Начало пути - Андрей Соколов

- Спасибо, ребята! – раздалось вслед.

Парни лишь коротко кивнули в ответ.

- Вот так все и было.

Игнат подробно рассказал друзьям про стычку с дембелями, которую они пропустили, после чего открыл жесткий кожаный футляр от гитары и бросил туда трофейный нож. Раздался приглушенный лязг металла о металл.

- Да, Шрам, ты умудряешься находить проблемы на свою голову в самых неожиданных местах! Но ответь мне на один вопрос… – Крот лукаво прищурился. – Где обещанный чай?!

- Саня, ты раб своего желудка! Сейчас принесу! – Шрам встал и привычным путем направился к проводнице.

Немногочисленные пассажиры вагона спокойно спали, досматривая последние предрассветные сны. О недавней драке напоминали лишь несколько щепок от разбитой гитары, сиротливо лежащие на полу.

Стараясь не шуметь, Игнат прошел по вагону и остановился перед дверью, за которой находилось купе проводницы, не решаясь ее побеспокоить. Пересилив свою нерешительность, он постучал.

- Кто там? – раздалось из-за двери.

- Игнат Данковский. Я у вас не так давно чай просил.

Щелкнула задвижка, и Шрам увидел проводницу. Ее карие глаза покраснели от слез, а руки предательски дрожали.

- Зайдите. Чайник уже остыл, придется снова кипятить.

Шрам отказываться от приглашения не стал и протиснулся в крошечную коморку, в которой сразу же стало тесно. На столике он увидел открытую бутылку мартини.

- Подружки подарили в честь первого рейса… Не думала, что вот так буду стресс снимать! – словно извиняясь, произнесла девушка.

- Ну, вас можно понять: первый рейс и такое…

Проводница слегка улыбнулась, голос молодого человека действовал на нее умиротворяюще.

- Послушайте, а давайте перейдем на «ты», так будет легче общаться – предложил Шрам.

- Хорошо, давайте,… то есть давай. Меня, кстати, Юля зовут.

- Игнат.

- Послушай, Игнат,… а давай с тобой выпьем на брудершафт?

От Шрама не укрылась, с каким усилием она это сказала, преодолевая собственную нерешительность.

- Ну, за знакомство можно и выпить! И даже на брудершафт! – не стал отказываться Игнат, не желая обидеть девушку.

- Вот и хорошо, а то для меня одной это все-таки много – та радостно поставила на стол второй стакан.

Они сели на полку и, наполнив стаканы, выпили на брудершафт.

- После этого полагается целоваться – сказала Юля, слегка покраснев, то ли от смущения, то ли от алкоголя.

- Ну, раз полагается… – Игнат осторожно поцеловал девушку.

Подойдя к купе проводницы, Шаман прислушался, сопоставил факты и пришел к выводу:

- Придется нам бутерброды всухомятку трескать, чая мы сегодня явно не дождемся!

Он уже собрался уходить, но вдруг увидел в тамбуре маленькую девочку, лет десяти, не больше. Она стояла босиком, одетая лишь в легонький белый сарафанчик.

Посмотрев на Шамана, девочка развернулась и пошла в другой вагон.

Андрей шагнул следом, но потерял её из виду за закрывшейся дверью тамбура. Когда же он вошел в тамбур, девочки там уже не было. Не было её и в тамбуре следующего вагона, да и в самом вагоне Шаман её не нашел.

- Привиделось что ли? – пробормотал он. – Чертовщина какая-то!

А буквально через несколько секунд в вагоне раздался голос из динамиков внутренней связи:

- Уважаемые пассажиры! По техническим причинам состав не сможет продолжить путь. Следующая остановка – станция Любань!

[1]«Гопники» – (жарг.) грабители. Производная от жаргонного «взять на гоп-стоп», в смысле ограбить.

[2]Дисбат (сокр. Дисциплинарный батальон) – своего рода колония строго режима для военнослужащих. После отбывания срока, осужденный обязан отслужить в другой части время, которое оставалось до демобилизации (дни считаются от момента попадания в дисбат).

Глава 2. Чужие мысли – потемки.

Ж/д станция Любань, Ленинградская область

31 октября 2000 г. 3:47

Поезд медленно остановился, двери вагонов открылись, и на перрон стали выбираться пассажиры. Прибывшие по делам, с удивлением, не скрывая восторга, несколько мгновений смотрели на здание старинного вокзала, освещенное светом фонарей, затем быстро подхватывали вещи и спешили внутрь, чтобы уже с другой стороны поймать такси или же созвониться с нужными людьми, чтобы те их подобрали. Те же, кто вернулся домой, не обращая никакого внимания на эту красоту, старались поскорее укрыться от холодного, мелко моросящего дождя. Люди разного возраста, разных профессий, нагруженные сумками и чемоданами, толпой шли к гостеприимно распахнутым дверям, у которых, как и следовало ожидать, быстро образовался затор! Послышались недовольные выкрики, движение практически остановилось.

Трое сотрудников милиции наблюдали за прибывшими с перрона, но вмешиваться, похоже, не собирались. Было видно, что для них это вполне обыденная рабочая ситуация.

«Потолкаются, покричат друг на друга да и разойдутся!» – очевидно именно так они и думали.

- Егоров, сколько