Русские оружейники - Герман Нагаев

21 апреля Токарев вместе с Дегтяревым и Шпитальным, которым тоже были присуждены премии, был вызван в Москву.

Академик Лысенко, вручая диплом лауреата, поздравил Токарева от имени правительства и пожелал ему новых успехов.

– Высокая оценка моих трудов и повседневная забота партии и правительства, – сказал Токарев, – удесятеряют мои стариковские силы и молодят сердце! Я не брошу своей любимой работы до последнего вздоха!

Когда гремели пушки…

В июне 1941 года Федору Васильевичу Токареву исполнилось семьдесят лет.

Отпраздновав свой юбилей, он стал собираться на Кавказ, мечтая отдохнуть, подлечиться и на обратном пути заехать в родную станицу. Но вспыхнувшая война потребовала других решений.

В тот памятный день он вместе со своими сотрудниками, нахмурив седые брови и сжав кулаки, слушал суровые речи на заводском митинге.

Токарев и прежде думал о неизбежности войны, он чувствовал ее приближение, он знал, что рано или поздно на нас нападут, и потому вместе с другими советскими конструкторами трудился над созданием нового оружия, но он не мог представить, что нападение будет совершено так вероломно и коварно.

Враг нанес удар внезапно, рассчитывая захватить наши войска врасплох, создать панику и воспользоваться этим для решительного броска вперед.

Но враг не учел того обстоятельства, что его коварный прием еще больше ожесточит советских людей и заставит их принять быстрые и решительные меры. Именно это и произошло. Возмущенные вероломством врага, советские люди все, как один человек, поднялись на защиту своей Родины.

С завода в первый же день войны ушли на фронт сотни добровольцев. Их места за станками не остались пустыми. На смену мужьям и братьям на завод пришли их жены и сестры. Многие еще раньше работали на заводе, и их не пришлось долго учить.

В те дни престарелый конструктор обратился с призывом к оружейникам-пенсионерам. Он призывал их встать на защиту Родины, как это всегда делали патриоты в минуты грозной опасности для Отчизны.

И вот в заводские корпуса из многочисленных улиц города потянулись убеленные сединами старые оружейники. Многие из них стали к станкам, другие взялись за обучение молодежи. С каждым днем наращивая мощность, завод стал работать для фронта.

В то грозное и тяжелое время высокого, прямого старика с седыми усами, облаченного в синий рабочий халат, можно было и днем и ночью встретить в цехах. Он вникал в мельчайшие неполадки, показывал, помогал советами, учил молодых рабочих. Его энергия и непоколебимая вера в победу поднимали и окрыляли людей. Глядя на Токарева, люди работали самоотверженно, не страшась вражеских самолетов, которые кружили над городом.

Враг рвался вперед. Наше сопротивление росло день ото дня. За каждый шаг по советской земле гитлеровское командование платило сотнями жизней своих солдат и офицеров.

Передовые части фашистских войск стали угрожать Туле. В городе были сформированы рабочие и ополченческие полки. Трудящиеся клялись умереть у стен родного города, но не отдать его на поругание и разграбление врагу.

Заводам работать под бомбами и обстрелом врага было опасно, и их эвакуировали на Урал.

Одновременно с отправкой последних эшелонов с оборудованием Токарев и его сын Николай выехали на машинах к месту погрузки. Там машины были погружены на платформы одного из заводских эшелонов, который двинулся на Урал.

Эшелон продвигался медленно, преимущественно в ночное время, днем укрывался от фашистских самолетов на глухих полустанках, в лесу.

В вагонах было холодно, их не могли обогреть маленькие печурки. Но люди не замечали холода. Ими владело одно высокое стремление – быстрей доехать до места и как можно скорей смонтировать станки и развернуть производство оружия.

Но эшелон, как назло, двигался медленно. Навстречу шли поезда с войсками, снаряжением, орудиями, танками, боеприпасами.

На одной станции Токарев выглянул в окно и увидел состав с красными крестами.

– На фронт едете?

– Нет, с фронта, везем раненых.

Убедившись, что эшелон простоит не меньше часа, Токарев, назвав себя, вошел в один из вагонов.

Комиссар санитарного поезда оповестил об этом бойцов, которые обрадовались встрече и тепло приветствовали славного конструктора. В вагоне оказалось несколько человек, которые воевали с самозарядными винтовками Токарева.

От фронтовиков Токарев узнал много ценного для себя. Бойцы рассказали, что его винтовка в общем работает хорошо, но ее механизм очень чувствителен к засорениям. И Токарев всю дорогу обдумывал, как устранить этот недостаток, как сделать винтовку безотказной в работе в самых трудных условиях фронтовой обстановки.

Вечером вдалеке, в лощине между гор, показались дымные трубы уральского городка.

Город, расположенный на склонах холмистых гор, встретил оружейников приветливо. Для них уже были приготовлены помещения, жарко натоплена баня.

После долгой и мучительной дороги, после бомбежек и затемнений они вдруг попали в тишину и уют бревенчатых домов с русскими теплыми печами, где текла, как казалось, мирная жизнь.

Но уже к вечеру это первое впечатление резко изменилось. Город жил трудовой, суровой жизнью.

«Что ж, будем работать тут, – подумал Токарев. – Будем здесь, на Урале, ковать грозное оружие, которое поможет нашим доблестным воинам сокрушить врага…»

Суровая природа Урала– – жгучие морозы и снежные бури – не отразилась на богатырском здоровье Токарева. И здесь старый конструктор работал так же самоотверженно, как и в своем городе.

В грозные дни, когда озверелый враг рвался к Москве и когда над Родиной нависла смертельная опасность, семидесятилетний конструктор был принят в члены ВКП (б).

Одна из величайших побед Красной Армии – разгром немецко-фашистских войск на Волге и начавшееся мощное наступление на врага позволили конструкторскому бюро, где работал Токарев, перенести свою работу в Москву.

Здесь конструктор продолжал трудиться с неиссякаемой энергией, его, как и всех советских тружеников тыла, воодушевляли славные победы наших воинов.

В конце 1944 года, когда Советская Армия, вооруженная мощной боевой техникой, развернула наступление по всему фронту, в газетах был опубликован Указ Президиума Верховного Совета СССР следующего содержания:

«За заслуги в деле создания новых и усовершенствования существующих образцов вооружения наградить конструктора Токарева Федора Васильевича орденом Суворова II степени…»

Токарев неустанно следил за успехами наших войск на фронте. Его глубоко волновали и радовали эти блестящие успехи. Радость его была еще больше от того, что советским воинам-героям служило его автоматическое оружие.