ОНО - Стивен Кинг

— С-с-спасибо. П-правда, у м-меня…

— Все в порядке, сынок. У миссис Каспбрак здесь кредит. Я запишу это на ее счет и думаю, что она будет благодарна тебе за участие.

Успокоенный Билл поблагодарил аптекаря и быстро вышел. Мистер Кин обошел стойку, наблюдая как мальчик отъедет. Тот бросил в корзину багажника аспиратор и неуклюже оседлал велосипед. «Неужели он сможет уехать на этом чудовище? — подумал про себя мистер Кин. — Что-то сомнительно».

Но Денборо проворно нажал на педали, игнорируя седло. Забавный велосипед завилял из стороны в сторону. Аспиратор катался взад-вперед в пустой корзине.

Мистер Кин усмехнулся. Если бы это видел Билл, то наверняка утвердился бы в мысли, что аптекарь отнюдь не собирается претендовать на первенство в любезности. Это была скептическая ухмылка человека, способного удивиться чему угодно кроме человеческих качеств клиентов. Да, конечно, он добавит аспиратор в счет Сони Каспбрак, и она, как обычно, удивленно поднимет брови — скорее, с подозрением, нежели с удовлетворением: средство было исключительно дешевым. «В других аптеках все так дорого», — говорила обычно она. Миссис Каспбрак, по мнению аптекаря, представляла категорию людей, считающих все дешевое недоброкачественным. Он безусловно мог из нее выкачать определенную сумму за «Гидрокс» и порой уже склонялся к этому… Но зачем подыгрывать женской глупости? Ему этого не хотелось…

Дешево? Ну да. «Гидрокс» («применять по назначению врача» — такую этикетку он клеил на каждый пузырек аспиратора) был исключительно дешевым, но даже миссис Каспбрак вынуждена была признать, что, несмотря на дешевизну, он облегчает жизнь Эдди. А дешевым он был благодаря несложной комбинации кислорода с водородом с небольшим содержанием камфары — для придания смеси слабого лекарственного привкуса.

Другими словами, лекарство Эдди было водопроводной водой…

7

Обратная дорога показалась Биллу длиннее: пришлось взбираться вверх. На некоторых участках ему приходилось слезать с «Сильвера» и вести его «в поводу». У мальчика попросту не оставалось сил преодолевать горки в седле.

В 4.10 Билл привязал велосипед и пошел к реке пешком. Его обуревала череда дурных мыслей. Мог уйти Хэнском, бросив Эдди умирать. Могли вернуться хулиганы и избить обоих. Или… самое худшее: убийца детей мог прикончить их обоих. Как Джорджи.

Билл прекрасно понимал, что в слухах изрядная доза вымысла и обычной в таких случаях перестраховки. Парень хоть и заикался, но глухотой не страдал, хотя многим это казалось естественным с тех пор, как он стал говорить лишь при крайней необходимости. Некоторые полагали, что убийство его брата вовсе не связано с убийствами Бетти Рипсом, Шерил Ламоника, Мэтью Клеменса и Вероники Гроган. Другие с пеной у рта настаивали, что все дети — жертвы одного маньяка. Были и такие расклады: мальчиков, мол, убивал один человек, а девочек — другой…

Билл склонялся к тому, что все убийства на счету одного-единственного человека… если это человек. Время от времени он сильно сомневался в этом. И задумывался о странной жизни города тем летом. Был ли связан со смертью Джорджа тот факт, что родители совершенно не обращали на него, Билла, внимания, будто не замечали, что он еще жив, и такое отношение больно задевает его? Как это связано с другими убийствами? Внутренний голос нашептывал ему (определенно не его собственный — голос не заикался и рассуждал со спокойной уверенностью), убеждая, советуя поступать определенным образом и не иначе. Как эти убийства отражаются на жизни города? Неужели его всегда приветливые улицы станут своего рода молчаливой угрозой? Неужели эти таинственные случаи с детьми навсегда замкнут лица людей, оставив на них неизгладимую печать испуга?

Он не знал, но верил — как верил в то, что убийства — дело одних рук, — что Дерри на самом деле переменился, и смерть его брата послужила отправным моментом к этому. Самые черные очертания приобретала мысль, метавшаяся в сознании: все может случиться. Все что угодно.

Но когда Билл сделал последний поворот, все выглядело мирно. Бен Хэнском по-прежнему сидел рядом с Эдди. Тот тоже сел, сложив руки на коленях и запрокинув голову; из груди его по-прежнему доносился свист. Солнце почти село, отбрасывая на реку длинные зеленые блики.

— Ну ты даешь: быстро управился, — заметил Бен. — Я ожидал тебя не раньше, чем через полчаса.

— «С-сильвер» не п-подкачал, — с гордостью ответил Билл. Некоторое время они изучающе глядели друг на друга, затем дружелюбно заулыбались друг другу. Парень был неплохим, хотя и неимоверно толстым. И он согласился остаться. Несмотря на вероятность того, что Генри с остальными продолжают бродить, наводя ужас на округу.

Билл поймал взгляд Эдди с выражением немой признательности.

— Эт-то т-тебе. — Протянул ему аспиратор. Эдди немедленно засунул его в рот, нажал на триггер и конвульсивно задышал. Затем откинулся с закрытыми глазами, приходя в себя. Бен внимательно наблюдал.

— Дьявол! Ему совсем плохо, да?

Билл утвердительно кивнул.

— Я сначала перепугался, — сказал Бен низким голосом. — Совсем забыл, что надо делать, когда начинаются судороги и что-то в этом роде. Пытался вспомнить, что нам объясняли на семинаре «Красного Креста» в апреле. Все, что я мог сделать — это поставить распорку между челюстями, чтобы он не прикусил язык.

— Мне кажется, это п-припадок.

— Наверное, ты прав.

— С-скоро д-должно п-пройти. П-п-преп-парат п-помогает. Смотри.

У Эдди устанавливалось дыхание. Открыв глаза, он смотрел на ребят.

— Спасибо, Билл. Эта зараза меня чуть не доконала.

— Наверно, это началось, когда тебе нос расквасили, да? — поинтересовался Бен.

Эдди широко улыбнулся, облегченно вздохнул, встал и сунул аспиратор в задний карман.

— Я даже не думал об этом — думал о матери.

— Ну да? — не поверил Бен, нервно ощупывая лохмотья свитера.

— Да стоит ей только каплю крови увидеть на рубахе — она сразу потащит меня в приемный покой.

— Но почему? Ведь все же прошло? Я помню, был похожий случай, когда парнишка — его звали Скутер Морган — разбил нос, упав со «шведской стенки». Но его отвезли в больницу, потому что кровотечение не прекращалось.