать про его юношеские подвиги в области фармакологии. Он же сам наверняка и рассказал, как только попал в Пиджачатник. Может, еще и кару для себя выпрашивал. С него станется.

И все равно… она улыбается.

Какое-то время лицо Лионэ еще сохраняет эту мягкость, даже когда она поворачивается ко мне.

– Так вот… насчет истории, которую вы мне рассказали. С одной стороны, я готова поаплодировать вашей проницательности, но с другой… Так же, как Тимофей не может проскочить это место в одиночку, сколько бы ни тренировался, так и Стрелок… Афейна не могла все сделать одна.

– Вот сейчас, когда вы это сказали…

– Не надо, Эф_Имер, – ржавые брови Лионэ съезжаются к переносице. – Вы слишком уж аккуратно обошли молчанием все узкие места.

Рука опять разнылась. Но если я начну, как всегда, заглаживать боль, у Лионэ может возникнуть ощущение, что я нервничаю.

Может, не темнить, а просто сдать Рура пиджачке? Я ведь Агнии ничего не обещал…

Но вместо этого я двумя пальцами «шагаю» вдоль прозрачной полыньи в стене, вслед за фигуркой Мофа, которая уже успела пройти примерно половину пути до начала маршрута, и вздыхаю:

– Вы хоть приведите примерчик. Того, что я обошел молчанием.

– Пожалуйста. Скажем, когда вы пришли в себя, то утверждали, что в вас стрелял человек невысокого роста. И видная во всех смыслах девушка Лора Афейна под это описание не подходит. Нестыковочка? Нестыковочка. Выходит, тогда вы нам соврали? Зачем? А если говорили правду, получается, в вас стреляла совсем не Афейна? Но в вашей истории нет ни намека на то, что это мог сделать кто-то другой. И ни малейшей попытки объяснить эту нестыковку. Думали, я не вспомню? Или забыли сами?

Мои пальцы продолжают преследовать Мофа. Я позволяю глазам прищуриться, а губам – поджаться. Мне ведь сейчас придется признавать ошибку. А самовлюбленным парнишкам вроде Эф_Имера такое оч-чень не нравится. Да, это будет похоже на правду…

– Возможно, я тогда неправильно определил… эм… габариты стрелявшего. Зрение уже пропадало, искажалось… А заострять на своих ошибках внимание я не люблю. Поэтому и… «обошел молчанием», как вы выразились, этот момент.

– Понятно, – Лионэ принимает мой ответ подозрительно легко.

Я опускаю руку и некоторое время мы оба просто молча наблюдаем за Мофом.

А затем пиджачка подкидывает мне новый вопросец.

– Вот еще что… Вы почему-то не поделились никакими идеями на тему того, где Афейна могла писать своих наномехимер. И откуда взяла промхитиновые семена.

Я пожимаю плечами.

Понятно, что все рабочие кубы Песочницы очень легко проверить. И все они автоматически бэкапят данные в такой отдел Ноо, куда в любой момент может заглянуть хоть ректор, хоть один из Голосов. А значит, писать на них что-то запрещенное ни один умный человек не стал бы.

– Логика подсказывает, что у Афейны был доступ к какому-то рабочему кубу за пределами Песочницы. Но вам она подсказывает это так же громко, как и мне. Что это за куб, откуда взялись семена, помогал ли кто-то Афейне осознанно, или она получила то, что хотела, не раскрывая своих целей, – я не знаю. Считаете, мой рассказ получился коротковат? Стоит расширить его за счет всех оставшихся у меня «не знаю»? Давайте попробуем. Это еще примерно на полчасика. А может и больше, как пойдет.

Лионэ выдает свой фирменный длинный вздох. Кажется, мне и сегодня удалось ее довести. Хотя я вовсе не ставил себе такой цели.

– А можно мне тоже туда? – Я киваю на лабиринт.

– Не потянете, – здраво оценивает мою форму Лионэ.

Но ржавые глаза щурятся задумчиво. Подкидываю ей аргументик:

– Вам же лучше. Еще раз посмотрите, как я… эм… испугаюсь.