Начало пути - Андрей Соколов

все равно ни в чем не разберемся! Да и парням помочь не сможем – вовремя погасил назревавшую перепалку Крот. – Надо гостиницу искать, там все обсудим.

- Как бы ноги делать не пришлось! – заметил Андрей.

Отделение милиции

31 октября 2000 г. 4:27

- Товарищ подполковник, извините, что отвлекаю! – в дверь протиснулся сержант дежурной смены. – Тут Непряхин в карауле задержание произвел, требуется ваше участие.

- Непряхин? Он же сегодня вроде на вокзале дежурил? И кого он там задержал, что я понадобился? С попрошайками уже не справиться? Или с «каталами»[1]?

- Нет. Там всего двое, парни молодые, одеты бог весть как. Один, правда, здоровый как горилла, только без волос.

- И что, бузят?

- Нет. Сидят себе смирно в «обезьяннике».

- Тогда в чем дело? Кто они такие?

- Вот тут-то ваша помощь и нужна! Их нет ни в одной базе! Имена… отпечатки пальцев,… в общем, их вроде как и не существует.

- Ну, с именами, положим, ясно: вымышленные. И документы, небось, фальшивые. А то, что дактилоскопическая экспертиза молчит, это к компьютерщикам иди, скорее всего опять база подвисает. Прям как дети, без меня не справиться! За что их хоть задержали-то?

- Так у них с собой оружие было. Три спортивных баула.

- Сколько?! – начальник даже привстал с кресла от изумления.

- Три. Непряхин сейчас опись проводит…

- Ну, пойдем, глянем. Где он там работает?

- В допросной.

- Почему там? – удивился офицер, поднимаясь из-за стола.

- Так там сейчас свободно и места хватает.

Но не успели милиционеры и шагу ступить, как в коридоре раздался топот и в кабинет, едва не снеся коллегу, ворвался еще один служитель закона.

- Товарищ подполковник, прибыли новые данные по задержанным. В том поезде, на котором они приехали, у них случился конфликт с группой бывших дисбатовцев! Ну и, в общем… – милиционер остановился перевести дух и протянул начальнику, написанный от руки протокол. Офицер бегло пробежал документ глазами, а затем пристально взглянул на первого подчиненного.

- Вы что… вконец охренели?!! Террористов, на которых вдобавок четыре трупа висят, в «обезьянник» сунули?! Совсем распустились, мать вашу! Немедленно к ним усиленный конвой, при любом подозрительном движении – стрелять без предупреждения! А я пойду, гляну, что это за субчики такие!

В допросной, куда привели друзей, не было ничего кроме железного стола, намертво привинченного к полу, и нескольких таких же железных стульев. Какого цвета были стены, друзьям разобрать не удалось, света, пробивавшегося сквозь маленькое зарешеченное окно под самым потолком, едва хватало, чтобы в потемках не налететь на что-нибудь.

Их усадили на стулья и, заведя руки за спины, защелкнули наручники так, чтобы одна из стоек спинки оказалась между ними. Кроме парней, в допросной остались четверо милиционеров в качестве охраны.

- Не очень радушный прием – сделал заключение Игнат, пытаясь принять более удобную позу, но получалось это плохо. В конце концов, он оставил бесполезные попытки сесть поудобнее и обратился к милиционерам:

- За что нас хоть задержали-то?

Смерив друзей полным презрения взглядом, один из стражей порядка снизошел до ответа:

- Следователь придет – узнаешь.

- Как у них тут все строго – усмехнулся Горын. – А может…

Он кивнул на руки Шрама и тот понял, куда клонит товарищ. Горына, способного ударом кулака пробить кирпичную стену, наручники удержать не могли.

- Не стоит – одними губами прошептал Шрам, но Семен его услышал. Игнат не хотел устраивать побег, не разобравшись в ситуации.

Они просидели еще около получаса, пока металлическая дверь, наконец, не открылась, и в допросную не вошел лысеющий мужчина лет сорока. На нем была прокурорская форма, которая не могла скрыть его полноты, внушительный живот переваливался через ремень.

Следователь подошел к друзьям, скрестил руки на груди, присел на край стола и, добродушно улыбаясь, обратился к ним:

- Вам знакомы Иванов Константин Анатольевич, Абрамов Виктор Семенович, Федоров Павел Валерьевич и Красных Петр Иванович, 1974, 1973, 1975 и 1973 года рождения соответственно?

Парни переглянулись и, отрицательно мотнув головами, в один голос сказали:

- Нет.

Заметив, что следователь настроен миролюбиво, Шрам решился уточнить:

- А кто они такие?

Милиционер моментально переменился в лице: на скулах заиграли желваки, глаза недобро заблестели. Громко хлопнув ладонью по столу, он, срываясь на крик, произнес:

- Это те дембеля, которых вы забили насмерть в поезде!!!

- Да, не может этого быть! Мы им всего-то пару раз по зубам врезали.

- Я ведь даже в четверть силы не бил…

Друзья даже растерялись, настолько неожиданным было обвинение.

- А это точно? – на всякий случай спросил Игнат.

- Что «точно»?! – следователь окончательно вышел из себя. – Точно, что вы забили