Руимо. Пришедшая (СИ) - Рита Кертс

— Что-то не так? Ветка в волосах запуталась?

— Ты очень красива, — робко сказала Деми. Эйру не удивило подобное признание. Не сочтя нужным ответить, она лишь улыбнулась.

Они быстро вышли из леса, хворост кинули у поваленного ствола дерева, служившего лавкой. На коре его были выцарапаны надписи, трава рядом была почти вытоптана. Эйра разложила ветки в специальной ямке, а Деми села, наблюдая за процессом.

— Призыв огня знаешь?

— Призывы — не самая моя сильная сторона. Может быть, пару искр и выколдую…

— Больше и не нужно.

Деми растёрла ладони. Подошла к ямке, взяла жменю сухой травы, и попыталась вызвать пламя. Сконцентрировала энергию, подобно тому, как делала это со сферой, представляя вместо неё маленький огонёк. Прошло несколько минут, и ничего путного так и не вышло.

— Соберись, — Эйра села рядом, приобняв колени. — Думай о пламени, заставь свою энергию преобразиться. Если снова ничего не выйдет, призови пламя с помощью слова.

— Слова? Но как мне назвать огонь?

— Rufres t» am, — нараспев сказала голубоволосая. — Одно из имён огня, большинством чародеев забытое.

Деми закрыла глаза, снова сосредоточилась; собрала энергию в правой ладони, шёпотом произнесла волшебные слова. Когда ощутила тепло, увидела парящий над ладонью огонёк и, глядя на него, от восхищения даже забыла дышать.

— Вот видишь? — Эйра поднялась. — Совсем несложно. Считай это заклинание моим подарком, никому о нём не рассказывай. Оно считается утраченным, и в злых руках способно натворить немало бед. Эй, осторожно!

Деми засмотрелась на пламя и одумалась, когда почувствовала жжение. Чуть вскрикнула, вскочила, затрясла рукой и огонёк погас.

— Надеюсь, ты не сожжёшь себя, — голубоволосая покачала головой.

Деми, возбуждённая и под впечатлением, повторила трюк, и на этот раз над ладонью воспарили три огонька.

— Эйра, это восхитительно! Спасибо, спасибо тебе. Как мне отблагодарить тебя?

— Я же сказала, это подарок. Ничего взамен мне не нужно.

— Должно быть, тебе известно и подвластно столько заклинаний, что не счесть!

— Пожалуй, только лишь известно, — в её голосе слышалась неуверенность. Деми подожгла сухую траву и положила под ветки.

— Не понимаю.

Голубоволосая вздохнула и долго не решалась ответить.

— Я…не владею магией в классическом варианте. Мне не под силу даже световая сфера, про призывы нечего говорить.

— Но, как это возможно?

— Моя магия — врождённый дар, — она подняла руку, принялась перебирать пальцами. Послышался треск, и Деми не поверила своим глазам: между пальцев искрились и извивались, то и дело исчезая, маленькие молнии, меняя свой оттенок с желтоватого на голубой. — Стандартные заклинания — это не моё. Но я могу творить любые чары, связанные с электричеством.

Деми не нашлась, что ответить.

Хворост взялся быстро, дым от приятно потрескивающего костра валил вверх ровным столбом — ветер утих, и стало теплее. А вскоре послышались знакомые голоса, и три мужских силуэта поднялись на полянку. Завидев костёр, они ускорили шаг.

— Холодно у реки, однако, — обронил Генри и поднёс руки к пламени. Сарн и Креос сели в сторонке и принялись распаковывать свои дорожные сумки, которые принесли с собой.

В руках Сарна оказалась небольшая, но довольно объёмная книжка. Выколдовав сферу и закрепив над собой, чародей открыл страницу с закладкой и начал читать. Креос снял со своего могучего плеча ещё пять сумок и те звучно упали на землю с металлическим звоном.

— Здесь все вещи и оружие, — молвил он басом. Эйра внимательно осмотрела груду мечей и кинжалов.

— Мой клинок? Почему его здесь нет?

— Ваш клинок Среброглазый вернёт вам лично.

— Генри, — она села на землю, вытянула ножки. — Формальности ни к чему. Почему ты не привыкнешь?

— Я выказываю уважение к вам и королевскому роду.

— Мы равны, Генри. Ты и я — чародеи Элиты. В конце концов, я такой же человек, как и все вы! — все замолчали. На белых щеках взыграл румянец, и чародейка встала на ноги. — Поищу Рика и Сашу, — заключила она, и быстро ретировалась.

Точильный камень скрипел, соприкасаясь с лезвием двурукого меча, выдавая рассыпающиеся во все стороны искры. Шелест перелистываемых страниц сливался с шуршанием листвы, и слышалась тихая, грустная мелодия. Старые деревья поскрипывали, и иногда возникало чувство, будто кто-то наблюдает из глубины леса.

Генри, как оказалось, был обладателем прекрасного голоса — приятного на слух, бархатного, ближе к фальцету. Тихо напевая мелодию, он, погружённый в раздумья, точил карманным ножом ветку. Прислушиваясь, Деми не заметила, как оказалась рядом с чародеем, ушедшим в себя настолько, что не увидел её. Пламя костра отражалось в его светлых глазах, на переносицу и веки падала отросшая тёмная чёлка. Часто он пытался зачесать её назад, но непослушные локоны всё равно выбивались вперёд. Под левым ухом начинался страшный след от ожога, который чародей всячески скрывал под высокими воротниками, шарфами и прочими элементами одежды. О полной величине зарубцевавшейся раны можно было лишь догадываться.

— Красивая мелодия, — мягко сказала Деми и потревожила угольки длинной веткой. — Только грустная.

Голос девушки, прозвучавший слишком близко, встревожил волшебника. Он отвлёкся в неподходящий момент, и вместо ветки лезвие ножа прошлось по пальцу, коротким и точным движением срезав кусочек плоти. Он выронил нож вместе с веткой и, зашипев от боли, поднёс палец к губам.

— Прости, я не хотела! — скрип точильного камня и шелест страниц вмиг прекратились. — Бинты, скорее!

— Деми, что ты уже натворила? — заворчал Сарн и, резко поднявшись, подошёл ближе.

— Вшё в порябке, — проговорил Генри, не отнимая палец от губ. Казалось, Деми испугалась больше, чем он сам.

— В порядке? Да у тебя кровь уже по подбородку стекает!

— Да нет же, чирканул чуток — к завтрашнему заживёт.

Генри отнял палец от тонких губ, Деми и Сарн расступились, чтобы не загораживать свет, и замерли, склонившись над волшебником. Генри был несколько озадачен увиденным, так как на большом пальце явно чего-то не хватало. Деми сглотнула, приложила ладонь к губам.

— Ну и оттяпал же ты себе! — воскликнул Сарн, а после заинтересованно спросил:- Прирастишь, или отрегенерируешь?

— Отрегенерирую, пожалуй.

— Прошу, прости: я не хотела.

— Да ладно тебе, — Генри улыбнулся, вытер рукавом кровь с подбородка. — Принеси бинты, и забудем об этом.

— Вот же, — Сарн усмехнулся, глядя на Деми. — Где ты — там и неприятности. Как рука?