Крылья Победы - Сергей Руденко

С некоторых же аэродромов взлетать никак не удавалось. Особенно с одного, расположенного западнее Познани. Там находилось два истребительных полка. Генерал Савицкий с присущей ему смелостью разрешил лучшим летчикам взлетать с … шоссе.

Это решение противоречило техническим нормам. Ведь для нормального взлета и посадки истребителям требуется полоса длиной более километра и шириной 50 — 70 метров. Шоссе имело ширину 14 метров, по бокам его тянулись глубокие канавы-водостоки, возвышались деревья, телеграфные столбы. Длина прямого участка составляла не более 400 метров.

Савицкий приказал спилить деревья и столбы, закрыть канавы дощатыми щитами и засыпать их землей. Эту работу удалось провести за сутки. И все же получилась чрезвычайно узкая полоска шириной 20 метров, опасная тем, что если самолет отклонится га разбеге, то неминуема катастрофа.

Евгений Яковлевич со своими инженерами решил сократить длину разбега до 385 метров. Для этого под закрылки вставили специальные колышки, которые увеличивали угол атаки и тем самым позволяли произвести отрыв самолета на меньшей скорости и сократить взлетную дистанцию.

Тракторами и на быках вытаскивали из грязи Як-3 на шоссе. Савицкий отобрал самых подготовленных летчиков, которые могли бы взлетать с узкой полоски. Он, безусловно, шел на большой риск. К счастью, никаких происшествий не произошло — все воздушные бойцы стартовали благополучно, показали высокое мастерство и мужество.

С перебазированием истребителей на песчаные площадки ближе к Одеру мы вскоре перехватили инициативу в воздухе. Нашим войскам и особенно тылам, доставлявшим горючее и боеприпасы, очень помогали «ястребки», надежно прикрывая дороги от налетов немецкой авиации. По ним в начале февраля почти невозможно было спокойно ездить.

Перебазирование на передовые аэродромы позволило нашей авиации восстановить свое господство в воздухе. Во второй половине февраля гитлеровцы уже летали осторожнее и старались не забираться в наши тылы.

Между тем ликвидация окруженных в Познани гитлеровских войск затянулась. Наши танковые армии уже прошли старую границу между Польшей и Германией, были на подступах к Одеру, а крепость все еще держалась. Этот город — крупный промышленный и административный центр Западной Польши, важный узел железных и шоссейных дорог на берлинском направлении. Гитлеровцы стремились сковать здесь часть наших сил и тем самым снизить темп наступления. Крепость, возвышавшаяся на северной окраине, располагала всем необходимым для длительной обороны Мы по аэрофотоснимкам составили ее план. Со всех сторон ее окружали глубокий ров и прочные стены, крепостной вал с бойницами и с земляным перекрытием до пяти метров толщиной. Ниже первого земляного перекрытия шли сводчатые кирпичные перекрытия казематов со средней толщиной до полутора метров Внутри крепости находились электростанция, склады оружия, боеприпасов, горючего, жилые здания, казармы.

Гарнизон насчитывал свыше 12 000 человек. Он располагал значительным количеством продовольствия. Все это способствовало организации длительной обороны.

С 27 января в борьбу с окруженной группировкой в Познани включилась и воздушная армия. Дневным и ночным бомбардировщикам, штурмовикам была поставлена задача подавлять и уничтожать огневые точки, разрушать форты и крепостные стены, чтобы сделать в них проходы, уничтожать и изнурять засевших в казематах гитлеровцев. Для ударов по подземным сооружениям использовались фугасные бомбы, по зданиям применялись зажигательные средства. Учитывая специфические условия и характер целей, было уточнено обозначение наших войск, чтобы не ударить по своим.

Для руководства боевой работой бомбардировщиков и штурмовиков на командный пункт 8-й гвардейской армии выехал заместитель командующего воздушной армией М. М. Косых с оперативной группой. Каждый экипаж получил план города с обозначенными целями, отдельные объекты в нем и крепость сфотографировали, и фотосхемы были даны ведущим групп.

Авиация действовала непрерывно. Надо было измотать и уничтожить врага как можно скорее. Ведь нашим наступающим войскам на главном направлении нужна была поддержка с воздуха.

В первое время обороны гитлеровцы пытались использовать для противодействия нашим войскам свою авиацию. В момент бомбардировки над крепостью появились «фокке-вульфы». Однако серьезного сопротивления они оказать не смогли. По этой причине, а также из-за значительного удаления от линии фронта (она проходила теперь по реке Одер) гитлеровцы больше не предпринимали попыток оказать помощь обреченному гарнизону.

