Зачарованная река - Ребекка Росс

ним не было никого из стражников. Он остановился, вглядываясь в темноту. Вокруг было тихо, но его дыхание стало прерывистым, а стук сердца отдавался в ушах.

Бреккан вышел из тени, бесшумно ступая по мху. Торин заметил его на мгновение позже, чем следовало, и занес меч, чтобы отразить удар. Сталь Бреккана рассекла его предплечье; боль была яркой и беспощадной.

Задыхаясь, Торин упал на колени. Он почувствовал, как в него проникает холод – жало зачарованного клинка. Воин парировал еще один удар мечом, отбросив Бреккана назад, но затем капитана снова ужалили в плечо, прямо под защитным покровом пледа.

Эта боль тоже была холодной, но она поселила мысли в сознании Торина.

«Беги, спасайся, прячься, беги».

Приказы полностью подчинили его. Шатаясь, он поднялся на ноги, бросил меч и побежал, охваченный страхом. Позади него кто-то заговорил, и этот голос был насмешливый и жестокий:

– Ты отличный капитан.

Это только подогрело неестественное желание Торина бежать, спасаться и прятаться.

Он потерял ориентацию, заплутав глубоко в лесу. В конце концов лес закончился, и перед капитаном открылся пустынный пейзаж. Он слышал шум побережья неподалеку. С океана надвигался туман, холодный, густой и ненасытный.

Торин бросился в его объятия.

* * *

Джек мчался через двор Эллиоттов с ведром воды. Лук и стрелы были здесь бесполезны; это все, что он мог сделать. Юноша плеснул водой на дом, который продолжал полыхать. Он бегал с ведром взад и вперед, следуя за стражниками от ручья до двора, от двора к ручью. Его кожа была грязной от пота и пепла.

Дом продолжал гореть.

Задыхаясь, Джек выплеснул в огонь еще одно ведро. Он услышал чей-то плач и, обернувшись, увидел Грейс Эллиотт, которая рыдала, стоя на коленях. Хендри, ее муж, был рядом, пытаясь утешить ее. Двое их сыновей молчали от потрясения; в их глазах отражалось пламя.

На мгновение Джек испугался, что в доме кто-то остался, и подошел к семье.

– Все вышли? – спросил он.

– Да, – ответил Хендри. – Все здесь, кроме … Элизы. Она пропала без вести почти три недели назад.

Джек кивнул. Во рту пересохло, глаза щипало.

Эллиоттам удалось спасти старую корову, но все остальное они потеряли. Пошатываясь, Джек отошел и стал вглядываться в темноту. Его зрение было затуманено огнем, но он смутно различал лес. Юноша задавался вопросом, где же Торин и половина его стражи. Борясь с охватившим его беспокойством, он решил, что будет продолжать тушить пожар, пока не поступит иного приказа.

Распоряжение поступило через несколько минут, когда с севера подул сильный ветер. Пламя разгоралось, и обугленные останки дома начали трещать.

– Отойдите! – крикнул один из стражников.

Джек бросился помогать Эллиоттам покинуть двор, когда дом рухнул, рассыпавшись искрами и обдав их обжигающим жаром. Юноша больше ничего не мог сделать. Он остался рядом с семьей на траве и продолжал озираться в поисках Торина, особенно когда несколько стражников вернулись из леса.

Ни одного Бреккана не удалось убить или взять в плен. Они все сбежали.

Торин так и не появился, даже когда на небе начали таять звезды. С рассветом несколько стражников подошли к семье Эллиоттов.

– Мы все еще ждем известий от капитана, но считаем, что лучше всего сопроводить вас в замок. Лэрд и наследница позаботятся о вас, пока мы не восстановим дом. Садитесь на наших лошадей, мы отвезем вас в Слоун.

Грейс Эллиотт обреченно кивнула, кутаясь в шаль. Ее глаза были красными от усталости, когда она подошла к ближайшей лошади. Женщина уже собиралась вставить ногу в стремя, как вдруг замерла.

– Ты слышишь это? – спросила она, обернувшись на дымящиеся руины своего дома.

– Это просто ветер, милая, – ответил Хендри. В его голосе звучало отчаянное желание увести ее подальше от пожара и границы клана. – Давай посадим тебя на лошадь.

– Нет, это Элиза, – настаивала Грейс, отталкивая мужа. – Элиза! Элиза!

У Джека волосы встали дыбом, когда он увидел, как Грейс Эллиотт бредет по траве, зовя свою пропавшую дочь.

Хендри в отчаянии бросился за женой.

– Грейс, пожалуйста. Прекрати!

– Разве ты не слышишь ее? Она зовет нас!

Джек прислушался. Он подошел на шаг ближе к руинам.

– Подождите! – воскликнул он. – Я тоже что-то слышу.

Все замерли в тягостном молчании. Дул порывистый ветер, и огонь продолжал трещать, но вдалеке послышался слабый голосок.

Поднялись крики. Стражники тоже что-то услышали или, возможно, увидели. Грейс и Хендри бросились к своему разрушенному дому. Джек бежал следом, братья Эллиотт и стражники – за ними. Они промчались через руины на другую сторону двора, навстречу темному угрожающему южному небу.

Сквозь клубящийся дым Джек разглядел маленькую девочку, спешащую вниз по холму. Она шла по той самой тропе, по которой они с Торином добрались к ферме Эллиоттов из земель Мирин. Ее каштановые волосы были заплетены в косу с лентами, платье было безукоризненно чистым, а лицо исказилось от волнения, когда она увидела своих родителей.

– Элиза! – воскликнула Грейс, заключая дочку в объятия.

Хендри и братья окружили ее, и Джек больше не видел девочку. Но его тоже охватили радость и изумление, когда семья воссоединилась.

Он медленно опустился на колени, ошеломленный внезапно пришедшим пониманием.

Пропавшая девочка нашлась.

Элиза Эллиотт вернулась домой сразу после набега Брекканов.

Часть третья

Баллада для Ветра

18

Сидра была погружена в беспокойный сон, когда почувствовала руку Грэма на своем плече.

– Сидра, дочка. Адайра пришла за тобой.

Девушка мгновенно проснулась и села на постели. Грэм уступил ей свою кровать в углу, а сам спал на тюфяке у камина.

Осторожно обойдя заваленный бумагами стол, Сидра обнаружила наследницу на пороге дома. Она сразу поняла, что что-то не так: лицо Адайры было бледным и встревоженным.

– Что случилось? – спросила Сидра дрожащим голосом.

– Мне срочно нужна твоя помощь в замке, – пояснила Адайра. – Одевайся и жди меня во дворе. Захвати свои травы.

Сидра кивнула и поспешила переодеться за деревянной ширмой. Она натянула ту же юбку и блузку, что накануне, и, пока завязывала сапоги, заметила, что у нее дрожат руки.

– Вот, дочка, – сказал Грэм, протягивая ей овсяную лепешку, завернутую в ткань, и корзинку с лекарствами. – Если останешься в замке на ночь, пошли мне весточку.

– Обязательно, папа, – пообещала Сидра, уходя, и поблагодарила его за заботу.

Адайра и двое стражников ждали на дороге верхом на лошадях. Сидра подошла к наследнице и забралась в седло позади нее. Ехать с корзинкой было неудобно, но Сидра одной рукой прижала ее к себе, а другой