Испытание золотом - Дмитрий Викторович Распопов

— Ну тогда я только за, — согласился он и я повернулся к Пауле.

— Что тебя кстати задержало в Остии дорогая?

— Управляющий сеньор Анджело ди Якопо Тани, — хмуро заметила она, — не появлялся на производстве, а жил в Риме, пришлось сделать ему внушение.

— Молодец, — похвалил я её, — но ты говорила ещё про Тольфа, ты побывала и там?

— Пришлось, сеньор Иньиго, — кивнула девушка, — сеньор Аристотель Фиораванти видя мою решительность в наведении порядка, пожаловался мне, что последняя руда из Тольфа стала приходить слишком крупного помола, так что я подумала, что вы были бы мной не очень довольны, если бы я не решила и этот вопрос.

— Ты же моя умница, — я поднялся с места, подошёл, обнял её и поцеловал в лоб, — и как?

— Местные рабочие побили флорентийских мастеров, за то, что те слишком много с них требовали, а Джованни Орсини, который должен был присматривать за рудником, умчался очередной раз к своей жене в Рим, — объяснила она, — так что мне пришлось повесить всех зачинщиков драки, а также написать Орсини, что если он уезжает, то хотя бы оставлял за себя кого-то адекватного. Так что сейчас всё хорошо сеньор Иньиго, порядок восстановлен, руда снова нужного качества поступает на завод.

— Благодарю, ты молодец! — искренне похвалил я довольную девушку.

— Тогда оставлю вас одних, — она, поняв, что я хочу поговорить с отцом Иаковым, поднялась и поклонившись, пошла к себе.

Когда девушка вышла, я внимательно посмотрел на монаха.

— Смотрю, вы поладили?

— Если ты о том, кто она, то я догадался, — старик спокойно на меня посмотрел, — мы с ней поговорили и решили вместе бороться с её демонами. Другой вопрос, зачем ты её приблизил к себе, если знал об этом.

— А зачем я взял к себе на содержание девушку, да ещё и вместе с братом-инвалидом? — вопросом на вопрос ответил я, — не задавайте мне вопросов отец Иаков, ответа на которых у меня нет. Я посчитал, что так будет правильно.

Он улыбнулся.

— Как у тебя дела с собственными демонами?

— Временами накатывает, — нехотя признался я, — может быть ещё и поэтому я захотел видеть вас рядом с собой. Сами видите отец Иаков, что я только расту с каждым годом.

— Никто из тех, кто тебя знал в начале пути, в этом не сомневался, — улыбнулся он, — кстати соболезную, Паула сказала, что твой дедушка умер.

— Спасибо отец Иаков, — кивнул я, — это было для меня ударом, дон Иньиго многое сделал, чтобы я хотя бы не возненавидел свою семью.

— Ладно, время позднее, — он поднялся, — спасибо тебе за приглашение, мне самому хочется учить инквизиторов, к тому же за дверью тебя ждут более интересные собеседники, чем я. Утром жду тебя на совместную молитву.

Умудрённый опытом человек, он всё прекрасно понимал, так что перекрестив меня, он вышел из комнаты, и следом тут же примчалась Паула, счастливо улыбаясь и целуя меня.

— Я тоже скучал, но успокойся, — улыбнулся я, — давай подождём, когда Марта всё уберёт со стола, потом переместимся в постель и ты мне расскажешь подробности о своём путешествии.

Девушка меня крепко обняла и призналась.

— Отец Иаков, просто удивительный человек, сеньор Иньиго.

— Мы с Бернардом тебе об этом не раз говорили, — напомнил я ей.

— Только познакомившись с ним лично, я это поняла, — призналась она, крепко к себе прижимая, — я так соскучилась!

— Марта! — позвал я женщину, поскольку и правда было поздно, и хотелось уже лечь спокойно в кровать.

* * *

10 марта 1460 A . D ., Генуя, Генуэзская республика

Гонец, одетый в цвета папской канцелярии, нашёл меня на стапелях, где медленно, но, верно, рос корабль, до конца строительства которого оставалось ещё несколько месяцев. На остальных верфях Генуи либо уже закладывались мои корабли, либо экстренными темпами достраивалось то, что было заказано раньше и новых заказов уже никто не брал, все отныне работали на единственного заказчика. Но для меня и моих рыцарей было главным достроить первый корабль, который показал бы прав был я в своих улучшениях или буду осмеян всеми корабелами, оставшись с обидным прозвищем маркиз «Я знаю всё лучше вас».

— Сеньор Иньиго, — сеньор Фелипе показал мне вниз, где стоял человек, смотрящий вверх на меня.

— Да, спасибо сеньор Фелипе, — поблагодарил я рыцаря и спустился вниз, к гонцу, который низко мне поклонился и передал письмо.

Сломав печать, я раскрыл его и пропустив витиеватые обращения к святым и прочие титулы папы, узнал, что меня просят не позднее двадцать четвертого марта прибыть в Сиену, что самым кардинальным образом нарушало все мои планы.

— Благодарю вас любезный, — я показал, чтобы гонцу дали десяток флоринов, устроили отдохнуть и накормили, а ему велел ответить от меня папе, что я конечно же буду. Он поблагодарил меня за деньги и заботу, а затем уехал с кем-то из солдат в наш дом, чтобы отдохнуть перед обратной дорогой.

Ко мне подошли рыцари, также спустившиеся с корабля.

— Что-то случилось, сеньор Иньиго? — поинтересовался у меня госпитальер.

— Не знаю сеньор Аймоне, папа вызывает меня в Сиену, да ещё и с такими жёсткими сроками прибытия.

— Ну здесь от Генуи недалеко, — прикинул рыцарь, — если выедете завтра, то доберётесь дотуда даже сильно раньше указанного срока.

— Всё равно теперь придётся менять планы, — согласился я, — но надеюсь я ненадолго, чтобы увидеть спуск первого корабля на воду.

— В любом случае сеньор Иньиго, мы будем готовить команды, и ждать прибытие остальных рыцарей, — заверил меня сеньор Фелипе, — рыцари ордена сейчас не заняты, почтовых перевозок пока мало, охрана их не требуется, так что дон Луис Деспуиг ответил мне, что передаст не только всех свободных рыцарей под моё начало, но и всех послушников, которым служба на кораблях пойдёт только на пользу.

— Мне пока мой магистр не ответил, но это и понятно, до Родоса далеко плыть, — расстроено продолжил сеньор Аймоне, — но надеюсь ко мне тоже прибудет подкрепление.

— В любом случае, вы остаётесь здесь, — согласился я, — если будут