В битве за Познань наши авиаторы проходили школу взаимодействия с войсками в уличных боях. На опыте Сталинграда мы знали, что нужна особая подготовка летного состава, чтобы ориентироваться в большом городе.

Даже на земле и то трудно найти улицу или здание. А с воздуха это сделать еще сложнее. Когда разговаривали с командирами по телефону и ставили цели по плану, получалось хорошо и ясно. Им точно и четко указывалось, где, в каком квартале наши войска Мы с командирами, руководившими действиями авиаторов над городом, прекрасно понимали друг друга. Но когда летчик подымался в небо, он не мог найти указанную цель.

Анализируя ход борьбы за Познань, мы сделали вывод, что допустили просчет — не отобрали и не подготовили предварительно людей для штурма крепости. Лучше послать меньше экипажей, но чтобы они сбросили бомбы именно туда, куда надо. Мы же направляли много самолетов, но их вели летчики, не имевшие специальной подготовки, да и метеорологические условия были сложными. Эффект получался не тот, на который мы рассчитывали.

Нужно прямо сказать, и не для того, чтобы задним числом оправдаться, а ради истины: наша авиация в полевых условиях крупных бомб не применяла И мы сначала использовали для ударов по крепости средние калибры.

На крепость надо было послать самолеты с крупными бомбами, которые могли бы вызвать существенные разрушения. Я попросил командующего ВВС срочно прислать тысячекилограммовые. Их доставили к нам на самолетах.

Экипажи 3-го бомбардировочного корпуса были подготовлены к полетам с одной такой бомбой на борту.

Мы сбросили около десятка мощных бомб. Первым ударом разбили электростанцию, и в крепости во всех казематах воцарилась тьма Последующими ударами вывели из строя водопровод. Так были парализованы жизненные центры цитадели.

После мощной авиационной и артиллерийской подготовки наши части начали штурм. Они преодолели крепостной ров, очистили вал и вскоре полностью овладели крепостью. Остатки гарнизона были захвачены в плен.

Среди пленных оказался комендант города Познань генерал-майор Матерн. В его показаниях содержалось характерное признание:

«Нельзя сказать, что разрушение того или иного объекта крепости изменило тактику нашей обороны. Конечно, подавление авиацией артиллерийских позиций ослабило нашу огневую мощь, но основные силы все же были сосредоточены в казематах равелинов. Выведенную из строя 9 февраля электростанцию восстановить нам не удалось. Мы вынуждены были экономить энергию и установить строгий режим расхода воды, вплоть до запрещения бриться и умываться. Еще большее значение для нас имели частые повреждения проволочной связи… Окончательно выведенная из строя связь с подвергшимся 162 бомбардировке четвертым равелином, в котором находился в то время комендант крепости генерал-майор Гонель, привела к разрозненному действию каждого равелина, что, безусловно, осложнило всю обстановку.

Самое неприятное физическое ощущение я испытал от бомб замедленного действия; при взрыве такая бомба сотрясала казематы в самых отдаленных концах крепости. Казалось, что от взрывов завалятся стены; громадное моральное воздействие на солдат производили ночные бомбардировщики, которые сбрасывали по одной-две бомбы, но вся беда в том, что они работали как по конвейеру, беспокоя всю ночь. Каждый был напряжен до предела. Штурмовики были страшнее бомбардировщиков. Они налетали внезапно, выскакивали на крепость на низких высотах в минуты артиллерийских пауз».

Вот какое воздействие оказывала авиация на гарнизон крепости. Мы учли, что по таким объектам необходимо использовать наиболее мощные бомбы, правильно подбирать и специально готовить экипажи. Только так можно вывести из строя главные центры сопротивления. Этот опыт очень нам пригодился впоследствии, при штурме города Кюстрин, крепости Китц и Берлина.

Всего при разгроме противника в Познани было произведено 1834 самолето-вылета. Пикирующие бомбардировщики вылетали 372 раза, штурмовики — 217, легкие ночные бомбардировщики днем — 612, ночью — 633. Сброшено 558 тонн бомб.

В заключение хотелось бы подчеркнуть значение Варшавско-Лодзинско-Познанской операции для военного искусства. За 18 дней наши войска совершили пятисоткилометровый прыжок от Вислы до Одера. Противнику было нанесено несколько мощных ударов, парировать которые он не смог. Опомнился враг только за Одером.