Дюна. Батлерианский джихад - Кевин Андерсон

Ксавьер вызвался сам руководить силами первого удара вовсе не для того, чтобы стяжать себе славу победителя, нет, он просто отчаянно хотел сам отыскать Серену на побежденной машинами планете.

Уверенный в крепости своей машинной хватки, сжавшей горло покоренной планеты, Омниус просчитался в своих оценках планов и способностей человечества. Подсчитав шансы за и против и поняв, что у Лиги мизерные шансы на успех (вероятность победы приближалась к нулю), всемирный разум перестал заниматься угрозой возмездия со стороны людей. Ни один противник, в здравом уме и твердой памяти, не пойдет в атаку при таких малых шансах на успех. Но Ксавьер Харконнен не подсчитывал шансы своей безнадежной миссии. Кроме того, в данный момент всемирный разум не располагал всей необходимой информацией. Омниус не знал о россакской колдунье, о новых переносных разрушающих полях и – как от души надеялся Харконнен – о том, что были запущены вторичные генераторы поля Хольцмана. Как только находившиеся на орбите корабли роботов засекли приближение противника, они построились в боевой порядок для отражения нападения и уничтожения Армады. В наушниках селекторной связи Ксавьер услышал взволнованный голос своего адъютанта, кварто Паудера.

– Сэр, мыслящие машины приближаются. Их ракетные и артиллерийские порты открыты.

Ксавьер отдал первую команду:

– Высылайте первую штурмовую дивизию, придайте ей бронированные транспортные суда.

От основных сил оторвались корабли, на борту которых находилась россакская колдунья Геома со своими телохранителями и солдаты Харконнена – им предстояло использовать портативные генераторы против машинных воинов в Гьеди-Сити.

Внезапно кварто Паудер поднял голову от панелей своих приборов, потом снова, не веря своим глазам, посмотрел на экраны, чтобы переварить информацию, переданную ему офицерами связи.

– Сэр, похоже, что защитное поле покрыло всю планету!

У Ксавьера бешено забилось сердце.

– Точно, как обещала Серена.

Солдаты приободрились, но Ксавьер улыбался по совершенно иной причине. Теперь он знал, что Серена Батлер жива. Она добилась невозможного, как ей часто удавалось и раньше.

– Корабли роботов буквально валятся с орбиты! Они пытались подняться, но были захвачены защитным полем.

– Отлично, но мыслящие машины попытаются перейти в нулевой режим, чтобы нейтрализовать действие башен с генераторами вторичного поля. Нам надо покончить с наземными роботами, пока их флот заперт на орбите, а остальные будут обездвижены в городах. – Ксавьеру очень не хотелось, чтобы все труды Серены пропали даром. – Нам надо во что бы то ни стало отвоевать планету у роботов.

Вывалившись из десантных люков баллистических кораблей, восемь судов типа «Кинжал» взяли под защиту с флангов корабль с Геомой. Корабли привели в боевую готовность свое мощное вооружение и были готовы к столкновению с противником. Задачей «Кинжалов» было сеять панику в рядах противника, расстраивать его боевые порядки и отвлекать внимание не способных к игре воображения роботов от корабля Геомы, чтобы колдунья могла беспрепятственно приземлиться и приступить к выполнению своей важной работы. Видя, как обездвиживаются, переходя в нулевое функциональное состояние, корабли роботов, Ксавьер поторопил своих десантников. Эскадрильи малых судов Армады вошли в атмосферу и направились в сторону Гьеди-Сити.

Закрыв глаза, Ксавьер мысленно был с ними, но потом сосредоточился на машинах, которые приближались к его командирскому кораблю.

* * *

У некоторых людей жизнь отнимается, а другим свободно дается.

Сидя в окружении шестерых молчаливых россакских мужчин, Геома управляла военным транспортным кораблем. Все телохранители были одеты в бронежилеты, на головах их красовались шлемы, которые могли в какой-то степени защитить людей от ранящих снарядов. Посмотрев на альтиметр, мужчины дружно отхлебнули из фляжек с психостимуляторами. Мощное лекарство мгновенно проникло в кровь, притупив ощущение боли и страха.

Своим телепатическим сознанием Геома уловила, что ее телохранители превратились в сгустки мощной энергии, готовые обрушить гром и молнию на любого противника, не испытывая ни малейшего страха за свою жизнь. Встретились взглядами с Геомой, обменявшись невысказанным пониманием. Все знали, что им, быть может, предстоит погибнуть.

Транспортный корабль трясло и швыряло из стороны в сторону бешеными потоками атмосферных возмущений. Геома не была опытным пилотом, но получила достаточную тренировку и могла посадить корабль. Не требовалось мягкости посадки, надо было просто уцелеть и как можно скорее покинуть судно. Они думали, что корабли роботов перехватят их, но Геома видела теперь, как летательные аппараты мыслящих машин падали с неба, как камни, обрушиваясь на здания и парки. Машинные суда, которые не успели подняться до слоя электромагнитного защитного поля, избежали наихудших повреждений, но все же их посадочные двигатели были немного испорчены, и с посадкой возникли большие трудности.

– Им сейчас просто не до нас, – передал один из командиров «Кинжалов» эскорта. Скоростные корабли Армады открыли по противнику артиллерийский огонь. Некоторые суда роботов получили серьезные повреждения.

На орбите корабли Армады вели интенсивную перестрелку с большими стационарными кораблями А1, которые не могли спуститься на поверхность, чтобы защитить Омниуса. Терсеро Харконнен отправил на планету штурмовые группы за Геомой и ее малочисленной командой. Каждый участник атаки имел свой приказ, свой план, при этом надо было увязать взаимодействие до мельчайших деталей.

Геома внимательно смотрела на панель управления, отсчитывая последние секунды перед посадкой. Ей надо совершить рывок и сесть. Другой возможности просто не будет. Ей надо выполнить свою миссию до того, как солдаты Харконнена начнут занимать свои исходные позиции.

В разрыве низкой облачности она вдруг увидела город – пересечения прямых улиц и высокие здания, построенные гордыми, свободными людьми, которые надеялись на свое лучезарное будущее. Все кварталы были погружены в темноту, было видно, что большая часть жилья была просто не нужна бездушным нелюдям-завоевателям.

Вспомнив инструктаж, во время которого она буквально запечатлела в своей памяти карту Гьеди-Сити, колдунья сразу нашла цитадель, которая некогда была резиденцией правителя. Там кимеки установили место постоянного пребывания всемирного разума, Омниуса, как рассказал потрепанный посланец с Гьеди Линкер Джибб. Замок магнуса Суми превратился в укрепленный пункт мыслящих машин.